Игрушка авторитета (СИ) - Кучер Ая

А после делает шаг ко мне, подходит совсем близко, наклоняется и шепчет на ухо:

– Я бы на твоём месте не смыкала глаз, а то мало ли, на чём проснуться можно…

Девочки, сегодня действует скидка 35% на книгу Джулии "Овладей мной".

https:// /ru/reader/ovladei-mnoi-b323708?c=3214227

- Содержанки подчиняются. Удовлетворяют. Всегда хотят. Согласна? - Да. В обмен на... - Твои условия я знаю. Ты готова услышать мои? - его взгляд уничтожает меня. Обжигает кожу за секунду. Я продала себя могущественному человеку. Стала содержанкой жестокого и беспощадного мужчины. Мне очень нужны деньги, чтобы спасти сестру. И он готов мне их предоставить. За два месяца работы у него. И я бы никогда не согласилась лечь с ним в постель, но у меня нет выбора. Вот только я не знала какова цена такой жизни. Что значит быть его. Принадлежать ему.

Промо:

YXUXWd3I

Глава 9.1

Настя соврала. Ведь так? Она не может решать ничего. Пусть хоть правая рука Демидова. Идти против его решений – это самоубийство.

Меня не тронут. Не посмеют.

Для всех я Злата, которую надо беречь, пока не получат выкуп от Буйного. Так что… Так что всё со мной хорошо будет. Живой точно оставят.

«Только покалечат, но это пустяк» – ехидничает внутренний голос.

Отмахиваюсь. И не нанесут вреда. Так ведь? Буйному калеку возвращать плохая идея.

Успокаиваю себя, но спокойно заснуть не получается. Прислушиваюсь к каждому шороху за дверью, подскакиваю. Постоянно мерещится, что ручка двери дёргается.

А когда уже начинаю вырубаться от усталости – в очередной раз переворачиваюсь на выпирающую пружину.

Вздыхаю, пытаясь найти удобное положение. Матрас как деревянный, даже твёрже. И подушка огромная, от неё быстро затекает шея.

Зачем Дикому вообще кого-то пытать? Можно в эту комнату поселить. И пленник быстро выложит всё, не выдержав такой пытки.

Я уже готова признаться в чём угодно. Но Дикому.

Что я там говорила? Два дня отдыха? Нееееет. Верните мне Камиля! С ним мне легче. Потому что он – мужчина. Взрывной и явно с шалящими нервишками.

Сразу понятно – пиздец мне или не совсем.

А Настя – женщина. И мы вечно всё исподтишка делаем.

Поэтому я всё время напряжения. С самого утра, когда мне приносят еду. Охранник, который прогнулся под уговоры Насти, оставляет поднос на столе.

– Ешь, – приказывает, облокачиваясь на стену. Я с сомнением поглядываю на тарелку. – У меня нет времени с тобой возиться.

– Ты можешь выйти, – хмыкаю, неуверенно беру ложку. Жидкая овсянка сливается обратно. Выглядит ужасно. – Я умею есть без надсмотрщика.

– Не получится. Должен следить. Все знают, что ты непредсказуемая. Может, подносом полдома разгромишь. Ешь давай. Или останешься без завтрака.

Я кривлюсь. А ведь изначально этот мужчина показался мне самым безопасным из охранников.

Разглядываю эту овсянку, будто пытаюсь найти там осколки. Или ещё что-то отвратительное и опасное. Ничего нет.

Но ведь можно было подсыпать что-то незаметное. Какой-то препарат. Настя точно не оставит мои угрозы без ответа.

Дура.

Я-то надеялась, что она побоится Дикого. Но у этой суки может всякое в голове крутится. Лучше не рисковать.

– Я не буду, – демонстративно забираюсь на кровать с ногами. – Можешь уносить.

– Ты не выкупаешь? – оскаливается мужчина. – Тут тебе не курорт. Никто с тобой цацкаться не будет.

– Заставишь силой есть? Ой, я чувствую. Свою сверхспособность учинять неприятности. Подойдёшь – точно что-то случится.

Охранник психует. Забирает еду, хлопает дверью. Но меня не трогает. Либо реакции Дикого боится. Либо меня.

Точнее Златы и её дара разрушить всё, что можно.

От обеда я тоже отказываюсь. Суп помои напоминает. Выглядит ещё хуже, чем овсянка.

