Преднамеренное похищение (ЛП) - Лангле Ив

Грудь Эйли вздымалась, тело было залито струящейся кровью, но она ничего не могла поделать с возбуждением, которое охватило ее тело из-за его близости. Твердая выпуклость тыкала ей в поясницу, и влажный жар наводнил ее расщелину, поскольку она осознала, что, несмотря на свои слова, ее присутствие все-таки влияло на Джаро.

Едва до нее это дошло, он отшвырнул ее от себя, дав ей споткнуться. Пойманная врасплох, она развернулась и присела в нижнюю стойку, дожидаясь, что он будет делать дальше.

Она глазам своим не верила, когда он достал пистолет и нацелил его на нее.

— Трус, — выплюнула она.

На его щеке запульсировал нервный тик, затем без предварительного предупреждения он выстрелил.

Глава 8

Джаро поймал ее бессознательное тело, прежде чем оно упало бы на пол. Он понятия не имел, с чего бы ему это делать. Его пронизывал гнев, раскаленная ярость, из-за чего, слетев с катушек, он впал в кровожадное неистовство, и это была ее вина. Он тщательно спланировал ее захват, и все шло по его плану, вплоть до того момента, когда он поймал ее, когда она возвращалась в свою комнату с тем серокожим самцом. Лютость и близко не то слово, чтобы описать его эмоции, когда тот инопланетянин осмелился прикоснуться к ней и применить к ее маленькой фигурке свою грубую силу. Незнакомое чувство напрочь поглотило его — ревность. А еще интересней то, что он не понимал, почему оно разбушевалось в нем до такой степени, что он должен был уничтожить другого самца, которого она выбрала. На самом деле это была ложь.

Он очень хорошо знал о причине, что сподвигло его уничтожить того двуногого инопланетянина.

«Он посмел коснуться того, что принадлежит мне».

Он пришел в бешенство, узнав, что она так небрежно отвергла его кандидатуру и тут же обратилась к другому. Конечно, он знал, что она занималась поисками отца, но отказаться от него, величайшего воина и грозного воина галактики, ради громилы с промежуточной станции? Из-за этого ему захотелось еще раз убить этого ублюдка.

Держа ее безвольное тело на руках, он не мог не вдыхать ее сладкий аромат, который преследовал его во снах — и даже в минуты его бодрствования — все то время, что он разыскивал ее. Чтобы ускорить исполнение своего плана, он подключил своих кузенов — в самый последний момент, потому что из-за их последней аферы они снова заработали себе проблем. Каждая галактическая станция, где он проводил поиски, вызывала в нем жгучую ярость и бурлила кровь в его жилах, лишь представив ее в объятиях другого.

Даже сейчас он не был уверен, что она не делилась своим телом в то время, что они провели порознь. Всепоглощающая ревность при этой мысли заставила его сжать ее в своих руках сильнее.

Выйдя из командного центра, он направился в свою каюту. Не успел он положить ее на кровать, как его кузены уже столпились позади него. Когда он щелкнул наручниками, которые в свободное время он уменьшил под ее тонкие запястья и лодыжки, он почувствовал у себя за спиной их безмолвные вопросы.

— Послушай, кузен, не хочу быть занудой, но тебе не кажется, что ты немного перебарщиваешь?

Вполне возможно, но он запланировал эту часть своей мести во время их разлуки — более того, фантазировал об этом.

— Вы же сами ее видели. Она слишком опасна, чтобы оставить ей возможность сбежать отсюда.

— Немного возбуждающе, если хотите знать мое мнение, — заявил Ксарн. — Со мной она может драться в любое время, предпочтительно голая. — Даже не глядя, Джаро пнул ногой назад, врезав по ноге Ксарна, заставив его вскрикнуть, сморщиваясь от боли. — Ау! За что?

Почему-то объяснять, что от любого упоминания Эйли с другим самцом он впадал в бешенство, не сильно тянуло на хорошую идею, если только он не мечтал о том, чтобы его кузены беспощадно над ним издевались. Он выбрал:

— Не позволяй ее хрупкой внешности себя одурачить. Она машина для убийств.

Он проигнорировал хихиканье, когда направился, чтобы сковать ее лодыжки в кандалы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ты ведь не всерьез по поводу ее продажи, да? — спросил Бракс.

