Лоуренс Сандерс - Желания Элен

– Хорошо поработали, – сказала Элен удовлетворенно. – В понедельник закажем такси, чтобы отвезти их.

– Я могу взять машину, – предложил Гарри Теннант. – И могу съездить туда в понедельник утром. Так будет лучше. Может быть нам не повезет с такси.

– Значит, ты сможешь? Замечательно, Гарри. Это очень поможет делу. Боже, я просто валюсь с ног.

Она откинулась в своем вращающемся кресле. Гарри Теннант подошел к ней сзади и начал массировать ей мышцы шеи. Его длинные, ловкие пальцы гладили, щипали и мяли ее плоть.

– О-о-о… – бормотала она в экстазе, качаясь в кресле словно резиновая кукла. – Сколько ты берешь в час?

Усталость и ломоту как рукой сняло. Затем он внезапно остановился, отошел в другой конец кабинета, прикурил сигарету и встал у открытого окна.

– Пора бы домой, – его голос звучал приглушенно. – Мы все закончили.

Они выключили свет и закрыли входную дверь. В нерешительности остановились на тротуаре. Что-то мешало им расстаться….

– Я иду домой пешком, – объявила наконец она чуть громче, чем следовало бы. – Это недалеко… Пятьдесят первая рядом со Второй авеню. Проводишь меня?

– Да, конечно.

Они неторопливо зашагали по улице. Прохладный ночной воздух был бодрящим и нежным, словно поцелуй. Люди оглядывались на них.

– Не давай волю своему комплексу гетто, – посоветовала она. – У тебя рост сколько? Шесть футов семь дюймов. Мой – пять футов три. Они наверно думают, что мы из цирка.

Он улыбнулся, глядя на нее сверху вниз:

– Точно.

Он даже положил ей руку на плечо, чтобы предупредить ее, когда из-за поворота вдруг вывернул автомобиль. Весь оставшийся путь они шли молча и не касаясь друг друга.

Они остановились перед домом Элен. Консьерж, дежуривший этой ночью (его звали Майк, он был известен своей вредностью), смотрел на них мрачно, без всякого выражения на лице.

– Зайдешь на стаканчик?

– Нет, – твердо сказал он. – Спасибо, но нет.

– Слушай, – в отчаянии сказала она, – все будет в порядке. Черт побери, я ведь здесь живу. Какое нам дело до того, что он подумает?

Теннант взглянул на нее.

– Ох, боже, – вздохнула она. – Здесь на углу Второй есть бар «Эверест». Я там часто бываю. Там меня знают. Все будет хорошо.

За стойкой бара в «Эвересте» сидели трое пожилых мужчин и смотрели по телевизору последнюю бейсбольную передачу сезона. Тэк сидел в углу и протирал стаканы. Когда они вошли, он приветственно помахал Элен полотенцем. Они выбрали кабинку, располагавшуюся в задней комнате. Вскоре к ним приковыляла Клара и показала Элен фингал под глазом.

– Боже! – воскликнула Элен. – Опять? Какой негодяй! Клара, почему ты не бросишь этого парня?

Клара пожала плечами и состроила комичную гримасу.

– Не могу, – сказала она. – Он слишком меня любит.

Они посмеялись, и Клара спросила:

– Как зовут дружка?

– Клара, это Гарри. Гарри, Клара.

Они обменялись улыбками. Клара приняла заказ и заковыляла обратно к бару.

– У нее такой парень, – пояснила Элен. – Время от времени он ставит ей фингал. Но она всегда говорит мне: «Я сама того заслужила, я сама виновата!» Каждый раз, когда я советую ей бросить этого придурка, она отвечает: «А с кем я останусь?» Я думаю, она его любит.

– Конечно, – сказал Гарри. – Они женаты?

– Не думаю. Но это, похоже, ее не беспокоит.

Клара вернулась с выпивкой и корзинкой картофельных чипсов.

– Позовите меня, когда будете уходить. – Она зевнула и вернулась за крайний столик, где лежала вечерняя газета.

Элен обернулась к ней.

– Клара, – позвала она, – что случилось с Сэндстоуном в третьем?

Клара провела пальцем по колонке с результатами скачек.

– Пришел третьим! – крикнула она. – Восемь к одному.

– Сукин сын, – сказала Элен. – Близко, но не совсем.

Гарри рассмеялся.

– Ты часто играешь?

– Случается. Так, по-мелочам. Ставлю пару долларов. Месяц назад я выиграла почти сотню. Я тут же пошла и купила себе парик, но до сих пор еще ни разу его не надевала.

– Хорошо. Мне нравятся твои волосы, как они есть.

Она ухмыльнулась от удовольствия и провела пальцами по своим коротким завиткам. Так они сидели, выпивали, улыбались и им было хорошо.

– Знаешь, – сказала она, рисуя смешные рожицы на запотевшей столешнице. – Я ведь почти ничего о тебе не знаю.

– Да нечего особо и знать.

– Я имею в виду откуда ты и где рос. Что-нибудь в этом роде.

– Ну… Я родился в Джорджии. В маленьком городке Темплтоне. Мои родители приехали в Нью-Йорк, когда мне было четыре года. Жили в Гарлеме. Мой отец был дворником, мать служанкой. У меня есть сестра на два года моложе меня и брат, который младше на четыре. Я живу вместе с ним. Наши родители помогли нам поступить в колледж. Ну… мой брат вылетел оттуда через год. Мы тоже работали, но мы не смогли бы учиться в колледже без помощи родителей.

– Они живы?

– Нет. Мой отец умер пять лет назад. Мать умерла в прошлом году.

– Мои родители тоже умерли. Значит, ты живешь со своим братом? Какая у вас квартира?

– Неплохая. В хорошем квартале. Четвертый этаж без лифта. Пять комнат. Все комнаты конечно небольшие, но у нас с братом отдельные спальни. Фиксированная плата за квартиру, это тоже хорошо. Там жила вся наша семья. Я вырос в этой квартире. Под кухонным окном есть маленькая площадка. Не балкон и не терраса, а просто крыша мансарды, которая ниже этажом. Мама выращивала там герань. Там всегда солнце.

– Чем занимается твой брат?

– Мой брат? Он активист одной общественной организации. Она финансируется из городского бюджета, но у нее есть и государственные и федеральные фонды. Они занимаются тем, что подыскивают летом работу для подростков, ведут вечерние классы и тому подобное. Мой брат преподает историю движения за освобождение негров. Он очень увлечен всем этим. Я все время предлагаю ему вернуться в колледж, чтобы закончить образование и получить степень, но он отнекивается, ссылаясь на то, что слишком занят.

– Похоже, что так и есть.

– О, он занят будь здоров. Два года назад ему разбили голову во время беспорядков. Сейчас его только что выпустили под залог.

– За что?

– Он обругал полицейского во время демонстрации.

– А твоя сестра тоже живет в Нью-Йорке?

– Нет. Она вышла замуж за врача и переехала в Лос-Анджелес. Он открыл свой офис в Уаттсе.

– В Уаттсе? Там больших денег не заработаешь.

– Ты совершенно права. Но они этого хотели. Моя сестра работает вместе с ним медсестрой. Она специально закончила курсы медсестер, чтобы помогать ему.

– У них есть дети?

– Пока нет. Но она пишет, что они собираются.

– Клара! – позвала Элен.

Теперь к выпивке были поданы соленые орешки. Гарри Теннант взял пригоршню и отправил ее в рот. Элен наблюдала за ним, улыбаясь.