Пять миль (ЛП) - Сен-Жермен Лили

Покрутив эту идею в голове еще немного, я решаю вообще забыть о чемодане. Я расстегиваю молнию, беру несколько пар чистого нижнего белья, летнее платье, пару джинсов и пару шлепанцев и запихиваю все это в сумочку поверх спрятанного оружия массового поражения, которое я ношу с собой.

Я сажусь на кровать, прижимая саквояж к груди, и жду, когда меня вызовут.

Поэтому я не могу не закатить глаза, когда Джазз появляется в дверях, ухмыляясь, как идиот. Я быстро встаю и закидываю сумочку на плечо, желая поскорее выйти в коридор, пока меня не загнали в угол вместе с ним.

Он загораживает дверной проем своим внушительным телосложением, держась каждой рукой за дверную раму так, что я оказываюсь в ловушке.

— Знаешь, в прошлый раз нас прервали, когда ты была полностью в моем распоряжении. Может быть, нам стоит исправить это прямо сейчас. — Его глаза блуждают по моему телу, останавливаясь на моем декольте, которое выглядывает из-под рубашки.

— Извини, — пожимаю я плечами, пытаясь оттолкнуть его. — У меня месячные. В остальном, твое предложение звучит слишком хорошо, чтобы от него отказаться.

Мои слова, полные сарказма, не приглушают ни его энтузиазма, ни его растущей эрекции, которая выпирает из свободных джинсов.

— Ты всегда можешь пососать мой член, — хрипло говорит он, кладя руку мне на плечо и надавливая вниз в не очень деликатном приглашении встать на колени.

Я сексуально смотрю на него, посасывая губу, когда смотрю на его лицо.

— Ммм, звучит так заманчиво, — отвечаю я с насмешливой серьезностью. — Но я, пожалуй, откажусь.

Он обхватывает пальцами мою руку, сильно впиваясь в нее.

— Может быть, я все равно просто трахну тебя. Немного крови меня не пугает.

Может, я просто буду трахать тебя, пока ты не истечешь кровью. Как будто он просто более молодая версия своего чертова отца.

Я смеюсь, качая головой.

— Ты думаешь о чем-нибудь еще, кроме траха? — спрашиваю я его серьезно, заглядывая ему в лицо. Я вспоминаю его руки вокруг моего горла, слипшиеся от крови, и жжение отравленного кокса в моих ноздрях, а затем вспоминаю его надменное лицо, смотрящее на меня сверху вниз, когда я боролась с его хваткой шесть лет назад, и новая волна ненависти накатывает на меня.

— Не совсем, — говорит он, высокомерно улыбаясь мне.

— Думаю, я ясно дала понять, что ты меня не интересуешь, придурок, — говорю я, пытаясь отпихнуть его в сторону и выйти из комнаты, которая вдруг кажется невероятно маленькой.

Его другая рука хватает мою свободную руку и крепко сжимает.

— Еще лучше, — выдыхает он, сжимая мои руки так сильно, что больно. — Ты выглядишь так, как будто ты будешь кричать. Я люблю сучек, которые кричат.

Ярость бурлит во мне, и выражение его лица бесценно, когда я поднимаю колено и изо всех сил врезаюсь им в его эрекцию, колено гудит от удара. Он стонет и резко падает на колени.

— Гребаная сука, — стонет он, держась обеими руками за свои причиндалы, когда я протискиваюсь мимо него в коридор.

— Ты всегда можешь пососать мой член, — говорю я, проскакивая мимо него в коридор.

Я направляюсь в гараж, проскальзываю в огромное, безликое пространство, пока Дорнан проводит горячую ободряющую беседу с четырьмя своими сыновьями - Джейсом, Донни, Микки и Антом. Я вишу на заднем плане, пока Донни не замечает меня.

— Убирайся, — говорит он мне. — Это семейное собрание.

— Все в порядке, — говорит Дорнан, протягивая руку. — Она едет с нами.

— Она едет? — кричит Микки. — Какого хрена она едет?

— Потому что я, блядь, так сказал! — кричит Дорнан. — Ты хочешь пойти с нами, или будешь сидеть здесь, как надутый маленький говнюк, пока мы идем мстить за твоих братьев?

Джаз бросает на меня мерзкий взгляд, хромая рядом со мной, и присоединяется к разговору.

— Сучка даже стоять прямо не может, — усмехается он. — Ты действительно думаешь, что она сможет часами сидеть на заднем сиденье мотоцикла?

