Невеста лунных принцев

— ЧТО ЭТО ТАКОЕ?

— Зацени, — улыбнулся Бранд, представляя мне последнего принца, — Кристер Мудрый во всей красе.

— Сверхлегкий безмоторный летательный аппарат тяжелее воздуха, планер с гибким треугольным крылом, — дала я сдержанный, но четкий ответ.

— Вы должны мне все о нем рассказать! — загорелся азартом Кристер. — Это же научный прорыв. Он изменит мир.

В его глазах бесновалась энергия, вдохновение, одержимость. Я же представила себе оборотня на дельтаплане и чуть не расхохоталась.

— Вряд ли у меня будет достаточно времени, чтобы поделиться с вами подробной информацией о дельтаплане, — ответила прискорбно. — Так как я здесь гостья нежеланная, мне придется покинуть замок. Думаю сделать это на рассвете, чтобы до вечера успеть покинуть Армарос.

Сытый моим ответом Айварис одобрительно кивнул.

— Вы могли бы задержаться здесь на несколько дней, — предложил неугомонный Кристер. — Я с удовольствием послушал бы о вашем мире.

— Исключено, — озвучил решение гроза семейства.

— Почему же? — вмешался Бранд. — Спорные решения мы всегда принимаем голосованием. Вы с Мором хотите, чтобы Несси ушла. А мы с Вермом не против, чтобы она осталась. И у нас есть последний голос. Решающий. Он за тобой, Крис. — Он посмотрел на брата, пытаясь повлиять на его решение, как тоном голоса, так и взглядом. — Хочешь получить ответы на свои вопросы? Все в твоих руках.

Кристер заметно растерялся. В этот момент он стал чем-то похож на Хельварда Финна. Замялся. Стал топтаться на месте. То почесывать голову, то грызть ногти. Наверное, он ни разу в жизни не перечил старшему брату. Да и Мудрым был в те же стародавние времена, когда Мортен был Светлым. Сейчас он больше напоминал безумца.

— Выбирать блюдо на ужин и дальнейшую судьбу — несколько разные вещи, — с другой стороны стал давить на него Айварис.

— Несси тоже имеет право на выбор, — поддержал Бранда Вермунд.

— Но она совсем не знает темной души Армароса, — напомнил Мортен. — А мы ничего не знаем о ней.

Я обвела всех пятерых глазами. Было в них что-то схожее, но если бы я не знала, что они братья, не подумала бы об их родстве. Абсолютно разные внешне, по характеру, манерами. Хотя трудно поспорить, что каждый из них был идеален в своем противоречии. Они не пытались быть похожими друг на друга. Не копировали, не подражали. Они были собой, и этим главным качеством у меня вызывал уважение даже Айварис. Ведь он был прав: я для них опасна. Неразделенная любовь — лишь капля в море тех бед, что могли бы посыпаться на их головы. Самое ужасное, что они могли подставиться, защищая меня от врагов. Вот чего боялся Айварис.

— Боюсь, моя история покажется вам скучной, — произнесла я после затянувшейся паузы. — Мне двадцать три. И я никто. У меня нет ни постоянной работы, ни своего жилья. Я снимаю комнату, подрабатываю, где появится возможность, а жалкие сбережения трачу на хобби.

— Хобби? — завороженно переспросил Кристер. Казалось, ему не столько интересна моя жизнь, сколько мир, из которого меня сюда занесло.

— Любимое дело.

— Наверное, вышивание?

Я опять с трудом сдержала смех. Пожалуй, Кристер самый забавный из всех братьев.

— Вообще-то, спорт. Я люблю велосипеды, ролики, коньки. Неплохо катаюсь на лошади и квадроциклах. А до вчерашнего дня отлично справлялась с дельтапланом. — Указала на свою развалившуюся «птичку». — Спорт сделал из меня путешественницу.

— Разве не принцессу? — освежил мне память Айварис, глазами указывая на шлем, который недавно я назвала своей короной.

— А твоя семья? — быстро среагировал Бранд. Его голос засквозил тоской и озабоченностью.

— У меня есть старший брат и младшая сестра. Он уже адвокат, а она пока еще учится на юридическом, — поведала я о тех, кого родители безустанно ставили мне в пример.

Даже не подумала, что это ни о чем не говорило принцам Скайдора. Впрочем, я некоторые слова и не находила в их языке, внедряя свою родную речь.

— Мой отец нотариус, мама юрисконсульт. В условиях традиционной семейной идиллии я со своей страстью к спорту плохо вписываюсь в пределы их мечтаний. Последние четыре года я вижусь с ними только в новогодние праздники. — Заметила, что принцы меня почти не понимали, и разжевала на более понятном для них языке: — Я бунтарка. Живу как я хочу, а не как хочется родителям. Но мне тошно от изучения государства и права. Я не хочу сковывать себя цепями. Я люблю свободу, крылья. Вы как никто должны меня понимать.

Снова всмотрелась в их лица. Бранд дотронулся до моей руки и едва заметно погладил пальцами тыльную сторону ладони. Не было бы здесь его братьев, наверное, он бы обнял меня. Вермунд прекратил жевать, задумавшись над моим рассказом. Мортен опустил глаза. А Кристер взглянул на Айвариса. Убедившись, что тот не меняет своего решения, тяжко вздохнул:

— Извините, но я не могу рисковать. Как-нибудь сам разберусь с этой штуковиной.

Вот так он подписал мне приговор.

Горько улыбнувшись, я мысленно пожелала им состариться в своем проклятии. Никто никогда их не спасет, потому что они сами того не желают. Сломленные, слабые и трусливые…

— Можешь остаться! — вдруг передумал Айварис.

— Что? — удивилась я, решив, что мне послышалось.

— Вермунд уведомил меня о своем предложении. Если ты согласна, можешь остаться на правах помощницы Хельварда. Научишься ухаживать за королевскими персонами, и я порекомендую тебя в качестве камеристки нашей матери, королеве Элейне. Но если ты начнешь создавать проблемы, я лично вывезу тебя из Армароса. Согласна?

Я обратила внимание, как изменился в лице Мортен. Смена настроения Айвариса ему явно не пришлась по душе. Лишь бы не нафантазировал себе, что я ведьма, околдовала старшего принца. А то проблемы начнутся уже сегодня.

— Да, — кивнула я, улыбнувшись. — Согласна. Но у меня тоже будут условия.

В глазах Айвариса блеснула молния. Как я посмела?!