Золотой след (ЛП) - Эшли Кристен

Лейн начал смеяться, глаза Рок сфокусировались на нем, затем ее лицо покраснело.

— Я не имею в виду интимные...

— Детка, — произнес Лейн сквозь смех, — Трипп мой сын, и даже если он не был бы им по крови, он все равно мой сын. Вот и все.

— Он — твой сын, Лейн, я это знаю.

— Да, я тоже.

— Пап! — крикнул Трипп снизу. — Мне нужен твой бумажник!

— Мой в моей сумочке на прилавке на кухне, Трипп! — крикнула в ответ Рокки.

— Если ты возьмешь бумажник Рокки, Трипп, то будешь наказан на месяц. Иди сюда и возьми мой, — крикнул Лейн вслед за Рокки.

Ее глаза метнулись к нему.

— Я могу заплатить за ужин, Лейн.

— Я знаю, что ты можешь, просто не будешь.

— Лейн.

— Рокки.

— Лейн.

— Рок.

Их глазелки были прерваны появлением Триппа, который вошел в спальню, чтобы забрать бумажник Лейна, когда Трипп вышел, его глаза вернулись к Рокки, которая смотрела на него свирепо.

— Закрой дверь, приятель, — крикнул Лейн, не сводя глаз с Рокки.

— Хорошо, — пробормотал Трипп, и Лейн услышал, как дверь хлопнула.

Затем Лейн выбрал второй вариант, чтобы закончить пристальный взгляд. Он перевернул ее на спину и поцеловал, а когда закончил, уткнулся лицом ей в шею.

— Люблю тебя, детка, — прошептал он ей в кожу, его руки скользнули вверх по ее бокам.

— Я тоже люблю тебя, Лейн, — прошептала она в ответ и крепко обняла его.

Затем руки Лейна обвились вокруг нее, его лицо вжималось ей в шею, он развернул их вместе и выдохнул, дыхание, которое, казалось, он сдерживал десятилетиями.

И, лежа в его постели, в его объятиях, она крепко обнимала его, и ей было приятно наконец-то сделать вдох.

26

Так суждено

Лейн вышел из своей комнаты, прошел через тренажерный зал, обогнул лестницу и остановился как вкопанный, посмотрев вниз, увидел Веру и Дэвина, сидящих вместе на третьей ступеньки от верха.

Вера почувствовала его присутствие, повернула голову, задрав кверху, и приложила палец к губам.

— У тебя есть ее фотографии? — Услышал Лейн вопрос Триппа снизу, и все внимание Лейна переключилось на разговор внизу, он стал прислушиваться.

— Да, Трипп, — ответила Рокки.

Было воскресное утро, после блинчиков Веры, телевизор еще не включали. Лейн был не уверен, но предположил, что Трипп и Рокки расположились на колоссальном, мягком секционном, угловом диване, который становился квадратным плацдармом в разложенном виде, наполовину кроватью, наполовину диваном, был очень удобным, и теперь стоял в углу у переднего окна, занимая почти все свободное пространство.

— Она была хорошенькая, как ты? — спросил Трипп, Лейн сделал глубокий вдох, и мышцы у него на шеи напряглись.

Трипп спрашивал ее о матери.

Дэвин тоже повернул голову к Лейну и отрицательно качнул головой.

— Нет, — ответила Рокки. — Она была прекрасной.

— Ну, — вставил Джаспер, — как ты.

Лейн закрыл глаза, и его рука потянулась к верхней части столба лестницы, пальцы схватились за него.

— Это мило, Джас, с твоей стороны, — тихо произнесла Рокки.

— Да, я милый, Кира так говорит, — высокомерно ответил Джаспер, и Лейн открыл глаза и улыбнулся.

— Ты такой сладкий, — со смехом вставил Трипп.

— Смотри и учись, Трипп-о-матик, и ты серьезно подцепишь Жизель, — заметил Джаспер.

— Жизель и так уже подцеплена, чувак, она полностью зацепилась за меня, — ответил Трипп.

— Потому, что ты тоже милый, — произнесла Рокки.

— Да? — спросил Трипп таким тоном, словно утвердительный ответ означал для него все на свете.

— Ага, — тихо ответила Рокки, этим мягким словом, подарив его сыну весь мир.

Наступила тишина, затем Трипп заметил:

— Мне четырнадцать.

— Я знаю, Трипп, — ответила Рокки.

— В следующем месяце исполнится пятнадцать, — заявил он.

— Да? Что ты хочешь на свой день рождения? — спросила Рокки.

— Торт «Млечный путь», — ответил Трипп.

