Your Personal Boggart - Заставь меня жить

Только если он сам сейчас не предпримет хоть что-то, потому что я даже не представляю, как заставить себя оттолкнуться от лакированного дерева.

Как только эта мысль проносится в моей будто одурманенной голове, всё мгновенно становится на свои места.

Потому что прямо сейчас, в ближайшие секунды однозначно должно произойти что-то, что даст начало новому витку наших отношений.

Завязав первый узелок ещё в конце августа, когда я впервые поцеловал его ночью в стенах Хогвартса, я уступаю ему право завязать следующий, потому что нитка вот-вот закончится.

Смотрю на то, как Снейп подходит ко мне, на его сосредоточенное лицо. Он будто решает, как ему поступить, а я в паническом отчаянии не могу понять, чего именно хочу. Его ладони ложатся на мои щёки, а длинные пальцы приглаживают волосы на висках.

- Иди к себе, завтра рано вставать, - произносит он, а я никак не соображу: его голос действительно звучит так глухо или у меня опять проблемы со слухом?

Тёплые губы прижимаются к моему лбу на долгие-долгие секунды, в течение которых я отрывисто дышу в шею профессору. Когда он отклоняется, меня хватает только на сиплое: «Спокойной ночи». В который раз не решаюсь взглянуть на него, покидаю комнату и словно в каком-то жарком мареве бреду в сторону лестницы.

Обеспокоенное лицо Джинни является последним, что я ожидал увидеть.

- Гарри, что с тобой? Ты какой-то взбудораженный, - бегло произносит она, загораживая финишную прямую до комнаты.

- Неужели? - откликаюсь на автомате и дотрагиваюсь до висков, странным образом до сих пор ощущая прикосновения пальцев Снейпа.

Только сейчас я замечаю, что девушка стоит босиком на холодном деревянном полу, одетая в один лишь махровый халат, а по её плечам раскинулись пряди влажных волос. Когда она протягивает ко мне руку и касается лба, в нос ударяет приятный запах цитрусового мыла.

- Ты горишь, - комментирует она моё состояние и чешет подбородок в недоумении.

Я и предположить не мог, какой коварный подарок получу за десять минут до нового года.

Не контролируя и не понимая сам себя, я сгребаю ошарашенную Джинни в объятия и оттаскиваю от лестницы в сторону её комнаты. Упавший пояс от халата забивается под дверь, которую я, не глядя, толкаю плечом. Естественно, теперь она не поддаётся механическому воздействию, но свободная рука уже яростно взмахивает палочкой, и в следующий миг дверное полотно с треском захлопывается. Потом палочка успешно теряется на полу тёмной комнаты вместе с халатом Джинни, которая вздрагивает от контакта влажноватой кожи с прохладным воздухом и теряется настолько, что даже не отвечает на мой резкий поцелуй. Аккуратные ладони упираются мне в грудь, останавливая, красивые глаза распахиваются в немом вопросе.

Честно, Джинни, я не ведаю, что творю, но как объяснить это, не знаю. Поэтому я шумно выдыхаю, выпуская пар, и вновь тянусь к ней за более мягким поцелуем. На этот раз она отвечает, с энтузиазмом расстёгивая пуговицы на моих джинсах, а я глажу обнажённую спину и болезненно зажмуриваюсь, внезапно так ярко и остро понимая, что вместо округлых девичьих форм хочу почувствовать под своими ладонями слегка выпирающие линии рёбер на твёрдой мужской спине.

Глава 29

Сказать, что я изумил самого себя - это значит не сказать вообще ничего. Вы когда-нибудь сталкивались с тем, что не могли понять мотивов, которые толкнули вас на определённые действия? Если да, то нетрудно догадаться, в каком состоянии я пребывал утром первого января, сидя на кухне и лениво пережёвывая крекер. Проснулся я рано - Молли совсем недавно начала готовить завтрак. Она долго уговаривала меня немного потерпеть, но я уверил её, что вполне обойдусь чаем с вышеупомянутыми крекерами.

Сейчас, когда сырники тихонько шипят на раскалённой сковороде, я ненароком вдыхаю их аппетитный запах и немного сконфуженно кошусь на Молли.

Ощущение, будто находишься не в своей тарелке, посещает меня далеко не первый раз. Подобное было год назад, когда моя семья гостила у Уизли. Мы с Джинни как раз переживали период в отношениях, когда каждый из нас не мог спокойно вести себя в присутствии другого. Чертовка Джинни лишний раз пользовалась этим, то и дело провоцировала соскользнувшей бретелькой платья, либо ещё чем-то таким, от чего меня начинало выжигать изнутри. Зато на следующее утро после бурной ночи я едва находил в себе силы посмотреть в глаза ничего не подозревавшей Молли.

Сегодня я с ужасом понял: история повторяется и усугубляется тем фактом, что на этот раз мы с Джинни не состоим в романтических отношениях. Даже несмотря на то, что вчера она довольно-таки быстро отошла от шока и предвосхитила все ожидания, в порыве страсти едва не вырвав мои волосы, а под одной из ключиц оставив кровоподтёк…

Ножки стула с характерным скрежетом вычерчивают неровные дуги на полу, когда я резко встаю и, попросив у Молли прощения за шум, взбегаю вверх по лестнице. Только когда я оказываюсь на четвёртом этаже и попадаю на небольшой балкон, засыпанный свежим снегом, только тогда позволяю себе вздохнуть и провести ладонями по лицу.

Я дурак, каких свет не видел, а ведь всё из-за чего…

Лицо и шею мгновенно обжигает горячей волной, и даже резкий порыв ледяного ветра тут не причём.

Снейп. Северус, будь он неладен, Снейп.

Его руки, голос, тонкая ткань рубашки и мягкие кончики волос, теплота дыхания и тусклый блеск тёмных глаз - всё слилось в один дурман, который окутывает меня и не отпускает.

Я не ошибся: меня действительно затягивает в этого человека. Почему-то в воображении сразу возникает чёрная дыра и миры, безвозвратно тонущие в ней.

Не скажу, что пробуждение в чужой постели стало для меня изумлением. Правда, спросонья я не сразу смог сообразить, почему ко мне прижимается тихо дышащее обнажённое девичье тело, но уже через пару мгновений всё встало на свои места. Мы с Джинни переспали этой ночью.

Я и Джинни.

Даже сейчас, облокотившись на деревянное ограждение, я не могу понять, что на меня нашло прошлым вечером. Сначала собрание Ордена Феникса с тяжёлым грузом безрадостной информации, затем недомолвки Дамблдора, вызвавшие недоверие с моей стороны. Единственные радостные проблески - это новость Сириуса о возвращении на площадь Гриммо и то, что Снейп каким-то чудесным образом ответил на мои недвусмысленные действия. Потом, правда, он в своём репертуаре отправил меня спать, а я случайно столкнулся с Джинни. В мозгах что-то щёлкнуло, причём не на краю лестницы, а ещё в комнате Снейпа, когда его губы прижались к моему лбу. Мне весьма знакомо это чувство, когда, кажется, сейчас вспыхнешь огнём. Такое я ощущал лишь с Джинни вплоть до вчерашнего вечера.