Болен (не) тобой (СИ) - Макнамара Элена

— Мне скинули пока ещё сырой материал. Но я решил, что ты тоже должна посмотреть, — говорит он негромко, дыханьем опаляя мою щёку.

Я сосредоточиваюсь на ролике. Реклама моторного масла «Мобил». Первые кадры — гонка. Потом проигрыш Давида. Появляюсь я, сажусь на байк Кирилла. Прижимаюсь к его спине. Мы уезжаем в закат...

Громко сглатываю, потому что знаю, что будет дальше.

Кирилл заливает масло в байк, вытирает пот с шеи своей майкой. Следующий кадр — опять я. Подхожу к Кириллу, ставлю масло на пол и седлаю парня.

Не дышу. Смотрю на видео так, словно там не я.

Господи... Что на меня нашло?

Что я там вытворяла?!

Кирилл ставит ролик на паузу перед самым нашим поцелуем. Я к этому моменту судорожно, но дышу.

— Досмотрим послезавтра, — хриплый шёпот у виска заставляет меня вздрогнуть. — До встречи, Лиза.

Он отпускает меня, распахивает дверь и выходит на лестничную площадку, даже не удостоив прощальным взглядом.

Этот парень просто дьявол! Змей-искуситель!

Захлопнув дверь, наваливаюсь на неё спиной. Надо бы, как обычно, позвонить Давиду, чтобы пожелать ему спокойной ночи, но с ним я говорить сейчас не хочу. И не могу...

Хочется принять холодный душ. И забыться сном.

Глава 12

Лиза

— Эй, Лиса! — раздалось за моей спиной.

На губах сразу появилась улыбка. Последнюю пару недель так меня называл Кирилл.

Лиса, лисица, иногда лисичка. Мне нравилось моё прозвище. От Кира оно звучало очень по-доброму.

Медленно развернулась к нему. Но выражение его лица было обеспокоенным, и я тут же внутренне напряглась.

— Слушай, Алис... — он подошёл ближе. — Помнишь, я показывал тебе телефон?

Я нервно сглотнула и кивнула.

— Да, помню. А что?

— Мне его брат дал... А я недавно его потерял... Точнее, он пропал из моего тайника.

Тайник на самом деле Кирилл придумал идеальный. Парень прятал телефон за тумбочкой. Там была в стенке дыра, над плинтусом. В детском доме дети убирались сами, поэтому вероятность, что кто-то отодвинет тумбочку, например чтобы помыть пол, и увидит тайник Кирилла, была минимальной.

— Мне очень жаль, — ответила я.

Кирилл внимательно разглядывал моё лицо. Пытался найти в моих эмоциях что-то...

— Дело в том, — продолжил он, — что сегодня меня навестил Макс и рассказал, что у Жеки проблемы из-за меня. С моего телефона звонят куда попало. А симкарта зарегистрирована на Женька. Вот и думают, что звонил он.

— А куда звонил? — не понимаю я.

— Женёк — никуда, — вздохнул Кирилл. — А вот тот, кто спёр телефон, видимо, в банк. Или ещё куда. Я до конца не понял.

— Ты думаешь, что телефон украли? — уточнила я. — Но кто?

— Я показывал только тебе, — тихо ответил Кирилл, опустив взгляд.

На секунду я замерла.

Вспомнила, как Верзила приказал мне это сделать. И как он и его дружки всё время запугивали меня. Но я всё равно этого не сделала. Не смогла! А потом Верзила вдруг перестал говорить об этом. Я тогда подумала, что он забыл об этом, и телефон Кирилла ему больше не нужен.

Выходило, что нет.

— Клянусь, что не брала! — с отчаянием прошептала я. Глаза моментально налились слезами. — Я бы ни за что его не взяла!

Кирилл поднял на меня свои синие глаза и тут же обнял.

— Ладно, лисёнок, не плачь. Прорвёмся, как и всегда!

Но я так устала прорываться, если честно... Жизнь в стенах этого дома была далеко не сахарной. И лишь благодаря Кириллу я держалась.

А ещё у меня был маленький брат, за которого я отвечала.

— Эй, Макс, чего уши греешь? — Кир отстранился от меня и вытащил из-за угла Максима. — Хочешь что-то сказать — говори. А вот так подслушивать — некрасиво.

Брат насупился. Потом топнул ногой, угодив при этом по ноге Кирилла, и тот его отпустил. После чего Макс бросился бежать.

— Что это с ним? — удивился Кирилл.

Мои плечи поникли, и я тяжело вздохнула.

— Не знаю, — честно призналась другу. — Но я очень боюсь, что здесь Макс станет совсем нелюдимым.

