Хозяин полуночи (ЛП) - Иден Синтия

В доме было тихо, как в гробнице, и воздух казался застоявшимся. Найл включил лампу, осветившую потрепанную мебель и старенький телевизор.

– Ну, что тебе говорит твоя паучья сущность? – спросила девушка, поглядывая на темные комнаты справа и слева.

Найл изогнул бровь и пристально посмотрел на Холли.

Она попыталась не обращать внимания на то, какая у него мощная челюсть или на блеск темных волос.

Его глаза… Они больше не сбивали с толку. Полуночные омуты, полные секретов и эмоций. Смотреть в них… слишком большой соблазн.

– Моя паучья сущность? – переспросил Найл.

Девушка махнула рукой в сторону еще не осмотренных помещений.

– А что еще помогает тебе так хорошо слышать и видеть? – Не так хорошо, как оборотни, но лучше, чем она. – Тут безопасно?

– Достаточно.

Ну и славно. Холли расслабилась.

– Тогда давай поторопимся. Я хочу обыскать этот домишко, и быстро. До того, как сюда нагрянут этот коп-оборотень и его милый приятель.

Намек. Какая-нибудь зацепка. Большего Холли и не мечтала найти.

Обыскивать городскую квартиру Карла не имело смысла. Если там и было что-то хоть сколь-нибудь важное, Гит наверняка это уже опечатал и снабдил ярлыком. К сожалению, оборотень не любил делиться.

Но вдруг Карл оставил какую-нибудь информацию здесь? Если он действительно волновался, как говорит Найл, то мог пойти туда, где, по его мнению, было безопасно и…

Найл прошел на кухню и начал просматривать валяющиеся на столе бумаги.

– Постой! – Холли залезла в задний карман, достала оттуда и кинула демону пару латексных перчаток.

Он поймал их на лету и посмотрел на девушку взглядом, говорившим «Какого черта?».

– Рано или поздно копы найдут это место. Нам же не хочется, чтобы они обнаружили здесь наши отпечатки.

Найл задумчиво хмыкнул, потом сказал:

– Любовь моя, ты же не первый раз этим занимаешься, да?

Холли не собиралась отвечать. Натянув свою пару перчаток, она оглядела холл и нацелилась на старый столик, стоящий в углу.

– Что конкретно мы ищем? – окликнул ее Найл.

– Что-нибудь, что выделяется из окружающей обстановки.

Холи показалось, что она услышала, как демон ругнулся.

Она резко выдвинула верхний ящик. Отодвинула стопку счетов. Открыла следующий…

И нашла коричневый конверт с нацарапанным на нем именем Карла. Холли достала из него фотографию, при виде которой сердце девушки бешено заколотилось в груди. А потом заметила записку.

– Найл.

Он оказался рядом в мгновение ока.

Пальцы Холли дрожали, когда она протягивала снимок. На фото она и Карл сидели в парке на скамейке, разговаривали, склонив головы друг к другу.

– Записка… там еще записка.

Найл взял листок.

– Твою мать.

«Нечистые умрут».

Найл скомкал бумагу.

– Теперь-то ты мне веришь? Один из твоих драгоценных смертных истребляет демонов.

Холли не могла поспорить. Все действительно указывало на это. «Нечистые». Но откуда убийца узнал? Боже, неужели она как-то выдала тайну Карла?

Сэма?

Рядом напрягся Найл.

– Нам пора. – Он схватил конверт и запихнул обратно снимок и записку. Потом убрал все в карман куртки.

– Что ты делаешь? Ты не можешь…

– Гляньте-ка, дамочка, которая вломилась в чужой дом, внезапно вспомнила о морали.

Холли открыла рот от возмущения.

– У меня есть друзья в полицейском департаменте, понятно? Я отдам это, чтобы они нашли какие-нибудь отпечатки пальцев… да все, что возможно, черт возьми. А теперь пошли. – Его пальцы сомкнулись на руке девушки. Найл двинулся к выходу, таща за собой Холли.

Оказавшись на улице, она почувствовала, как ледяной воздух иголками пронзил кожу. Взломщики побежали вниз по ступенькам, и…

– Какого черта вы тут делаете? – потребовал ответа грубый голос, и из тени вышел пожилой мужчина, вооруженный дробовиком.

Ох, твою ж мать.

Найл толкнул девушку за спину.

– Опусти оружие. – Его голос дрожал от ярости.