Желудок скручивает, дико хочется пить. Я держусь на чистом упрямстве. Но зато мне удаётся поспать.

Голодный и уставший организм просто отключается ненадолго. Проваливаюсь в темноту, никаких снов. Только жарко очень. Будто из этой темноты кто-то наблюдает за мной.

– Так блядь, – охранник возвращается злой, будит меня. Едва не швыряет тарелку на стол. – Ты сейчас это сожрёшь, поняла?

– Что? – я не соображаю, начинаю зевать. – А если я не хочу?

– А мне поебать. Откинуться решила? Не в мою смену. Я не собираюсь из-за твоих закидонов выгребать.

Я кошусь на еду. В этот раз мне принесли нормальную еду. Отбивная, салат. Даже заботливо стакан воды взяли.

Пахнет вкусно. Желудок сводит, во рту собирается слюна. Хочется взять совсем немного. Утолить жажду, а потом уже в гордость играть.

Но…

Угроза Насти сидит в голове. Не готова сейчас рисковать.

– Сука, – не выдерживает охранник, шагает ко мне. – Ужинай давай. Мне похуй на ваши тёрки с Настей. Головы всем оторвут.

– И ей тоже? – прищуриваюсь.

– Бля-я-я, – тянет, сообразив мой замысел.

– Значит, и ей. Она отвечает за моё содержание? Питание? Супер. Тогда я точно не буду есть. Мало ли что она подсыпала.

– Заебала. Тогда будем по-другому решать.

– Ой.

Я вздрагиваю, когда мужчина подходит ближе. Случайно задеваю стакан ладонью, отшатываясь. Быстро соображаю.

Толкаю сильнее, чтобы стакан разлетелся на мелкие осколки. Вода брызгает во все стороны, попадая и на джинсы мужчины.

– Я же говорила, – пожимаю плечами. – Это всё моя аура. Она случайно рушит всё.

– Себе же хуже делаешь. Никто убирать не будет. По осколкам плясать начнёшь.

– Убирать тоже Настя запретила?

– Нет, бля, Бог тебя за кретинизм решил наказать. Слушай, Злата, мне проблемы даром не сдались. Пожри и упрости всем жизнь.

– А потом откинься? Ты можешь гарантировать, что Настя туда ничего не подсыпала?

Охранник хмурится. Явно задумывается. Я понимаю, что никто еду не контролировал. Никто гарантий не даст.

– Она бы не стала, – закатывает глаза. – Настя не идиотка. Дохлой ты никому не нужна.

– А страдающей?

– Чтобы это потом по всем ударило? Дикий же бульдозером всех сметёт.

– Я поняла. Спасибо. Неголодная.

Планы у меня такие себе. Сейчас возникает единственный оптимальный. Меня держат под контролем, ни на минутку не выбраться.

И никто явно не испытывает сострадания, чтобы мне помочь. Поэтому…

Сбежать я не смогу. Путь к побегу изучить тоже. Единственное, что в моей власти, это сейчас подставить всех.

Надеюсь, что это сработает. И Насте будет пиздец. Главное очень убедительно плакаться Дикому и добиться его жалости.

Такие, как Камиль ведь испытывают жалость?

Глава 10

– Сука!

Именно с таких комплиментов начинается утро второго дня или уже вечер?

Понятия не имею. В моей коморке нет окон. Я не знаю какое сейчас время суток.

Чтобы открыть глаза, мне приходится приложить силу. Они сами закрываются. Спать хочу ужасно. А ещё есть и пить. Но нельзя. Все эти дни не притронулась к воде и еде. И дальше намерена стоять на своём.

«Мы ведь так откинемся!»

Внутренний голос взывает к здравому смыслу, но тот тоже голоден и спит, есть только я.

Охранник громко матерится. Это, наверное, из-за того, что я снова не притронулась к еде?

– При девушках некрасиво так выражаться, – поджимаю губы и, откинувшись спиной на стену, смотрю на громилу.

– Ты чего добиваешься?! Откинуться решила?!

Мужик делает шаг ко мне, наверное, будь я не так слаба, может, и испугалась бы. Но на это сил нет. Я просто молча наблюдаю.

Откуда-то знаю, что не посмеет тронуть. Они здесь всё Дикого до крика бояться, а он за меня голову оторвёт.

Вот на этом и держусь.

– Ваш шеф-повар полный отстой, – слегка кривлюсь, чтобы показать своё отношение к застывшей на тарелке жиже.