Samayel - Спаси меня

Гарри замер, когда Малфой подошел к нему. Он не двигался, пока Драко несмело обнял его за талию и потянулся губами к его губам. Поттер в ответ наклонился и поцеловал его. Они не обращали внимания на утреннее дыхание. Это был поцелуй, который им запомнится навсегда. В нем были обещания, которые не нуждались в словах, и надежда...

Они отодвинулись друг от друга, когда в коридоре послышались тяжелые шаги, предупреждавшие о приближении Снейпа. Гарри неохотно отправился в свою комнату, все еще ошеломленный безмолвным признанием Драко в своих желаниях.

Малфой не стал переодеваться. Не было надобности. Ему предстояло лежать в постели еще сутки по завершении процедуры. Но вот в ванную требовалось сходить, и срочно. Не было нужды говорить, какие едкие комментарии последуют от Снейпа, если тот обнаружит, что пижамные штаны на Драко весьма значительно оттопыриваются.

Северус ждал его, слушая шум воды в душе. Он раскладывал травы и зелья и устанавливал на тумбочке маленькую курильницу. Предстоящая работа требовала погружения сознания в критическое состояние, и все эти инструменты и препараты были необходимы для перехода. Он обратил внимание, что Драко слишком долго находится в душе, и пришел в еще большее раздражение, когда в дверях появился Поттер.

- Когда мы начнем, нас никто не должен перебивать. Не должно быть никакого шума, никаких толп снующих туда-сюда Уизли и никаких разговоров. Нарушение концентрации легко может уничтожить то, что я буду делать, и вы должны обеспечить, чтобы нас никто не потревожил. Я понятно объясняю?

Поттер смотрел самодовольно и презрительно, что было не удивительно для этого заносчивого отродья, но его взгляд быстро изменился, и юноша кивнул в знак того, что полностью согласен с зельеваром.

- Хорошо. Все будет сделано. Ради Драко. Я должен кое-что прояснить сейчас, пока его нет. Я должен был сказать это сразу, когда вы только пришли, но у нас не было возможности поговорить.

Вы мне не нравитесь. Я никогда не нравился вам. Но даже при этом я не должен был делать то, что сделал. Вы поступали так, как считали правильным и действовали согласно приказам Альбуса. Ваши заслуги сложно переоценить. Я знаю, что вы не хотели допустить такого исхода событий. Драко говорил, что вы пытались помочь ему. Думаю, что так и было. Из-за вашего обращения со мной и другими вы никогда не будете мне симпатичны, и вряд ли мы с вами когда-либо станем друзьями, но я уважаю вас. Вы - единственный человек из известных мне людей, кто может помочь Драко, и вы пришли сюда, несмотря на то, что у вас для этого не было никаких причин. Даже если эта процедура не поможет ему, это больше, чем мы были вправе ждать от вас. Спасибо.

Северус оставил в покое свои травы и пузырьки и откашлялся, прежде чем ответить. Уголки его губ искривились в некоем подобии улыбки.

- Гмм. Кажется, за то время, что мы не виделись, вы кое-что усвоили, мистер Поттер. Я до сих пор не могу понять, как в одном человеке могут сочетаться смирение и такая потрясающая самонадеянность, но это типично для загадки по имени Гарри Поттер. Я ни сейчас, ни когда-либо не был заинтересован или обеспокоен тем, чтобы нравиться кому-то. Я здесь не для того, чтобы доставить вам удовольствие, и ваше одобрение или неодобрение абсолютно ничего для меня не значат. Однако я весьма заинтересован в том, чтобы самым тщательным образом применить свои знания, и требую соответствующего уважения к моей квалификации. Что касается моего мнения о вас, то должен сказать, что в школьные годы вы обладали утонченностью тяжеловоза, у вас отсутствовали какие-либо представления о дисциплине. Вы демонстрировали абсолютное пренебрежение ко всему, что хоть сколько-нибудь напоминало правила… и все же… вы не полностью лишены потенциала, и, кажется, что-то поняли с тех пор. Вы слишком импульсивны, слишком безрассудны и самым прискорбным образом самонадеянны, но, с другой стороны, никто не идеален.

Гарри криво усмехнулся. Игра слов и завуалированные, но довольно колкие выпады… они понимали друг друга, так и должно было быть. Их прервал Драко, который вернулся из ванной, вытирая на ходу волосы. На нем была все та же пижама. Гарри кивнул каждому из них и молча пошел вниз, в гостиную. Драко обратился к бывшему наставнику, который сейчас сидел на краю кровати:

- Я готов. Что дальше?

Снейп прошептал заклинание, зажигая курильницу, и бросил в нее смесь трав. Еще одно заклинание - и дверь закрыта. От жаровни начал подниматься дым, свиваясь кольцами и наполняя комнату незнакомым горько-сладким ароматом.

- Твоя задача предельно проста. Ляг на спину и расслабься. Дыши медленно и глубоко. Закрой глаза и позволь сознанию плыть по течению. Травы, которые я жгу - хаома. Это очень сильное расслабляющее средство, оно поможет тебе быстро перейти в медитативное состояние. Ты уже подвергался воздействию Легилименции, поэтому знаешь, что будешь чувствовать. Не позволяй неприятным для тебя образам прервать состояние транса. Расслабься. Дай им появиться, а потом исчезнуть. Когда проснешься, ты мало что будешь помнить, и я уже приготовил зелья, которые помогут уменьшить головную боль. По сути, щиты представляют собой некие перманентные магические сооружения в твоем сознании, и вначале они будут очень неприятно давить. А теперь дыши… медленно и глубоко… начинаем.

Драко нервничал, но сделал все так, как ему велели. Он глубоко вдохнул аромат благовоний, надеясь, что хаома действительно подействует быстро и снимет его напряжение. Так и случилось. Уже через несколько минут Драко почувствовал легкую эйфорию и слабое головокружение, которое, впрочем, не было неприятным. Его сознание плавно перемещалось от одного воспоминания к другому, мимолетно и непредсказуемо, и вопреки всем ожиданиям он ощущал себя совершенно расслабленным. Темнота и тишина легко поглотили его. Вскоре он почувствовал себя так, будто достиг дна колодца или глубоко погрузился в теплую воду и смотрит вверх, на свет. Перед его внутренним взором мелькали образы из прошлого, воспоминания легко проплывали на границе его разума, как облака на небе, спокойно и бесконтрольно. Драко чувствовал слабые прикосновения к своему сознанию и не думал ни о чем, кроме невесомой струйки воздуха, наполняющей его грудь.

Предложение Гайд-Прэтта. Драко лепечет жалкие слова благодарности в надежде получить еду и компанию. Оценивающий взгляд МакНейра. Холодное изумление Рудольфуса. Удовольствие. Боль. Ужас. Отчаяние. Обрывки воспоминаний протекали через подсознание Драко и таяли в легкой дымке. Насилие. Тошнота. Голод. Боль в сорванном от криков горле. Отвращение от взгляда на собственное тело, воспаленные язвы и следы ожогов. Гноящиеся раны и серовато-красные шрамы. Вонь испражнений, пропитавшая камеру. Острый, едкий запах немытого тела. Смех его тюремщиков. МакНейр хрюкает от удовольствия во время акта насилия. Гайд-Прэтт противно хихикает, когда раскаляет докрасна железо. Рудольфус сухим тоном рассуждает о чем-то, снимая слой эпидермиса и мышечной ткани и заставляя Драко смотреть на свои внутренности. Все это и многое другое прошло через его сознание, пока Снейп делал свою работу, отправляя воспоминания о каждом жутком эпизоде за мерцающий энергетический занавес.