Расскажи мне всё! (СИ) - "Меня зовут Лис"

— Сукин сын, пристрелил бы… — бормочу я, когда следую за Финником к ярко-красному автомобилю. Возле машины стоят две девушки в шелковых платьях, и с ними огромный охранник, который больше похож на гору.

— Мы собираемся кого-то убить? — приветливо отвечает на мои слова брюнетка в струящемся алом платье. — Давайте тогда начнем с Энобарии. Мы сделаем миру одолжение, — девчонки смеются и, отпустив громилу-охранника, падают на заднее сидение автомобиля.

— Она не настолько плоха, девочки, — закатив глаза, отвечает Финник, а потом заводит машину и выезжает со стоянки.

— Я сама видела, как она подточила Кашмире каблуки на прошлой неделе, из-за чего та растянулась прямо посреди банкета на глазах у сотни людей, — она слегка толкает свою подругу в зеленом наряде, и они начинают над чем-то хитро шептаться. Всю поездку «красное платье» улыбается мне. — Я Миалина, можно просто Мия, — наконец говорит девушка и протягивает тонкую руку с длинными, остро заточенными ногтями.

— Пит, — представляюсь я кратко, принимая рукопожатие.

— Какое простое имя, не хочешь выбрать что-то менее тривиальное? — предлагает она.

— Пожалуй, нет, — деликатно отвечаю я.

Машина останавливается, и мы все вместе идём к небольшому клубу. «Оазис» гласит огромная светящаяся вывеска над дверьми. Неоновые огни сверкают ярким соблазном: магазины, клубы и другие неизвестные мне заведения любезно открывают свои стеклянные двери. Вокруг толпа народа, но Одэйр обходит стоящих в очереди людей и направляется прямиком ко входу.

— Они со мной, — наклоняясь вперед, говорит Финник. Взгляд вышибалы мечется между мной и девушками, а затем он, кивая Победителю, пропускает нас внутрь.

Быстрыми шагами я вхожу в полутемный зал ночного клуба. Клуб, забит до верха разноцветными потными и скользкими телами, которые асинхронно двигаются под музыку. Словно радуга раскинулась среди неосвещенного зала. Поднимаю глаза наверх и смотрю, как обеспеченные капитолийцы прохлаждаются, попивая яркие напитки из бокалов причудливой формы, развалившись на широких бархатных диванах второго яруса этого заведения. Я опираюсь локтем на высокий столик и наклоняюсь ближе к Финнику, чтобы он мог меня услышать.

— Откуда эти девушки? — спрашиваю я у него, кивая в сторону наших смеющихся и уже вовсю танцующих напарниц.

— До того, как переехать в нынешнюю квартиру, мы с ними жили по соседству, подружки одной из победительниц из Первого. Милые, правда?

— Да, ничего, — киваю я головой.

Финник, улыбаясь и здороваясь со всеми вокруг, ведёт нас мимо танцпола прямо к бару. Он перекидывается несколькими фразами с барменом, а я стою рядом с ним. Вечеринка вокруг нас набирает обороты, кажется, всем весело, а я — схожу с ума.

— Два рома с тоником для леди, — кричит он сквозь музыку, а после поворачивается ко мне, — Может, выпьешь, чтобы расслабиться? Все-таки важный день, — он хитро подмигивает и, не дожидаясь ответа, пихает холодный стакан мне в руку и через стойку протягивает бармену купюры.

Я смотрю на прозрачную жидкость внутри квадратного стакана. Залпом опрокидываю его в себя.

Я не особенный. Просто мне необходимо некоторое время, чтобы опуститься до общего уровня. Требуется некоторый опыт, чтобы стать достаточно безрассудным, и всего лишь стакан виски, чтобы забыться. Вот и все.

Играет громкая музыка. Басы отдаются в моей груди. Мия подходит, берет бокал и, помешивая трубочкой в стакане тоник с ромом, встает рядом со мной.

Она кивает головой в сторону подруги, которая танцует в толпе рядом с Финником. Кажется, будто девушка всё время хочет прижаться к нему ближе, а Четвёртый просто наслаждается музыкой, словно не замечая её неловкие попытки.

— Похоже, он нравится ей, — отмечаю я, глядя на покачивающихся в такт музыки парня с девушкой среди скопления разноцветных тел.

— Каждая девушка в восторге от своего первого парня, поэтому позволь ей насладиться моментом. Он не слишком-то часто с ней разговаривал с тех пор.