Лицо Дорнана на мгновение смягчается.

— Возьми ее в свою машину, Джейсон, - устало говорит он. — Она все еще выглядит полумертвой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Джейс просто смотрит на меня, а затем возвращает свой взгляд на отца.

— Может быть, тебе тоже стоит сесть за руль, — шепчу я Джаззу в шутливом сочувствии, поскольку он стоит так близко, что наши руки соприкасаются. — Ты выглядишь так, будто едва можешь ходить. Ты действительно думаешь, что сможешь часами сидеть на байке? — он выглядит так, будто хочет ударить меня по лицу, и я мило ему улыбаюсь.

— Может, и стоит, — бормочет он так, что слышу его только я. — Может быть, я изнасилую твою задницу на заднем сиденье, пока младший брат будет вести машину.

Я снова обращаю свое внимание на Дорнана, стараясь сдержать гнев на лице. Это будет чертовски приятно, когда я нажму на спусковой крючок и разнесу этих ублюдков в пух и прах.

— Готовы? — спрашивает Дорнан. Все ворчат или бормочут в ответ.

— Хорошо, — говорит он, перекидывая ногу через мотоцикл. — Давайте убираться отсюда. Джейс, мы встретим вас там.

Джейс жестко кивает и отходит назад, а остальные садятся на свои мотоциклы и громко заводят их. Шум стоит оглушительный, и мне приходится бороться с желанием засунуть пальцы в уши, чтобы заглушить его. Это показалось бы слабостью, а я меньше всего хочу показаться слабой рядом с этими мужчинами.

Дверь гаража открывается, и Дорнан вылетает, за ним тянется клубок дыма. Это кажется странным, и я наблюдаю, как другие мотоциклы уезжают, практически не дымя выхлопными трубами. Вскоре сердитый гул стихает, а затем и вовсе пропадает, оставляя нас с Джейсом наедине, и между нами остается только его мотоцикл.

Он медленно поворачивает голову и смотрит на меня так, как кто-то может посмотреть на дохлого таракана на полу или кусок собачьего дерьма на ботинке.

Я пожимаю плечами.

— Похоже, тебе не избавится от меня.

Он хватает свою сумку и уходит, оставляя меня стоять в пустом гараже. Отойдя на несколько шагов, он поворачивается и обращается ко мне.

— Поторопись, — говорит он. — Мы уже отстаем на пару часов от них из-за машины.

Глава 12

Дорога до места назначения занимает три часа. Три часа молчания, с неловкими светскими разговорами, которые иногда начинаю я, а заканчивает он.

Это далеко от страстных поцелуев и долгих разговоров, которые я делила с Джейсом в последние несколько месяцев, и это заставляет мое сердце болеть.

— Куда мы едем? — спрашиваю я, спустя два часа путешествия.

— В Мексику, — монотонно отвечает Джейс.

— У меня нет паспорта, — напоминаю я ему. — Что ты вообще собираешься делать?

Он поворачивается и смотрит на меня, пока мы мчимся по автостраде.

— Это зависит от обстоятельств.

Волоски на тыльной стороне моих рук зашевелились, и мне вдруг стало очень холодно.

— Зависит от чего? — спрашиваю я.

Он не отвечает. Я терпеливо сижу пять минут, сложив руки на коленях, но его колкости сводят меня с ума, и я не забыла, что теперь я, по сути, пленница. Раньше я была в ловушке Дорнана, но, по крайней мере, у меня был Джейс, который присматривал за мной и следил, чтобы я не умерла.

Теперь, похоже, он будет первым, кто нажмет на курок, если до этого дойдет.

— Пожалуйста, поговори со мной, — умоляю я, прося его взглядом.

Он смотрит на меня так, словно я мертвая тварь, размазанная по обочине, и переводит взгляд обратно на дорогу.

— Мне нечего сказать, — упрямо отвечает он.

Паника бурлит в моей груди, и я чувствую, что дышать становится все труднее. Это дурацкое жужжание в ушах и в животе снова вернулось, как будто куча злых ос атакует меня изнутри, нанося болезненные укусы с ядом внутри.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Мне хочется плакать, я чувствую себя такой беспомощной. Он собирается разоблачить меня. Он поймет, что я девушка, которую он считал мертвой шесть долгих лет, поймет, что я убила его братьев, и, возможно, выстрелит мне в голову.