Магистр между двух Огней (СИ) - Валерия Дашкевич

не смотря на то, что я первенец и сын ее конкурентки. Лариса постоянно была тенью моей матери, и продолжает ей оставаться.

— Встретил девушку? — понимающе произнесла она.

На это я лишь кивнул, говорить с ней о Лавре нет желания.

— Понимаю, — прошептала она, и взгляд ее устремился вдаль. — Понимаю тебя, ты хочешь знать, что она будет чувствовать. Поначалу она будет злиться и ревновать, ее будут разрывать чувства любви к тебе и ненависти к себе. Когда ты хочешь быть с любимым, а он в это время с другой. Когда ты знаешь, что ты должна быть на ее месте, но вместо этого смиренно смотришь, понимаешь и принимаешь. Потому что не сможешь жить без него. Истерика, слезы по ночам, а потом самый долгожданный человечек, который приносит тебе радость, счастье и любовь. И ты отдаешь ему всю себя, — на пару минут она замолчала, печально глядя на проникающие сквозь густую листву лучи солнца.

И я задаюсь вопросом, а счастлива ли она была? Не пожалела ли? Чему-то своему усмехнувшись, она продолжила:

— Лень, если ты любишь ее, отпусти. Она всю жизнь будет жить в клетке, разрываясь от чувств к тебе и родному ребенку. А так у нее есть шанс встретить и, возможно, полюбить другого, не отнимай у нее шанса быть единственной и любимой.

— Ты настолько несчастна с отцом?

— И да и нет: когда он рядом одно, но когда он с другой — это другое, и вот так жить и развиваться я никому не пожелаю. У меня не было выбора, так дай же его той девушке.

— Я понял, — произнес, отступая на шаг назад.

Я жил и не задумывался, меня не интересовал этот вопрос. Что же тогда чувствовал Артем, будучи всю жизнь на вторых ролях.

— Спасибо, — ответил, скрывая свою растерянность за спокойствием.

— Так как там Артем?

— Хорошо, работает, — ответил ей я. — Дядя дома? — резко сменил тему.

— Скорей всего, — пожимая плечами, ответила она.

Но стоило мне отойти на пару шагов, услышал:

— Я не жалею, что так прожила жизнь. У меня есть все. Но хотела бы я изменить? Да…

Я лишь молча кивнул, направляясь сквозь деревья в сторону небольшого домика, задаваясь лишь одним вопросом: «А хочу ли я такую жизнь для Лавры?»

Глава Двадцатая

Леонид

Чем больше я задаюсь вопросом, тем более во мне растет решительность. Возможно я совершу неразумный и опрометчивый поступок, тем самым подставив своего брата. Но скорее я повторю судьбу своего дяди, чем женюсь на другой. Тем более по закону стаи у меня уже есть жена.

Неожиданный откровенный разговор со второй женой отца еще более подтолкнул меня к этой мысли. Хочу я, чтобы моя пара жалела о сделанном выборе? Нет. Знает ли отец? Сомневаюсь, для него всегда законы и правила клана стоят на первом месте.

Не спеша, размышляя в тени деревьев, я добрался до домика моего дяди. Его внедорожник припаркован около небольшого двухэтажного серого каменного домика. На какой-то миг я замер в нерешительности, глядя на закрытые деревянные двери дома.

«Стоит все выяснить», — решительно напомнил себе и направился ускоренным шагом в сторону домика.

Двери дома оказались приоткрытыми, неслышно отпер дверь, направляясь внутрь дома. В небольшой уютной кухоньке возле стола сидит мой дядя, на коленях у него примостилась жена, обнимающая его за шею. Эта сцена вызвала во мне волну умиления и нежности.

Хочу ли я так же? Да! Я желаю, чтобы возле меня находился человек, который вот так же будет сидеть со мной на одной кухне после долгих прожитых лет вместе. Облокотившись о косяк двери плечом, на моем лице расцветает улыбка.

— Привет, дядь, — произношу негромко.

— Привет, племянничек, догадывался, что ты зайдешь в гости, — усмехнулся он, отпуская свою жену.

— Здравствуй, Лень, чай будешь? — приподнимаясь с колен дяди, спросила она, расправляя фартук.

— Буду, — отталкиваясь от двери, произношу и направляюсь к столу, усаживаясь на свободный стул.

— Угощайся, — махнула она головой в сторону вазочки с печеньем. — Свежее, недавно испекла.

— Спасибо, — улыбнулся, поглядывая на дядю, давая понять, что хочу поговорить.

— Лиля, — приподнимаясь из-за стола произнес дядя. — Мы пойдем поговорим с Леонидом, родная, а ты завари нам свежего чайку.

— Идите уже, — по доброму улыбаясь, произнесла она в ответ, поглядывая на нас лучисто небесно-голубым взглядом. — Мужчины.

— Спасибо, — произнес с благодарностью, направляясь следом за высокой тучной фигурой дяди. Миновав прихожую мы вошли в его небольшой кабинет, в котором большое место занимали книги, в дальнем углу стоит стол, заваленный бумагами и пара кресел. Присев в одно из них, он взлохматил свои темно-русые волосы рукой и тяжело вздохнул.

— Догадываюсь, зачем ты пришел.

— Значит, ты в курсе, что меня решили женить, — произношу, присаживаясь напротив него и вглядываясь в темно-серые уставшие глаза.

— Конечно, они явились еще пару недель назад, словно из-под земли выросли с предложением объединить кланы.

— А в чем причина спешки? — отвлекся я от главного вопроса.

— Не пойму, — почесав голову ответил он. — Самому хотелось бы знать. Но вот странность, Лень, инкубы стараются договариваться с себе подобными. А тут? Они явились с предложением, и твой отец согласился.

— Интересно, что же они ему предложили? — непроизвольно вырвалось злое.

— А вот на этот вопрос никак не могу ответить, потому как сам не ведаю.

— Я не только по этому пришел, — произнес, доставая из кармана серый камешек. — Сколько за вот этим. Хочу знать, кто он?

— Или она? — с прищуром поглядывая на камень в моей руке, спросил он.

Я лишь усмехнулся, прекрасно понимая, что кажется меня уже разоблачили.

— Сложно тебе придется, Лень, и выбор, сам понимаешь. Да и подумай, на что ты обрекаешь девушку? — взъерепенился дядя, приподнимаясь со стула.

— Понимаю, — произношу негромко. — Но уже поздно, — добавил, открывая ворот рубашки.

Глаза дяди с удивлением медленно раскрываются, неверяще он приближается ко мне, протягивая руку, продолжая неотрывно разглядывать татуировку.

— Вот это да, — прошептал он, присаживаясь напротив и подвигая кресло.

— И? — с нетерпением глядя на него.

— Это она сделала? — продолжая рассматривать спросил, бросая взгляд на камень.

— Да, — уверенно заявил.

Постепенно самообладание начинает давать сбой, пока дядя внимательно изучает татуировку, я едва сдерживаю себя.

— Где я подобное видел? — задумчиво проговорил он, приподнимаясь и направляясь к шкафу с книгами, все время повторяя себе под нос. — Где-то видел, видел же. Но вот где?

С минут пять я, наверное, наблюдаю, как он рыщет по стеллажам с книгами, разглядывая их, и каждый раз не то.

— Покажи камень, — возвращается ко мне, в прямом смысле выдирая его из моей руки и направляясь за стол.

Еще через пару минут на его столе появились разные колбы с