— Финник был её первым? — удивлённо спрашиваю я. — И они остались в таких дружеских отношениях?

— А разве секс дружбе помеха? — она удивлённо поднимает на меня свои янтарные глаза, притягивая меня за пряжку ремня.

Я смотрю на её хитрую улыбку и прячу собственную в стакане. Ещё никогда и никто меня так открыто не хотел.

Музыка сменяется, становится громкой и раздражающей, я отталкиваюсь от барной стойки и ухожу в поисках места, где тихо. С удивлением замечаю, что Мия идёт следом.

Она резко дергает меня за руку и тянет в комнату на втором этаже клуба. Впервые я не знаю, как себя вести с девушкой. По дороге я чуть не вписываюсь в стеклянную дверь, и мы оба едва не растягиваемся на ковровой дорожке. Она возится с пластиковой карточкой и открывает дверь.

Я целовал девушек раньше, но ничего серьёзнее тесных объятий никогда не мог себе позволить. Мысль о том, что эта девушка целиком будет моей в закрытой комнате с мягкой кроватью, посылает волны тревожного ожидания по моему позвоночнику. Пока я запираю дверь, она набрасывается на меня с поцелуями и увлекает к круглой кровати с бархатным покрывалом. Интересно, все клубы в Капитолии такие?

Ее руки нагло путешествуют по моему телу: рукам, пояснице, расстегивают ремень, скользят вниз, минуя пупок прямиком в штаны…

— Ми… Мия… — перехватываю я её ладони, останавливая и смотря прямо в глаза.

— Послушай меня, я не могу, понимаешь… не могу обещать тебе, что между нами что-то будет. Ты красивая, очень красивая и весёлая, — тараторю я. — И должна найти кого-то для нормальных, серьёзных отношений. Не такого, как я.

Она хмурится и расстёгивает ширинку на моих джинсах. Воздух застревает прямо у меня в горле.

— Ну ты и зануда, Мелларк.

— Я серьезно, Мия, ты заслуживаешь лучшего…

— Я тоже серьезно, Пит! — Она вскидывает голову, сверкая взглядом и упрямо выпятив нижнюю губу. — Мне плевать, что ты можешь или не можешь мне дать, мне не нужны отношения. Я просто хочу тебя. И хочу прямо сейчас.

Черт! Ну раз так…

Я впиваюсь поцелуем в её губы, закрывая глаза. Представляю, что целую Китнисс, и если приоткрыть веки самую малость, то к расплывчатому образу брюнетки воображение само пририсует нужные детали. Она снимает платье и бросает его через плечо. Я опрокидываю её на кровать. Выходит слишком резко и как-то неуклюже. Замираю, опасаясь того, что она рассердится или испугается, но нет, она смеётся и протягивает ко мне руки.

— Давай же, глупый. Иди ко мне.

Ее комбинация, надетая под платье задралась, обнажая загорелую кожу и кружевное белье. Я наклоняюсь и, целуя открывшееся искушение, поднимаю носом тонкую ткань. Она хихикает, но спустя пару минут ее смешки быстро превращаются в страстные стоны.

Она не знает, что всего лишь вещь, средство достижения цели. Хотя, судя по всему, ей это и неважно. Кукольная замена, с помощью которой я уничтожаю запретные воспоминания о девушке, которую оставил, и этом их чёртовом поцелуе, который я пытаюсь выбить из своей головы, глубже врываясь в стонущее подо мной тело. Я двигаюсь в ней, все сильнее и сильнее лишаясь рассудка от каждого толчка, отчаянно пытаясь достигнуть того чувства, которого, она никогда не сможет мне дать.

В первый раз меня хватает лишь секунд на двадцать, но зато во второй — я по-настоящему вхожу во вкус.

Мне хочется чувствовать это снова и снова. Проникать в горячее лоно и сжимать её стройное тело. Она опрокидывает меня на спину, и от каждого юркого движения её рта по моей твёрдой плоти, я забываюсь, словно во сне. Наконец, меня покидают все переживания и болезненные картины, рисуемые воображением, и не остаётся ничего, кроме блаженного чувства дикого, бешеного экстаза, который дарит мне эта милая девочка своим языком. Моё тело уже не слушает разум и повинуется лишь страсти, и становится не так уж важно, кто дает тебе эту страсть. Будь это девушка на одну ночь или та самая любимая и единственная.

Теперь всё в моей жизни подделка.