В любви и боли. Прелюдия

Глава 1

Университетский городок Эшвилль, 10 лет назад, 200… год.

Наша история началась чуть больше десяти лет назад. Я как раз заканчивала обучение в одном из филиалов Национального колледжа искусств, занимаясь вплотную своим дипломным проектом, на который, как правило, выделялся практически весь выпускной семестр, как и на подготовку к гос.экзаменам по общеобразовательным предметам. Ещё до поступления в гуманитарный вуз нашей страны* (*действие событий происходит в выдуманном европейском государстве Эспенриге) я прекрасно знала, чем буду заниматься в предстоящем будущем и кем хочу стать. И я не металась изначально из одной стороны в другую, якобы не имея представления, какому из имеющихся факультативов отдать своё исключительное предпочтение. Мои цели были определены ещё до моего официального зачисления, и я собиралась посвятить все четыре года предстоящей учёбы именно им, с полной отдачей прилагающихся способностей крайне прилежной студентки.

Национальный колледж изобразительных искусств в центре северной столицы моей родины был несколько мне не по карману. Зато его более доступные филиалы в университетских городках в центральных и северо-восточных графствах Эспенрига находились в полном распоряжении таких провинциальных выходцев, как я.

Национальный колледж изобразительных искусств в центре северной столицы моей родины был несколько мне не по карману, зато его более доступные филиалы в университетских городках в центральных и северо-восточных графствах Эспенрига находились в полном распоряжении таких провинциальных выходцев, как я.

Многие скажут, что изобразительное искусство довольно-таки престижное поле для неохватной деятельности и даже вполне себе высокодоходное. Правда найдется немало художников, которые могут с этим не согласиться.

Дело в том, что вид моего «прикладного» творчества считается, в некотором смысле, узкопрофильным, а некоторыми циниками даже не приравнивается к монументальному списку художественных профессий. Хотя художник-фотограф вроде как достаточно специфическая профессия. Я бы даже сказала, не сколько редкая, а, скорее, востребованная лишь в определённых сферах рекламного бизнеса с весьма однообразным применением скрытых в ней возможностей.

И, тем не менее, она также весьма интересна, познавательна и не имеет границ в самосовершенствовании, в поиске захватывающих тем и идей, как и любая другая специализация в изобразительном искусстве. Да и вообще, об этом можно рассуждать до бесконечности. Но вот в чём я была уверена на все сто, так это в выборе своей профессиональной стези! И что бы ни случилось со мной в будущем, куда бы не забросила меня судьба-насмешница и кем бы впоследствии не сделала, я всё равно буду фотографировать, пусть даже и для себя.

Надо отметить, что наш колледж мало чем отличался от своих собратьев в других точках земного шара, особенно в той части света, которая именовалась цивилизованной старушкой Европой, либо процветающим Западом. Здесь тоже имелось вдосталь своих классовых и возрастных иерархий, социальных группировок и классических братств с отличительными целями ПО жизни и мировоззренческими взглядами НА жизнь. Ну и, само собой мажоры-небожители и серая биомасса так никуда и не примкнувших индивидуумов. Куда уж без «ботаников» и «золотой молодежи»?

Тем не менее, каждый год колледж выпускал и брал на учебу по нескольку тысяч как страстно желающих грызть гранит всесторонних наук, так и не очень, и куда входили не одни лишь желторотые выпускники старших школ. К тому же, ему реально посчастливилось разместить свои стратегические объекты учебных зданий и кампусов в черте промышленного городка, ещё и на окраине самобытного заповедника. Он чем-то напоминал мне родной Каслфорд, до коего приходилось добираться именно из Эшвиля не менее пяти сотен миль. Да и в каких-то сорока милях к северу перед нами раскрывала свои радушные объятия северная столица нашего государства. Можно сказать, мы были всего в двух шагах, или, точнее, в получасе езды на электричке от настоящей европейской цивилизации.

Прелестей современной жизни здесь вполне хватало. Их нам доставляли личности определенного классового «меньшинства», но не того, о ком вы подумали. Хотя, об этом чуть позже...

Вернёмся, так сказать, к главному.

В середине марта впервые, за время всего своего обучения я решилась на несвойственный мне шаг. Практически, отчаянный. А, точнее, мне пришлось разместить на досках объявлений по всей территории колледжа «заметку» собственного сочинения. Я искала фотомоделей или просто желающих бесплатно попозировать в фотостудии нашего факультета для моего дипломного проекта. Проще выражаясь, хотелось поработать с профессиональными моделями или, в худшем случае, с начинающими, убив при этом и как бы двух зайцев одним выстрелом. В общем, с теми, кто был согласен провести пару часов личного свободного времени с безызвестным фотографом, чье портфолио желало лучшего, ну, или на благотворительных началах, так сказать, в помощь начинающему «профессионалу».

Моя лучшая подруга по колледжу, соседка по общежитию и по совместительству будущий архитектор Саманта (или просто Сэм) Грин долгое время в открытую потешалась над моей затеей, цепляясь к ней по каждому подходящему поводу, а без оного так в особенности. Пока мое объявление безответно висело в центре других более дельных предложений, она не пропускала ни одного удобного случая, дабы не поиздеваться надо мной всласть и, главное, от всей души.

- Ты действительно думаешь, что вот так вот, за здорово живешь, кто-то вдруг придёт и начнёт тебе позировать?

Иногда она любила озвучивать мои собственные невысказанные вслух вопросы, чем порою доводила меня до дичайшего раздражения.

- Я думаю, всё же найдется несколько человек, которые захотят получить в свое портфолио пару новых и совершенно бесплатных снимков.

Это был один из самых первых наших разговоров на эту тему.

Когда прошло несколько дней, мне никто так и не позвонил, а в студию никто не постучался, ирония Саманты начала обретать пугающие размеры, а то и целые необъятные вселенские масштабы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