Темные времена (ЛП) - Джуэл Белла

Пулемёт.

Чёрный.

Смертоносный.

Блядь.

Я начинаю вытаскивать ещё что-то. Оружие. Ножи.

Блядь, блядь, блядь.

Я подхожу к другому ящику, открываю его.

Когда моя рука сжимает что-то маленькое и твёрдое, я точно знаю, что внутри. Я уже трогал это раньше, чёрт возьми, в детстве у меня были пластиковые гранаты.

Долбанная граната.

Я осторожно освобождаю её. С чекой они довольно безопасны, но я не рискую.

Прислоняюсь к старому столу, тяжело дыша. Здесь чертовски жарко, и моё кровяное давление только что чертовски сильно подскочило.

Что, во имя всего святого, мой брат делает с пистолетами, ножами и чёртовыми бомбами?

Я думал, что наркотики — это самое худшее.

Думал, что знаю, с чем он имеет дело.

Оказывается, я ни хрена не понимаю.

А Брэкстон увяз гораздо, гораздо глубже, чем я мог себе представить.

Думаю, мне пора навестить своего брата.

Глава 9

Чарли

Сейчас

— Итак, — говорит Скарлетт, болтая ногами в ледяной воде.

Как и я, она, похоже, не обращает на это внимания. И это уже кое-что, учитывая, что от холода буквально немеешь за несколько секунд. Это, конечно, вредно для организма, но, ладно, что есть, то есть. Это заставляет меня чувствовать себя живой, и мне интересно, заставляет ли это её ощущать то же самое.

— И так, что? — спрашиваю я, плюхаясь на камень рядом с ней и тоже опуская ноги в воду. На несколько секунд я съёживаюсь, затем улыбаюсь прохладе, которая омывает моё тело.

— Ты и Кода?

Я пристально смотрю на неё.

— Для того, кто не очень хорошо меня знает, ты очень смелая.

Она улыбается.

— Мне не обязательно знать тебя, чтобы понять, что мы станем большими друзьями, а это значит, что мне нужны все сплетни. Итак, Кода…

— А что насчет него? — бормочу я. — Он ненавидит меня. Я ненавижу его.

— О, да, — фыркает Скарлетт. — Любой, у кого есть глаза, может заметить, что между вами повисло огромное сексуальное напряжение.

Я в ужасе смотрю на нее.

— Как же!

Она смотрит на Амалию, которая сидит на корточках на камне, улыбается, но не опускает в воду ни одной части своего тела.

— Амалия, это же очевидно, не так ли?

Амалия сочувственно кивает мне.

— Очевидней некуда.

— Даже нет, — фыркаю я, качая головой. — Ненависть часто можно спутать с сексуальным напряжением, но иногда, каким бы шокирующим это ни казалось, на самом деле — это просто ненависть.

Скарлетт приподнимает брови.

— Я зарабатываю на жизнь написанием песен. Наблюдаю за самыми разными людьми. Я внимательна и говорю тебе, что, будь у вас хоть малейший шанс, вы бы уже срывали друг с друга одежду.

Она ошибается.

Скарлетт не видела, как он обошёлся со мной наутро после того, как застал меня удовлетворяющейся перед ним, трахающимся с другой телкой. Нет, он был совсем не в восторге от этого. Он целый день обращался со мной так, словно я была больна какой-то чертовой болезнью. Если бы он хотел сорвать с меня одежду, он бы воспользовался этим моментом и сделал бы это.

На этот счет Скарлетт ошибается.

Я предпочитаю не спорить.

— Что ж, не важно, что ты видишь или не видишь, — говорю я, — этого никогда не случится. Кода полностью сосредоточен на том, чтобы выяснить, почему у меня мишень на голове, и он не позволит ничему другому встать у него на пути, я могу тебя в этом заверить.

— Хм-м-м, — бормочет Скарлетт. — Это так несправедливо, что ты должна быть со всеми этими байкерами, а не участвовать в каких-то действах.

Я смеюсь.

— Дело не только в действах.

Она снова приподнимает брови. От этого девушка выглядит ещё привлекательнее. Неудивительно, что Маверик без ума от неё. Она очаровательна в своём деревенском стиле.

— Дорогая, всё дело в действии. Поверь мне, ты захочешь поучаствовать в этом хотя бы раз. Эти байкеры…

Она обмахивается веером, и Амалия хихикает.

