К черту любовь! (СИ) - "Nogaulitki"

— В общем, надо подписывать. Пока они не предложили это кому-то другому.

Волжак перевела взгляд на него, и мне показалось, что в нем было какое-то разочарование. Поэтому, плюнув на все, я решила пойти ва-банк.

— Не нужно подписывать, — прошмыгала я и сама поразилась, как тихо я это сказала. Что ж, шлюшкой быть научилась, а вот держаться уверенно – нет.

— Что, простите? – с каким-то презрением переспросил Пугалов. У нас была абсолютно взаимная антипатия, я уже упоминала об этом?

— Я говорю, что не нужно ничего подписывать, — уже увереннее произнесла я, поддерживаемая молчаливым взглядом Волжак.

— И почему же, Ирина Николаевна? С каких пор вы стали финансовым аналитиком? Или, может, у вас есть хрустальный шар, в котором вы можете видеть будущее? – мужчина криво усмехнулся, после чего перевел взгляд на Волжак. — Екатерина Александровна, вы, конечно, можете подумать, но я бы советовал не отказываться. Они предлагают хорошие условия, они давно на рынке и…

— И после заключения сделок с ними, все компании почему-то банкротятся, — не выдержала я. Пусть он считает меня идиоткой, но я все равно выскажу свое мнение.

— Что? – мужчина нахмурился и поджал губы.

— Я проводила анализ этой фирмы. Все их партнерки за последние два года. Восемьдесят процентов компаний, заключившие с ними договор – лопнули. А остальные двадцать передали им свой контрольный пакет акций. Думаете, это ни о чем не говорит? – я с вызовом смотрела в лицо Семена Аркадьевича.

— Вы что, считаете, что эта фирма – некая «черная метка»? Несет в себе проклятие? – засмеялся мужчина.

— Нет, я считаю, что они неспроста выбирают себе партнеров. Скорее, подсаживают своих или подкупают кого-то из руководства, предлагают свои условия, якобы выгодные, хотя, если изучить контракт досконально, становится ясно, что они не только не выгодные, но и вообще нелепые. Они предлагают продвигать СВОЙ продукт, но прав на него не отдают. Это мошенническая схема, — пожала я плечами.

— Вы что, считаете, что тут собрались дураки? Что ни я, ни Екатерина Александровна не поняли бы, будь это надувательство? – угрожающе произнес Семен Аркадьевич. А я только убедилась в том, что он явно тут в чем-то замешан. – Я лично с ними заключал договор еще шесть лет назад. Когда вас даже в помине тут не было!

— Именно, — согласно кивнула я. – Вы заключали, все верно. И еще верно то, что за шесть лет прирост доходов от этого договора составляет минус четыре процента. То есть одни расходы. С ними не то что контракт не нужно заключать, с ними вообще любые отношения нужно прекратить.

— Да вы… Да что вы себе позволяете! – воскликнул Пугалов и аж покраснел от злости. – Екатерина Александровна, приструните вашу секретаршу! Я вообще не понимаю, почему низшее звено присутствует на обсуждениях такого рода!

Я втянула голову в плечи и приготовилась к худшему. Но чуть не упала, когда услышала стальной голос Волжак:

— Семен Аркадьевич, прошу соблюдать субординацию и рабочую этику. Это не «секретарша» как вы выразились, а мой личный ассистент. И ее присутствие было моим решением. Вы же не хотите ставить под сомнение МОИ решения?

Даже не видя Волжак, я знала, каким взглядом она сейчас смотрит на Пугалова. От этого взгляда хотелось уйти под землю. И даже не смотря на свою нелюбовь к этому мужчине, мне стало его немного жаль. Я подняла на него глаза и только убедилась в этом. На нем не было лица.

— Принимайте решение сами, Екатерина Александровна, я свое мнение сказал, — поджав губы, проговорил он. – Я могу идти? У меня еще встреча сегодня.

— Да, вы свободны, Семен Аркадьевич, — холодным голосом ответила Волжак, и мужчина тут же ретировался, бросив напоследок в мою сторону презрительный взгляд.

Я выдохнула. Ну, все могло быть хуже. А Волжак даже меня типа защитила, получается. Приятно.

— Поосторожнее с такими заявлениями, Ирина Николаевна, — проговорила моя начальница, когда за Пугаловым закрылась дверь.

— С какими заявлениями? – не поняла я.

