К. А. Линд - Для прессы (ЛП)

— Я никогда больше не буду это обсуждать. Мы больше не друзья.

Виктория шумно рассмеялась и побежала, чтобы догнать ее на своих высоченных каблуках.

— Я вообще-то иду с тобой. Помедленнее.

— Ты настоящая сучка. Ты же знаешь это, правда?

— Высшего класса. Единственная и неповторимая.

— Потаскушка высшего класса.

— Я люблю тебя, Лиззи, — произнесла Виктория, ласково произнося ее имя.

— Я тоже тебя люблю, Викки, — произнесла она, нараспев самым раздражающим голосом, который она могла изобразить.

Они завернули за угол на их улицу и вместе облегченно вздохнули. Идти им было недалеко, но в холод и на каблуках, это был ужасно. Лиз сменила тему и рассказала Виктории о своем разговоре с профессором Майрес. Виктория была за нее рада, и ей даже удалось удержать свои саркастические комментарии до самого конца. Виктория знала, как это было важно для Лиз, потому что для Виктории точно так же был важен успех в ее лабораторных генетических исследованиях. Обе девушки были на правильном пути, чтобы после окончания университета заполучить любую работу, которую бы им захотелось.

После того, как они наконец-то добрались до дома, Лиз кинула рюкзак в своей комнате и быстро переоделась в джинсы, черную майку, черный свитер и свои черные сапоги для верховой езды. Она была рада, провести свой вечер с Хайденом. У них уже давно не было времени, чтобы просто расслабиться вместе. Университет просто вытягивал из нее все силы, а он был одновременно загружен курсовой, газетой, и поиском работы.

— Ухожу к Хайдену, — крикнула Лиз Виктории.

— Передавай от меня привет Мистеру Совершенство, и, что я сказала ему хорошенько тебя трахнуть, — крикнула  ответ Виктория.

Она передернулась. Лиз использовала эту фразу, когда они впервые были вместе с Брейди. Ей не хотелось думать о Брейди. Казалось не правильным даже упоминать о них в одном предложении. Но Виктория была в чем-то права. Прошло уже много времени с тех пор, как они начали встречаться с Хайденом, и в любом случае, зачем бы ей сдерживаться? Она должна была хотеть быть с Хайденом в этом смысле. Возможно, если сегодня всю будет нормально…возможно.

Выскочив через парадную дверь, Лиз прыгнула в свою машину и проехала небольшое расстояние к дому Хайдена. Его машина стояла на подъездной дорожке, а вот машины его соседа Кэвина, не было.

Лиз припарковалась позади Хайдена, и пошла к его двери. Она постучала и затем зашла внутрь, не дожидаясь пока он откроет. Он был на полпути, когда она преступила через порог.

— Привет, красотка, — сказал Хайден с яркой улыбкой на лице.

— Привет, — сказала она, закрывая за собой дверь.

Она подошла прямо к нему и обняла его за шею. Он притянул ее к себе и накрыл ее губы своими. Лиз позволила ему взять все в свои руки, ощущая энергию поцелуя и чувствуя, как она теряет себя от флюидов между ними. Она пустила свои мысли в воспоминания, когда они были возле Мемориала Линкольна, как реагировало ее тело, как часть нее хотела того поцелуя. Ей хотелось того поцелуя уже давно, и теперь, когда она получила его, по ее спине побежали мурашки, и она с готовностью открыла свои губы навстречу к нему.

Их языки встретились и ласкали друг друга. Его руки обхватили тонкую материю ее свитера и подняли ее вверх так, чтобы он мог чувствовать ее кожу. Она вцепилась в его длинные каштановые пряди, даже секунды, не думая его отпустить.

Но постепенно его поцелуи стали не такими глубокими и он отстранился, смеясь, будто он был удивлен тем, что полностью потерял контроль в этот момент.

— Думаю, ты соскучилась по мне, — сказал он, продолжая держать ее за руку и ведя в свою спальню.

— Думаю, ты тоже по мне соскучился. — Она взглянула на его джинсы, и увидела  его заметные очертания в них.

Он снова засмеялся и кивнул.

— Я всегда по тебе скучаю.

Она вошла в его спальню и скинула обувь, пока он закрывал дверь.

— Как прошли занятия с профессором Майрес? — спросил он, когда включил одну из ламп.

Сейчас было не время для разговоров, но именно это делал Хайден. Он не был тем, кто «делал-а-потом-думал», или «думал-тем-что-у-него-в-штанах» парнем. Обычно ей это очень нравилось. Это его очень отличало от других парней, которые думали своими членами и хотели разговаривать только после того, как они станут влажными.

— Хорошо. Я получила «А» за статью. После занятия она сказала мне, что хочет, чтобы я приняла участие в коллоквиуме политической журналистики, и присоединить мою статью с научными исследованиями, — сообщила она ему с гордостью.

Хайден одарил ее очередной огромной улыбкой.

— Это классно, Лиззи, — сказал он, притянув ее в объятия.

Ни капли зависти. Если бы что-то подобное случилось с ним, Лиз знала, что она бы завидовала. Но Хайден отличался от всех. Он искренне за нее радовался.

— Это же прекрасная возможность  для тебя!

— Да, думаю, она пытается уговорить меня пойти в аспирантуру. Она сказала мне, что я могла бы сделать отличное исследование.

В этот момент в его глазах что-то промелькнуло. Гнев? Разочарование? Лиз сомневалась.

— И ты бы отказалась быть репортером после того, как столько времени проработала в газете?

А. Вот оно что.

— Нет. Я не собиралась.

— Я просто…ну, я бы не хотел, все это время потратить на твою подготовку стать редактором газеты, после моего выпуска, если ты собираешься бросить газету, после того как я уеду.

После того, как он уедет. Она толком и не задумывалась о том, что он скоро уедет. Это не укладывалось у нее в голове. Ей не хотелось, чтобы он уезжал.

— У меня нет намерения идти в аспирантуру, если я смогу получить работу репортером, — утешила она его, — я просто подумала, что это был хороший комплимент моей работе.

— Так и есть, — согласился он.

Она потянулась и взяла его за руку, поглаживая ее пальцем.

— Не говори о том, что ты собираешься уезжать.

— Что? — спросил он, глядя на нее, лежащей на его постели.

Она увидела, как он прошелся глазами по ее телу, после чего он выпрямился на месте, где сидел.

— Мне нравится, когда ты здесь, — сказала она ему.

Она никогда на самом деле не говорила ничего подобного, и, произнеся это, она поняла, что это было правдой. Она естественно не была готова к тому, чтобы Хайден получил работу и переехал.

— Ну, сейчас я здесь, — сказал он, наклоняясь к кровати и давая их губам снова встретиться.

Она издала глубокий стон, в необходимости, чтобы он взял ее туда, где она не была прежде. Вес Хайдена переместился, его тело прижало ее. Бедра Лиз соблазнительно покачивались в стороны. Ее руки нашли его ремень, и она притянула его ближе к себе.