GrayOwl - Звезда Аделаида - 1

В общем, придётся и здесь поработать Пожирателем, слегка помучив жертву перед смертью - показать Малефицию, кто, на самом деле, в его доме будет главным, а самому «отцу» получить ещё одного умелого сына - убийцу, да какого!

Но не будь Северус Снейп самим собой - семнадцать лет бывшим двойным шпионом и оставшимся после этого в живых, если бы не нашёл ту «золотую» середину, которая выручила бы его и в этом времени …

- Сделай с ним всё, что пожелаешь - хочу я посмотреть, на что ты способен, сын - чародей.

- Не приемлю я, когда меня заставляют, о, выскорожденный отец мой, но если хочешь ты узнать сие…

Crucio!

Малефиций забился, свалившись на земляной пол и, неподобающим хладнокровному и болетерпеливому ромею образом, завопил, жадно ловя воздух не желающими пропускать его пережатыми от боли горлом и лёгкими.

- Silencio!

И римлянин, всё так же корчась под негодующим, но исполненнным благоговейного ужаса взглядом Квотриуса и полузакрытыми глазами Вероники, уже оседающей по стене, умолкнул.

- Finite incantatem!

Малефиций замер после всего лишь минутного Круциатуса, судорожно подёргиваясь всем телом и в ближайшее время не собираясь приходить в себя после неестественной, истерзавшей его плоть и разум, боли, вызванной одним лишь словом высокорожденного сына: «Распять».

- Брат мой, помоги нашему высокорожденному патрицию и отцу отряхнуть пыль с одеяния, а после я приведу его в себя - не бойся - тебе не причиню подобного зла. Ты же не был столь невежествен и настойчив в том, чего него не понимаешь.

- Так не убил ты высокорожденного отца, о патриций великий и брат мой Северус? - спросил, не веря себе после увиденного и услышанного «братец».

- Нет, но заставил я его почувствовать силу чародейства моего. Поддержи отца, Квотриус - я приведу его в чувство.

- Aquamentо!

Поток холодной воды обрушился на уже приходящего в себя, стонущего Малефиция.

- Finite incancatem!

«Отец» благодарно взглянул на Северуса:

- Ты великий чародей есмь, наследник, и горжусь я тобой. Причинил ты мне боль столь злую, я даже не ведал прежде, что может быть… так больно. Эта боль не сравнится ни с одной от многочисленных ран моих. Теперь же хочу я узнать - можешь ли ты убивать этим деревянным оружием?

- Вот ведь неуёмный, и Круциатуса ему мало, - со злостью подумал профессор.

- Вполне. Стоит лишь выбрать способ смерти - могу я убить мгновенно и безболезненно, могу заставить человека самого убить себя, а ещё - сжечь, вывернуть внутренностями наружу, содрать кожу, обезглавить… что ещё хочешь ты узнать о моих способностях убивать, высокорожденный отец мой?

Да продержи я на тебе Распятие чуть дольше, сначала ты сошёл бы с ума, а затем умер бы в муках, всё более возрастающих с каждым мгновением.

Хочешь, высокорожденный отец мой, покажу я тебе ещё одно чудо с этим рабом и, к примеру, табуретом твоим? Я докажу тебе, что можно сделать даже с бестолковым рабом, а ведь он и вправду таков, раз ты выбрал его для умерщвления. И не стоил он тебе ничего, даже ни четверти коровы. Ведь захватил ты его в плен, лишив единственной истинной драгоценности, которой обладаем мы - свободы. Не так ли всё было, отец?

- Ещё и провидец ты, каким был Тересий у этих сластолюбцев - греков.

- Да, но только я не слеп, как Тересий, и не стоит сравнивать меня с каким-то греком, я ромей есмь.

Так я покажу тебе, высокорожденный патриций и военачальник, отец мой, на что способен этот раб. Снейп нарочито обошёл вниманием «брата» - третировать бастарда доставляло ему какое-то наслаждение.

- Вот только языка пиктов, этих жалких, дешёвых рабов я не разумею. Скажи мне, отец, на его наречии:«Убей его.»

- Разумеет он латынь немного, я же говоров Нелюдей не знаю.

- Imperio! Ursus creato! Mordreo!

Первое Непростительное полетело в раба, трансфигурующее - в табурет, превратившийся в громадного медведя, разъярённого и наступающего на людей. Окончательно обеспамятевшую от пережитого и увиденного Веронику унесла пробравшаяся к дверям незаметная рабыня - пиктского происхождения, но сильная и проворная.

Низкорослый раб быстро голыми руками добрался до разинутой в рыке пасти медведя и, взявши его за челюсти, порвал зверя до глотки. Северус прекратил действие заклинания, и мгновенно обессиливший раб рухнул рядом с тушей медведя.

- А сейчас я верну твоему рабу силы.

Enervate!

Страдалец-пикт пришёл в себя.

- За то, что этот никчёмный раб потешил нас всех, даруй ему свободу - пусть возвращается в своё племя. Я так хочу, - произнёс Снейп «на пробу», требовательно.

- Пусть его. Отныне я - отец твой, не более. Ты - Господин над всем домом. Прошу тебя, только не обращай в рабство меня и не дели ложе с матерью. Не пристало роду Снепиусов познать такой позор.

Нину я не могу подарить тебе - я отошлю её, ибо она суть рабыня моя, а негоже Господину дома пользовать рабов или рабынь своих домочадцев. - выкрутился Малефиций.

Он заметил, каким блеском вдруг зажглись безжизненные глаза его сына при виде уже бывшей, но любимой наложницы, с которой он поклялся расстаться.

- Ты же найдёшь себе честную девицу - высокорожденную патрицианку хоть в Сибелиуме этом, хоть в самом Лондиниуме. Если ты позволишь, я помогу тебе с заключением хорошего Союза, Господин дома и сын мой - у меня есть благороднейшие покровители.

Скажи мне только, Господин дома, где набрался ты премудрости чародейства такого, и не буду больше спрашивать тебя ни о чём без твоего на то позволения.

- На Востоке и Западе, на Юге и Севере, - ответил расплывчато Северус.

Не мог же он сказать правду!

- Высокорожденный патриций и отец мой, да приму по словам твоим первородство своё и стану Господином в доме твоём, но не обижу я ни тебя, ни брата. Если не пойдёт он супротив меня, - Снейп со злостью взглянул на Квотриуса.

Тот ответил ему такой же откровенной злобой в мгновенной вспышке, проблескнувшей из-под полуопущенных длинных ресниц в ложном покорном взгляде.

- Правда, я не уверен в этом, брат мой. Посему ты с высокорожденным отцом нашим в ближайшее время отправишься завоёвывать земли… - профессор знал, из какого родового союза происходит «мачеха» при наличествовании в доме живой, красивой «матери» .

Нужно проучить красавца - «братика» и сделать ему больнее, чтобы он сильнее обстрадался, и он завершил:

- Земли и рабов уэсх`ке.

О чести матери же, высокорожденный отец мой, не думай волноваться.

Я хочу лишь, чтобы Нину, эту недостойную соседства с ней рабыню, поскорее отправили к её родичам, - всё также мстительно сказал Северус.

- Да будет по слову твоему, Господин мой и наследник. Позволишь ли Нине, ради рождённого ею сына, дать прикуп варварам, чтобы не пошли её родичи - вождь Иэскынг и его брат Ушгиэр - на наш городок скорой войной? Не то перебьют они в отместку за честь сестры, коей Нина им приходится, весь мой изрядно поредевший после недавнего похода на Нелюдей, легион. Да как бы не разорили и граждан?