Ульяна Соболева - Одержимость

Ознакомительный фрагмент

— Так я интересуюсь со злым умыслом, — сказал он.

— Даже так? И, насколько он злой?

— А насколько можно?

— Всегда нельзя. Так интереснее, — я нагло взяла из его пальцев сигарету и затянулась. Как назло, именно в этот момент пришёл Никитин. Вау…таким я его ни разу не видела. Ему идёт элегантная одежда. Взгляд на Женю, потом на меня. Прищурился.

— Что за выходка?

— Мне скучно, Никитин.

— Давай-ка домой. Мне не до тебя сейчас. Женя, вызови такси, кого-то из наших, чтобы довезли в целости и сохранности.

Меня это начинало бесить. Домой мне не хотелось. А Никитин собрался свалить.

— То, что ты меня отправишь домой, не даёт гарантии, что я туда попаду. Просто найду другой способ развлечься. Разве не лучше, если это будет у тебя на глазах?

Женя смотрел то на меня, то на него, не зная уйти ли ему или остаться и поприсутствовать при столкновении двух интеллектов. Никитин думал ровно две секунды.

— Хорошо. Сядешь за тот столик и будешь себя очень хорошо вести. Жень, проследи чтоб ей не давали алкоголь и чтоб всякая шваль не клеилась.

— Женя, проследишь? — я кокетливо вернула ему обратно сигарету.

— Прослежу, — ответил тот и подмигнул мне.

Думаю, Женя был и не против. Я посмотрела вслед Лёше, мне стало интересно, через какое время он вернётся? Полчаса? Час?

Мы с Женей перебрались за столик возле бара.

— Что пить будешь?

— Мартини со льдом, — сказала я и облокотилась о спинку стула, закинула ногу за ногу.

— Мне велели спиртное не заказывать.

— Неужели? А ты всегда такой послушный?

Я рассматривала новую жертву. Мне хотелось придумать для него пытку повкуснее. Заодно и для Никитина, когда он вернётся. Определённо Женя не в моем вкусе. Таких, как он, я щелкаю как семечки. Но на безрыбье…

— Закажи мартини себе и будем пить вместе, — продолжала я искушать несчастного Женю, который следил за моими пальцами, выписывающими круги на столешнице длинными ноготками. Я вдруг царапнула по поверхности, и он вздрогнул.

— А вы с Никитиным ну…типа и, правда, родственники?

— Самые настоящие, родные, прям как брат и сестра.

Пропела я и скинула куртку, вызывающе поставила ногу на краешек стула Жени. Тот глянул на мою лодыжку в чёрном чулке и перевёл взгляд на мою грудь, а потом на губы.

— Он не говорил мне, что у него такая сестра, — Женя уже не улыбался.

— Какая такая?

— Красивая.

Банально, но все равно вкусно. Хотя бы, потому что Никитина это точно взбесит.

— Так как насчёт мартини?

Уже через минуту я с наслаждением потягивала алкоголь. Сделав пару глотков, протянула напиток Жене. Он отпил. Я ему нравилась. Как и всем особям мужского пола с традиционной ориентацией и с нормальной потенцией. Женя клюнул после второго бокала мартини, когда я уже вовсю танцевала, виляя задом прямо у его носа. А так как юбка заканчивалась там, где начинались мои ноги, то он моментами лицезрел краешек моей упругой ягодицы и похоже проблем с потенцией у него точно нет. Меня чуток развезло от мартини. Люблю вот это охренительное ощущение лёгкого опьянения, когда тормоза немножко отказали, но мозги ещё работают. Притом в интересном темпе, работают для того чтобы у собеседника уже никаких тормозов не осталось. Вот это кайф. Женя пританцовывал рядом со мной, норовя лапнуть за талию или за зад, а я ловко уворачивалась, но держала его в тонусе. А потом сама положила руки ему на плечи. Мускулистый, упругий.

— Маш, а тебе сколько лет? — спросил он, окончательно расслабившись.

— Это важно?

— Просто всегда спрашиваю.

— А что были неприятности с малолетками?

Видимо зацепила, были.

— Угадай, — я окунула палец в бокал, поддела льдинку и положила на кончик языка. Женя проследил за моими пальцами и его тёмные глаза загорелись.

— Семнадцать, — шёпотом сказал он, скорее убеждая себя, чем спрашивая.

— На этом и порешили, — усмехнулась я и повернулась к нему спиной, вжалась ягодицами прямо в пах и поёрзала. Женя тут же сгрёб меня за талию и прижал плотнее. Но развлечение длилось недолго. Пока у меня из рук кто-то не забрал бокал с мартини. Обернулась, продолжая извиваться в танце. Лёша. Взгляд тяжёлый, хищный. Внизу живота тут же завибрировала пружина, готовая лопнуть в любое время. Какой грозный. Телохранитель, блин. Строгий костюм, белая рубашка, на поясе рация и наверняка там под пиджаком ствол. Только челюсти сжаты и на скулах играют желваки. Похоже это уже его привычное состояние рядом со мной. Не оборачиваясь, бросил Жене:

— Начинай обход территории. Я тебя сменю здесь.

Никитин стал между мной и Женей.

— Я это…Лёш…

Женька явно смутился от тяжёлого взгляда начальника, пятой точкой почуял неприятности.

— Иди. До закрытия ровно час. Сделай обход.

Странный взгляд у моего спасителя. Впервые нечитабельный. Смотрю, и понять не могу. Мне сошло с рук? Или нет? Как только Женя скрылся из поля зрения, Никитин залпом осушил мой бокал с мартини.

— Мой рыцарь волнуется о чести дамы? — спросила я, все еще продолжая танцевать.

— Скорее о чести друга, — ответил Никитин и вдруг схватил меня за руку, — это что только что было?

Лёша насильно усадил меня на стул и устроился напротив.

— Давай договоримся. Это в первый и последний раз ты мешаешь мне работать ясно? В следующий вышвырну нахер. Поняла?

— Конечно.

Я чуть раздвинула ноги и положила руки на колени. Поиграть в Шерон Стоун? Устроить представление? Нет, плагиатус, блин. Да и я в трусиках. Слабенько. Непроизвольно он посмотрел на мои бедра и тут же отвёл глаза. Я сбросила туфельку и снова поставила ногу на стул, прямо между его ног. Невинно хлопая ресницами, заглянула ему в глаза. Это действует. На него безотказно.

— Я приготовила ужин…что ты любишь на ужин, Никитин?

Его брови удивлённо поползли вверх.

— Ты умеешь готовить?

Да, милый, испанская кухня, французская, марокканская, японская. Любой каприз за ваши деньги…в этом случае за ваши чувства.

— Я много чего умею…Брат…дядя…друг…папа…я так и не знаю кто ты мне?

Теперь я красноречиво смотрела на его ширинку. Охренеть, ткань брюк начала быстро натягиваться под моим взглядом. Определённо, если он и владеет своими эмоциями, ЭТИМ он точно не владеет. Вот эта часть его тела все же сотрудничает именно со мной.

— Так что у нас на ужин? — чуть хрипловато спросил и откашлялся.

— Сделав ревизию в твоём холодильнике, и с трудом уложившись в ту мелочь которую ты мне оставил, я смогла приготовить суп «Вишисуаз» и «Жюльен».

Он поперхнулся дымом.