Слова (ЛП) - Джейд Эшли

– Мне жаль, Феникс. Но Леннон казалась непреклонной. Она спросила, могу ли я связаться с адвокатом и подготовить документы к концу недели.

К черту.

– Нет.

Скайлар открывает рот, но тут звонит ее телефон.

– Извини, я должна ответить, – говорит она, прежде чем принять звонок. – Успокойся, Чендлер. Что случилось? – Она зажимает переносицу. – Не знаю, почему они продолжают пытаться заставить его. Мемфис ясно дал понять, что не хочет сниматься на камеру. Да, я знаю. – Взглянув в потолок, она вздыхает. – Я сейчас ухожу из дома Феникса. Зайду к Барклаям, как только вернусь в Лос-Анджелес, и посмотрю, смогу ли что-нибудь придумать.

Отключив звонок, она смотрит на меня.

– Мне нужно идти.

– Мы не аннулируем брак.

Кивнув, она сжимает мое плечо.

Как только Скайлар выходит за дверь, я мчусь вверх по лестнице.

Я ожидал, что Леннон все еще в постели, но вижу, как она выходит из ванной. Ее волосы мокрые, тело обернуто в полотенце, так что, должно быть, она чувствует себя лучше.

Что делает этот бред с аннулированием еще более непонятным.

– Мы не станем аннулировать брак.

Обойдя меня, она направляется в спальню.

– Скайлар сказала, что ты дашь мне все, что я пожелаю. Именно этого я и хочу.

Ее тон холодный, отстраненный… Равнодушный.

Я следую за ней в спальню.

– Я думал, ты любишь меня.

Только тогда я вижу доказательство этому на ее лице.

– Люблю.

Я не понимаю.

– Тогда в чем проблема?

Пренебрежительно фыркнув, она подходит к комоду и достает одежду.

– Ответь на вопрос, Группи, – рычу я спустя минуту. – Если ты меня любишь, то почему, черт возьми…

– Потому что ты притащил сюда мою подругу, чтобы попытаться убедить меня покинуть мой собственный дом, чтобы вновь утянуть меня в свой привычный мир. – Она натягивает новую пару пижамных штанов. – Я сказала тебе на днях, что не хочу этого, но, как обычно, ты продолжаешь давить, пока не добьешься своего. Точно так же, как ты заставил меня поехать в Европу, когда я хотела вернуться домой и увидеться с отцом.

Я отшатываюсь от силы ее обвинений.

Мне казалось, она поняла, что я заставил ее поехать в Европу лишь для того, чтобы поступить правильно и дать ей то, чего она заслуживает.

Я понятия не имел, что ее отец умрет.

Чувство вины – мой старый компаньон – поднимает свою уродливую голову. Вместе со стыдом.

Не облажайся я в самом начале, мне бы не пришлось все исправлять… И у Леннон было бы больше времени с отцом.

– Прости меня.

Кажется, я причиняю этой девушке одну душевную боль.

– Я не виню тебя. – Она награждает меня хмурым взглядом. – Я виню себя, потому что никогда не могу тебе отказать. – Она стягивает футболку через голову и забирается обратно в кровать. – За исключением этого раза, потому что я не покину свой дом. Я не могу.

– Тогда мы останемся.

Я останусь в ее привычном мире. Проблема решена.

Только это не так, потому что она огрызается:

– Именно поэтому я хочу аннулировать брак.

И мы вернулись к тому, с чего начали. Она хочет покончить с нами, а я не понимаю почему.

– Я только что сказал тебе, что мы можем остаться.

– Но это не то, чего хочешь ты, – кричит она, вскакивая. – Да и с чего бы тебе этого хотеть? Ты рок-звезда, Феникс. Музыка не просто то, чем ты занимаешься, а то, кто ты есть. Я не позволю тебе выбросить собственную жизнь на свалку, только чтобы наблюдать, как я буду горевать до конца своей. Это несправедливо по отношению к тебе.

Она не понимает. После всего она все еще, мать твою, не понимает.

– Ты – все, чего я хочу, Леннон. Я люблю музыку, но тебя я люблю больше.

Она вытирает слезу, скатившуюся по щеке.

– И я люблю тебя. Так сильно, что не позволю тебе отказаться от своей мечты ради меня.

Мы снова ходим по кругу. Чем дольше я пытаюсь удержаться, тем сильнее она меня отталкивает.