— В бордель, обеспечивающий наибольшее вознаграждение, — лаконично ответил Джаро, закрывая последнее из оков. Он встал и повернулся, чтобы не видеть ее в своей постели такой беспомощной и маленькой, бледность кожи ее лодыжек и запястий, омраченных сковывающим их черным металлом.

Оба его кузена не испытывали таких угрызений совести и заглядывали вокруг него на ее неподвижное тело.

— А что, если взамен этого, ее купим мы? У нас есть кое-какие накопления кредитов, и в общем… я с удовольствием отдал бы свое семя такой бойкой бестии. Что за малыш у нас получился бы!

В мгновение ока Джаро толкнул Ксарна к стене, прижав острый край клинка к его шее.

— Никто не прикоснется к ней, — прорычал он. — Понял? Никто! — последнюю часть Джаро прокричал, ошеломляя даже себя своей горячностью.

— Не вопрос, кузен. — Ксарн имел глупость не проявить столько страха, сколько следовало бы, когда нужен всего лишь легкий толчок, чтобы кинжал перерезал ему глотку.

Внезапно осознав, что сделал, Джаро отпустил его и отступил, но свой кинжал в ножны он вкладывать не стал. Кое на ком все еще слишком много одежды.

— Исчезните. — Следующая часть его плана не требовала публики. Занимаясь этим, он отказывался выставлять зрителям напоказ наготу своей пленницы. Чем-то ценным он никогда с другими не делился.

— Ты же не собираешься ее убивать, так ведь? — с явным беспокойством в голосе спросил Бракс.

Зачем убивать ее, когда месть намного слаще?

Джаро оскалил зубы.

— Нет. Она пока что в безопасности, но если вы оба отсюда не уберетесь, я прикончу вас.

Обмениваясь взглядами друг с другом, его кузены ушли, и дверь за ними закрылась. Воцарилась тишина, за исключением ее тихого дыхания.

Джаро повернулся и посмотрел на нее сверху вниз, на то, как ее темные ресницы трепещут на ее щеках. Как ее полный рот слегка приоткрывался с каждым выдохом, а грудь двигалась при каждом вдыхании. Покачав головой, он принялся за работу, срезая с нее одежду, обнажая своему взору ее тело. От одного его вида у него перехватило дыхание — а его член поднялся.

Разделавшись с тканью, он не смог удержаться и провел пальцем по мягкой плоти ее груди, наконец-то прикоснувшись к телу, в котором она ему отказала. Он провел пальцем вокруг ее пухлых грудей, прежде чем подвести его к соску, который при его прикосновении тут же сморщился. Он потянул за каждое из золотых колечек, пронизывающих ее смуглые ореолы, с легкостью представив, как он тянет за них в то время, как она трахает его, а ее огненно-рыжие волосы колышутся вокруг них шелковым занавесом. Он не смог удержаться от того, чтобы скрутить металл, и резкое натяжение растянуло ее сосок.

Даже в состоянии спокойствия ее тело отвечало ему, запах ее желания усиливался, окружив его, и его член затвердел до болезненности. «Что такого в этой самке, к которой меня так влечет?»

Огненный клочок волос на стыке ее бедер манил его, и он даже не стал утруждать себя попыткой удержаться от того, чтобы скользить пальцами по этим завиткам до влажной щели под ними. При его прикосновении ее тело бросило в дрожь, и тихий вздох подал ему знак о ее скором пробуждении от оглушающего выстрела, которым он ей уложил. И он снова погладил ее, влага ее киски покрыла его палец, умоляя его попробовать ее на вкус.

Словно обжегшись, он отошел от нее, когда ее веки распахнулись.

— Я что, не умерла? — прошептала она.

Почему-то, судя по голосу, она казалась удивленной, и он ощетинился, из-за чего его ответ оказался более грубым, чем он собирался.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Умереть слишком легко. Я же говорил тебе, что намерен тебя наказать.

У нее вырвался еще один вздох, на этот раз раздраженный, в отличие от тихого, довольного звука, прозвучавшего раньше.

— Все самцы за пределами Зонияна настолько мстительны? На моей планете, если самцы сопротивляются, это скорее ради традиции. В конечном счете, оба участника вполне довольны такому положению дел.