— Ну, только дурак бы не понял, на что вы намекаете в отношении Пугалова, — усмехнулась Волжак. – Но вы молодец. Мне самой эта история с данной фирмой порядком потрепала нервы.

— Мне кажется, он как-то с ними связан, — высказала я свое предположение, вконец осмелев. Меня похвалила Волжак! Это все равно, что певцу «Народного артиста» получить.

— Все может быть, — задумчиво протянула Екатерина Александровна, — все может быть.

Я решила, что буду полной дурой, если не воспользуюсь моментом.

— Екатерина Александровна, у меня есть вопрос.

Волжак посмотрела на меня с какой-то насмешкой и кивнула:

— Ну, раз есть, то почему бы вам его не задать?

— Я… — я поерзала на стуле и вспомнила, что до сих пор сижу без трусиков. Вмиг покраснев, я вообще забыла, что собиралась сказать.

— Ну же, Ирина Николаевна, не стесняйтесь, — казалось, Волжак поняла, почему я сбилась с мысли, и ее это явно развеселило.

— Я… — я прокашлялась и вдохнула поглубже. – Я хотела сказать, что я же ваш личный ассистент, так?

— Вы очень наблюдательны, — ерничала боссиха.

— Спасибо, — криво ухмыльнулась я, начиная раздражаться. – Я хочу сказать, что я могу выполнять ваши поручения любого рода.

— О. Даже так? – Волжак уперла один локоть в стол и повернулась всем корпусом ко мне, продолжая усмехаться.

— Ну, в смысле... – я поняла, что моя фраза прозвучала двояко. Особенно в нашей с ней ситуации. – Я имею в виду, что вот с Игорем Алексеевичем мы тесно сотрудничали, он доверял мне чуть не половину своей работы, и я справлялась. И личные какие-то дела тоже. Так что, если у вас есть ко мне личные поручения, ну, не связанные с работой там или документами, вы можете на меня их переложить. Я же ваш помощник. Я как правая рука… Так сказать… — закончила я совсем тихо, потому что пристальный взгляд Волжак никак не помогал мне говорить то, что я хотела.

— Я вас поняла, Ирина Николаевна, — усмехнулась Волжак и встала со стула. – Что ж, постараюсь подобрать для вас пару ЛИЧНЫХ поручений, — с этими словами она обошла меня и вышла из переговорной.

И что это значит?

Глава 10

Моя жизнь – театр абсурда. А мой босс – сука. После моей пламенной речи о личных поручениях, она меня действительно услышала. Только вот вышло все как обычно, через жопу. В понедельник я поехала в химчистку забирать… пуховик. На кой хер ей пуховик в июне?! Да еще и ядреного салатового цвета! Где она вообще его откопала?! Во вторник попросила записать ее на… эпиляцию глубокой зоны бикини. Я чуть не умерла от смущения, представляя свою начальницу в кресле или где там это делают. В среду она попросила отвезти на анализ… кал ее кота. Ненавижу кошек. И Волжак тоже. Четверг был ознаменован тем, что моя боссиха дала указание купить (за что мне все это?) смазку в секс-шопе. Причем, сказала она это вместе с фразой «Выберите что-нибудь на свой вкус». Если бы могла, я бы с ядом змеи принесла ей! Чтобы горело там все!

Она издевалась надо мной. Все ее «личные поручения» были либо унизительными, либо пошлыми. В пятницу я уже не ждала ничего хорошего. Чаша моего терпения была полна. Но Волжак, казалось, это почувствовала, потому что ни слова не говорила мне и не давала никаких дурацких заданий. И когда я уже расслабилась и ждала конца рабочего дня, стало ясно, что я рано радуюсь. По внутренней связи Екатерина Александровна своим фирменным холодным тоном сказала съездить в соседний район и забрать у курьера заказанную посылку, так как у него сломалась машина и он ждет эвакуатор. А заказ забрать необходимо сегодня. Посмотрев на часы, я представила, какая будет пробка, пока я буду ехать туда, и какая, когда поеду обратно. Более того, Волжак четко мне сказала проверить все содержимое заказа, ничего ли не повреждено и не вскрыто. Если что-то не так, отдать посылку на возврат. Ну, что делать, босс сказал – подчиненные выполняют. Я сама напросилась. Теперь отнекиваться смысла нет. Радует хоть, что вроде это похоже на нормальное задание, а не очередная лабуда с кошачьим говном или бритой зоной бикини.