– Хватит.

Она вскидывает голову.

– Я никогда не стану прежней, Феникс. Эта боль. Эта чертова агония, поселившаяся в моей душе… Она никогда не исчезнет. – Ее глаза наполняются слезами. – Я пытаюсь спасти тебя от пожизненного страдания. Неужели ты не понимаешь?

Я обхватываю ее лицо.

– Неужели ты не понимаешь, что то, что между нами, нельзя просто выбросить или завершить? Мне плевать, даже если ты останешься в этой чертовой постели до конца жизни и будешь плакать каждый гребаный день. Я тебя не оставлю.

Потому что лучше я разделю страдания с ней, чем буду счастлив с кем-то еще.

Глава 79

Феникс

Я думал, что мы совершили прорыв, но два дня спустя Леннон все еще лежит в постели и почти не ест.

По словам миссис Палмы, именно так скорбят пережившие утрату люди. Скорбь проходит стадиями и волнами и не следует установленной схеме.

В одну секунду вы можете улыбаться, а в следующую? Боль пронзает с новой силой, и вы возвращаетесь туда, где были ранее.

Проблема в том, что я не могу вывести свою жену из первой стадии.

Я не видел улыбки Леннон уже больше месяца. И начинаю думать, что, возможно, больше никогда ее не увижу.

Миссис Палма сказала, что мне следует дать жене немного пространства, и не просто закрыть дверь в спальню и спуститься вниз. Мне нужно уехать из дома на несколько часов.

Таким образом, у Леннон не останется выбора, кроме как позаботиться о себе самой.

Мне не нравится эта идея, но выбора нет. Но мне нечем заняться, поскольку в этом дерьмовом городе нет ничего интересного.

В итоге я заезжаю в закусочную, ем безвкусный бургер на ужин и разговариваю со Стормом по телефону.

– Вы с ним встретились?

С моей заменой.

– Нет. Встреча состоится только в следующем месяце.

– Почему так долго?

– Мы даем тебе время передумать.

Я откусываю от бургера. А когда глотаю, кажется, что по горлу скользят опилки.

– Я не передумаю.

– Ты…

– Как Куинн? – спрашиваю я, меняя тему разговора на что-то, от чего не хочется сброситься с ближайшего моста.

– Она в порядке. Капризная, но все нормально.

– Она подросток. Это в порядке вещей.

Черт, нам по двадцать три, а мы все еще капризные ублюдки.

– Верно, но это не типичная подростковая чушь. Кажется, она на меня за что-то злится.

Ничего удивительного. Сторм не самый простой в общении человек.

Но Куинн не из тех, кто позволяет чему-то долго ее расстраивать.

– Уверен, что через несколько дней она будет в порядке. Просто будь с ней помягче. Она…

– Сумасшедшая? – перебивает меня Сторм. – Драматичная? Чертовски раздражающая?

– Обидчивая.

Он издает ворчливый звук.

– Ага… О, привет, малолетка. Феникс на связи. Хочешь поздороваться?

Мгновение спустя в трубке раздается голос Куинн. Хотя в нем нет привычной бодрости.

– Привет.

– Что с тобой?

– Ничего, если я останусь со Скайлар на пару дней?

Я не против, но мне хочется знать, почему она чувствует внезапную потребность сбежать в другое место. Учитывая ее прошлые побеги, это не очень хороший знак.

– Что случилось?

– Ничего, – шепчет она. – Я просто… Я очень хочу увидеть Скайлар.

– Хорошо. – Я делаю глоток воды. – Можешь остаться с ней на пару дней. Но после, я думаю, ты должна приехать в Хиллкрест.

– Нет. Я в порядке. Клянусь, – заверяет она, хотя я слышу, как ломается ее голос.

– Куинн…

– У меня месячные, – выпаливает она. – И мне нужно пойти в магазин, чтобы купить тампоны, но не хочется просить Сторма отвезти меня, потому что он странно относится к таким вещам.

Значит, нас таких двое. Однако с этим я могу справиться.

– Держись. Я все устрою.

Отключив звонок, я открываю свое приложение для преобразования речи в текст и заказываю десять коробок тампонов и десять фунтов шоколада, которые доставят в наш дом в течение следующих тридцати минут. Думаю, этого будет достаточно, чтобы продержаться некоторое время.