Мужчина открыл рот от неожиданности, когда дуло ружья опустилось к земле.

Обернувшись, Найл приказал Холли:

– Стой за мной. Не высовывайся, поняла?

Если парень хочет встать между ней и пулей, Холли не собиралась ему противоречить. Она кивнула.

Демон повернулся обратно к мужчине.

– Не шевелись. – Голос вибрировал от звучащей в нем властности.

Мужик даже не моргал. У Холли от отвращения пересохло во рту. Гипноз. Контроль. Она точно знала, что Найл делал с испуганным человеком, который стоял с остекленевшим взглядом и не двигался.

Однажды она была на его месте. Под властью демона. Беззащитная. Марионетка.

– Найл…

– Он не должен нас запомнить. – Потом мягче: – Когда сюда нагрянут копы, он может о нас рассказать, а нам это совсем не нужно.

Проклятье, тут он прав. Но это не значит, что от этого ей нравилось происходящее.

– Не делай ему больно.

Легкий кивок.

– Ты нас не видел. Никогда. – Его мрачный и проникновенный голос струился в ночи.

Мужчина не шелохнулся.

Они медленно пошли к машине.

Загипнотизированный несчастный наблюдал за ними, опустив ружье.

Холли запрыгнула на пассажирское сиденье. Найл захлопнул за ней дверь и, обернувшись к свидетелю их «преступления», сказал:

– Иди домой. Выспись. И забудь, что ты вообще выходил во двор этим вечером.

Мужчина развернулся, прошел к зарослям кустарника и скрылся из виду.

Холли выдохнула.

Найл сел на водительское сидение. Молча.

Она тоже не проронила ни звука.

Он запустил двигатель, и машина унесла их прочь.

Твою мать.

Найл притормозил у телестудии. Холли сидела рядом, напряженная и неподвижная, как статуя. Она не смотрела на него – даже мельком не взглянула – с тех пор, как они покинули дом Карла.

– Я не причинил ему вреда. – Во всяком случае, физического. Да, он обрушил на мужика свою силу, вломился в его сознание и лишил воли. Наверное, это можно считать вредом для психики, но особого выбора не было.

Найл был чертовски взбешен, когда понял, что дуло дробовика направлено на Холли. Сработал инстинкт, и демон, не колеблясь ни секунды, сразу воспользовался своей силой.

Проклятье, до встречи с Холли он никогда не сомневался в своих действиях.

– Мы не могли позволить ему просто уйти, он же нас видел…

Найл слышал шаги этого человека. Сосед, который решил проверить пустующий дом. Скорее всего, увидел незнакомый внедорожник и заволновался. Найл хотел уйти быстро, до того, как мужчина их заметит, но…

Не успел.

– Знаю. – Безжизненный голос. Пальцы девушки сомкнулись на ручке дверцы.

Черт побери. Он почти чувствовал льдинки, хрустящие в воздухе.

– У меня не было выбора.

– Знаю.

И опять голосом, который больше подходил привидению. Но не Холли. Не его железной Холли. Найл сжал руль с такой силой, что побелели костяшки пальцев.

– Я не похож на того ублюдка.

Ублюдка, который проник в ее сознание и сделал так, что собственное тело предало ее. Больной на голову урод, попытавшийся убить девушку под пристальным взглядом Найла.

– Ты не знаешь, каково это… – Ну наконец-то, она посмотрела на него. – Когда кто-то контролирует тебя…

Нет, потому что еще не родился тот, у кого хватило сил пробраться в его голову.

«Она пробралась».

Тихий шепот прошелестел на задворках сознания… и Найл сделал вид, что не услышал. Ему хотелось сжать девушку в объятиях и заставить…

Доверять ему.

Вот уж нет.

– Хочешь выйти? – И Найл говорил не о машине. Если дамочка каждый раз будет поджимать хвост и прятаться в тени, как только события примут крутой оборот, ей не место рядом с ним.

Его жизнь далеко не сахар.

Может, Холли не такая уж и крепкая.

Девушка нахмурилась. Страх почти исчез, на его месте заискрился гнев.

Мило.

– Ты знаешь, чего я хочу.

Справедливости для двух демонов, которых она знала и потеряла.

– А ты знаешь, по каким правилам я играю. – Если она хотела придерживаться человеческой линии поведения, надо было заручиться поддержкой Брукса.