— Это можно устроить, — заявила Рокки.

— Тебе тоже было четырнадцать, — заметил Трипп, и Лейн заметил, как рука Веры взметнулась и схватила Девина за колено, она поняла, что Трипп имел в виду, они все поняли.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Тело Лейна напряглось, готовое спуститься по лестнице, если все пойдет не в ту сторону.

— Прости, милый? — спросила Рокки.

— Когда это случилось… эм, с твоей мамой, — ответил Трипп.

— Трипп, — тихо произнес Джаспер, предупреждая.

— Все нормально, — прошептала Рокки. — Да, Трипп, мне было тогда четырнадцать.

— Папу ранили, — объявил Трипп, и Лейн сделал нескольлко шагов, но Девин снова ему отрицательно покачал головой, обняв за плечи Веру.

— Я знаю, — тихо произнесла Рокки.

— Итак, эм… Я просто хочу, чтобы ты знала, э-э… ну, хотя это было не то же самое, но… Я понимаю, — заявил Трипп, и Лейн, спустившийся на две ступеньки, присел на лестничную площадку, в основном потому, черт возьми, его ноги больше не могли его держать.

— Думаю, понимаешь, — ответила Рокки.

— Хотя и не то же самое, — сказал Трипп то, что она уже знала.

— Да, это не значит, что все было хорошо, — ответила Рокки. — Я была там и видела, как вы переживали. Знаю, каково это. Моего отца тогда тоже ранили.

— Ты была в больнице у папы? — спросил Джаспер. — Ты была в больнице, когда в папу стреляли?

— Вы меня не видели, но, да, я была у него в больнице.

— Вау, совершенно это пропустил, — пробормотал Трипп.

— Папа говорит то, что в него стреляли, подтолкнуло тебя прийти к нему, — заметил Джаспер.

— Да, Джас, — подтвердила Рокки, Лейн мог сказать, что она улыбалась, — это меня подтолкнуло.

— Потому что ты была влюблена в него, хотя вы, ребята, расстались давно, — заявил Джаспер.

— Да, Джас, он мне очень нравился, — подтвердила Рокки.

— Все эти годы, верно? — спросил Джаспер.

— Ты думаешь, что это странно, да? — спросила Рокки.

— Нет, это круто. Я парень, но девочки говорят, что папа горячий, — ответил Джаспер. — Понимаю, что это заставило бы тебя остаться с ним.

— Да, твой отец очень горячий, и это одна из причин, почему я осталась с ним, — теперь Рокки звучала так, будто пыталась не рассмеяться. — Хотя, к твоему сведению, Джас, ты похож на своего отца, очень красивый, но не только по этой причине ты нравишься Кире.

— Не только? — спросил Трипп.

— Нет, — ответила Рок.

— Тогда почему же он ей нравится? — спросил Трипп.

— Мы уже говорили об этом, — ответила Рокки, — потому что он милый.

— Нет, ей нравятся мои шесть кубиков пресса, — сообщил им Джаспер, Лейн поджал губы, заметив, как спина его матери выпрямилась, а спина Девина затряслась от беззвучного смеха.

— Джаспер Лейн, я не хочу думать о том, откуда Кира Уинтерс узнала, что у тебя шесть кубиков пресса, — строго заявила Рокки.

Джаспер, всегда быстрый во всем, ответил:

— Она видела меня на вечеринке у бассейна прошлым летом.

Это вранье. Насколько Лейн знал, прошлым летом Джаспер не был на вечеринке у бассейна.

— Надеюсь, что так, — пробормотала Рокки.

— Чего я не понимаю, — начал Трипп, явно помогая брату сменить тему, — дерьмо случается по какой-то причине.

— Прости? — спросила Рокки.

— Ну, у вас с папой было что-то, и у него, типа, есть твои фотографии. Он показывал нам как-то. И, знаешь, это вроде как должно было случиться, понимаешь? — сказал Трипп.

— Ну…, — нерешительно ответила Рокки.

— Я хочу сказать, когда папу подстрелили, и это тебя подтолкнуло к нему, так это произошло не просто так. Это нехорошо, конечно, что папу ранили, а ты попала в такую ситуацию и все такое, но, поскольку вы, ребята, должны были быть вместе, что-то должно было произойти, чтобы вы, ребята, снова сошлись, я считаю, что это должно было быть чем-то серьезным и большим, — объяснил Трипп.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Лейн почувствовал, как у него обожгло грудь, и заметил, что голова матери упала на плечо Дэвина, но он не зациклился на этом, продолжая слушать своего сына и свою женщину.