— Я права, Амалия?

Амалия кивает, краснея.

— У вас двоих, можно сказать, самые сексуальные парни в клубе.

Скарлетт фыркает.

— Да ладно тебе. Кода привлекателен, если не сказать больше, чем наши двое. В нём есть что-то опасное, пугающее. А как насчёт Мэйсона? Или Бостона? Эти двое такие же… Мм-м-м.

Я смеюсь, ничего не могу с собой поделать. Эта девушка выделяет в тебе что-то особенное. У неё такой жизнерадостный, необычный характер.

— Бостон слишком сдержанный…

— Но Мэйсон, — она приподнимает брови.

Мэйсон великолепен. Этого нельзя отрицать.

Я не раз ловила себя на том, что смотрю на него.

— Конечно, сексуален, но я в опасности, и здесь не для того, чтобы развлекаться с кем-то из этих красавчиков.

Скарлетт бросает на меня взгляд, который говорит о том, что я несу чушь.

Скорее всего, так оно и есть.

Потому что, честно говоря, я так давно не была с мужчиной. Со мной далеко не всё просто, но я женщина, и мне нравится секс. Много. Наверное, больше, чем большинству, поэтому я была окружена всеми этими сильными, мужественными мужчинами… Это определённо непросто.

— Не будь смешной, Чарли. Ты всё ещё можешь получить защиту и повеселиться. Когда ты в последний раз веселилась?

Я хмурюсь.

— Наверное, когда твой парень использовал меня, чтобы проникнуть в тот отель, чтобы добраться до тебя, — говорю я ей, улыбаясь.

Тогда я впервые встретила кого-то из клуба. Маверик попросил меня помочь ему попасть в отель, который тщательно охранялся, чтобы он мог повидаться со Скарлетт, потому что он облажался. Это был первый раз за долгое время, когда я была со старыми друзьями, мы отправились в путешествие. С тех пор как я вернулась и присоединилась к клубу, чтобы помочь им, и узнала, что мой отец на свободе, я никого из них не видела.

Я не могу рисковать.

Или они.

И это отстой.

Но это слишком рискованно, пока я не буду уверена, что снова в безопасности.

Если это вообще когда-нибудь произойдёт.

— Было забавно, ну, не совсем тогда, потому что я хотела его убить, но сейчас это забавно, — улыбается Скарлетт. — Но это тоже было несколько месяцев назад. Тебе нужно повеселиться, девчушка. Все, что ты делала, — это беспокоилась о клубе и о том, какая опасность преследует тебя повсюду, и поверь мне, это всепоглощающее чувство, которое может лишить тебя всего удовольствия и вызвать только стресс. Итак, сегодня и завтра вечером ты будешь веселиться. Здесь ты в безопасности. А это значит, что ты можешь немного расслабиться.

Я пристально смотрю на неё, затем перевожу взгляд на Амалию, которая кивает.

— Мы купили коктейли…

Я улыбаюсь, ничего не могу с собой поделать.

— Серьёзно?

— Да, — Скарлетт кивает.

— Наверное, меня можно было бы уговорить выпить коктейль…

Скарлетт хлопает в ладоши.

— Тогда давай приступим к делу.

Спустя два часа и три коктейля мы все сидим вокруг костра, который Маверик развёл перед хижиной, между палатками, расположенными по кругу вокруг неё. Все рассаживаются, и запах бургеров, готовящихся на гриле чуть левее, наполняет воздух, заставляя мой желудок урчать.

Но смех и болтовня, которые раздаются вокруг, приятны.

Очень, очень приятны.

— Я должна знать, — говорю я Скарлетт, наклоняясь ближе. — Насколько вы все умеете вести себя тихо?

Она смотрит на меня, глаза блестят от алкоголя, щеки раскраснелись.

— Тихо?

— Ну, эти палатки не звуконепроницаемы, и все они расположены очень близко друг к другу. Здесь есть две пары, которые, я точно знаю, собираются, — я наклоняюсь ближе, — заняться сексом… позже. Итак, насколько тихой ты можешь быть? Потому что, я думаю, когда эти большие, красивые байкеры у тебя между ног, было бы очень трудно вести себя тихо.

Скарлетт хихикает и прикрывает рот руками, заставляя нескольких парней обернуться и посмотреть на неё. Она бросает взгляд на Маверика, краснеет, а затем снова поворачивается ко мне и наклоняется ближе.