— Эй! Сестрёнка...

Я вздрагиваю и просыпаюсь. С трудом разлепив веки, смотрю на довольно свеженькое лицо брата. Морщусь от боли, потому что всё тело болит, мышцы задеревенели. Уснула прямо в кресле рядом с его постелью, чтобы в случае чего быть поблизости.

— Доброе утро, — говорит Максим. Встав с кровати, громко зевает и потягивается. Скребёт затылок, запустив пятерню в спутанную шевелюру. — А ты чего здесь? Своей комнаты, что ли, нет?

Хмуро смотрю на брата. Кажется, он явно не в состоянии понять всю глубину проблемы. Сдёрнув с ног одеяло, вскакиваю с кресла и тычу пальцем в его лицо.

— Ты вообще помнишь, что вчера было?

Он хлопает глазами, изображая святую невинность. Потом обходит меня, небрежно бросив через плечо:

— В какой момент?

— В любой! — я иду за ним по пятам. — Ты был дома один. И в какой-то момент решил, что неплохо бы покутить, да?

— Я не понимаю, о чём ты, — отчеканивает брат.

Подходит к холодильнику, распахивает дверцу, начинает там копаться в поисках еды.

А еду нужно купить, чтобы она появилась! Макс этого совсем не делает, чёрт возьми!

— Ни молока, ни сыра, — бубнит он себе под нос, доставая пару яиц. — Не понимаю, у Давида денег, что ли, не хватает?.. Мог бы уже давно кого-нибудь нанять для готовки. Очевидно же, кулинария не твой конёк!

Говорит это, поигрывая бровями... Я знаю, что он сейчас делает. Хочет меня обидеть. Поругаться со мной. Чтобы я от него отстала. Но у него ничего не выйдет!

— Нам нужно поговорить! — твёрдо заявляю, плюхаясь на табурет.

— Окей. О чём? — брат отвечает бодрым голосом.

Включает газ, ставит сковороду, разбивает в неё яйца. Потом оборачивается ко мне.

— Ты был под капельницей! — я почти рычу ему в лицо. — Неужели ты этого не помнишь?

— Да всё я помню, — он отмахивается. — Зашёл тот парень — Савельев. Подумал, что мне нехорошо. Вызвал на какой-то чёрт врача...

— А тебе, конечно, было хорошо?! — язвительно уточняю я.

— Брось, сестра! Хватит меня опекать! — Макс картинно поднимает руки и смотрит в потолок. — Ты ведёшь себя как неврастеничка! На часах только восемь, а ты мне уже все мозги склевала! Бедный Давид! Не повезло ему с будущей женой!

У Макса получается. Я не просто обижена. Я в ярости. Вскочив с табуретки, вылетаю из кухни. В коридоре торможу, возвращаюсь обратно и гневно выпаливаю:

— Знаешь, что?! Если Савельев захочет тебя сдать — я ничего с этим делать не буду! И Давиду не позволю. Пускай тебя выгоняют из команды к чертям собачьим!

Макс нервно сглатывает с изменившимся враз лицом.

— Кому он может меня сдать? — его голос звучит испуганно.

Оо... Наконец-то он понял, да?

— А ты разве не понимаешь? — теперь я с жалостью смотрю на брата. — Савельев раньше был в вашей команде. Он всех там знает. Ему достаточно просто кому-нибудь шепнуть о твоём «чудесном» состоянии прошлым вечером. И о наркологе, который тебя откачивал. Теперь дошло?

— Вот чёрт!

Макс поворачивается к плите, вырубает газ. Яичница там уже сгорела, и теперь по кухне расползается неприятный запах.

— Так. Не гони. Всё будет нормально! — голос Макса опять становится вполне бодрым. — Я поговорю с этим Савельевым сам. Объясню, что это был разовый случай.

Укоризненно и скептично смотрю на него. Не знаю, кого он сейчас уговаривает, меня или себя.

— Блин... Сестрёнка, выручай! — Максим дёргается ко мне и сжимает плечи. — Ты должна мне помочь! Может, ты с ним поговоришь, а?

— И почему я должна это делать?

С большим трудом сохраняю спокойствие, видя мольбу в глазах брата.

— Ты же явно ему интересна, — объяснят он. — И в ресторане на тебя пялился, и вчера к нам домой заявился явно не ко мне.

Ну если даже Макс заметил интерес Кирилла ко мне, то чего уж там говорить про Давида. Неудивительно, что жених в бешенстве.

Отпрянув от брата, возвращаюсь к столу и вновь сажусь на табурет.