Джуд - Драко Малфой и Солнечный путь

В голове Гермионы металось по меньше мере десятка три различных заклинаний, от Люмоса до заклинания для завитков на волосах в носу. Клыки… Ядовитые клыки, которые растерзали Малькольма Бэддока, были готовы сомкнуться на горле медно-красного дракона.

— Господи, помоги, — прошептала Гермиона и, направив палочку на пасть василиска, прокричала: — Дантиссимо делетриус!

Выражение, появившееся на морде гигантской змеи, когда так неожиданно исчезло ее главное оружие, не поддавалось описанию — Гермионе захотелось расхохотаться, до того растерянным и удивленным оно было.

Короткое замешательство дорого обошлось Вельгельмине — Сольвейг, скинув кольца ее тела со своего горла, обдала змею струей огня. Отвратительно зашипели, вытекая из глазниц, глаза чудовища, вопль боли швырнул Гермиону на колени. И тут же острозубые драконьи челюсти сомкнулись прямо под пастью змеи, прокусывая кожу и перекусывая горло. Василиск захрипел, обдавая дракона кровь и ядом. Крылатый змей мотнул головой, стряхивая мертвое тело, и медленно попятился назад.

— Сольвейг, — тихо позвала Гермиона. — Сольвейг, тебе плохо?

— Внутрь иди, Грейнджер, там может понадобиться помощь, — ответил тусклый голос.

— Это яд, да, Сольвейг? — Гермиона рванулась к дракону. Раздраженное шипение было ей ответом.

— Господи, Грейнджер, почему тебя зовут лучшей ученицей Хогвартса? Драконья кровь входит в состав почти всех лекарственных зелий и всех противоядий — естественно, я не могу быть отравлена!

— Тебе хорошо говорить! — заорала Гермиона, чувствуя себя на пороге истерики. — Ты себя не видишь!

Мгновением спустя Сольвейг уже стояла рядом, крепко обнимая подругу.

— Гермиона, я же пошутила. Ну, успокойся, пожалуйста. Спасибо… если бы не ты, мне пришлось бы хуже. Ты умница. Я не знаю этого заклинания. Что это было?

— Для удаление зубов, — шмыгнула носом Гермиона. — Я выучила все зубоврачебные заклинания еще в первом классе — думала, они могут пригодиться моим родителям…

— И что, пригодились?

— Нет, они считают, что магия и зубы несовместимы…

Громкий детский плач не дал Сольвейг задать следующий из серии самых неуместных в данной ситуации вопросов.

Акустический ад закончился, и несколько секунд Снейп наслаждался первозданной тишиной. И тут ребенок на его руках снова завопил.

Снейп знал, что дети плачут сразу после рождения — от холода; кроме того, этот крик нужен им, чтобы раскрыть легкие для первого вздоха. Но почему это маленькое недоразумение вопило сейчас? Конечно, детеныш был ни в чем не виноват, но Снейп предпочел бы, чтобы это существо не появлялось на свет.

Он положил вопящего ребенка на стол, подумав, что, может быть, незнакомый дядька вызывает такую реакцию, но и на столе тот не подумал заткнуться. Как раз в этот момент в пролом, который стараниями Мины-змеи стал не только потолочным, но и стенным, ворвалась Гермиона Грейнджер, а следом за ней — Сольвейг.

— Папа! — громко и истерично выкрикнула его уравновешенная девочка и сделала такое движение, словно собиралась кинуться ему на шею, но в последний момент передумала.

— А где дракон? — спросил Снейп. Почему-то ему показалось, что сейчас это самый главный вопрос.

Грейнджер оглянулась на Сольвейг.

— Здесь, — осторожно ответила дочь. — Пап, а ты в самом деле мой отец?

— Да, — ответил Снейп.

— А-а-а… — неопределенно протянула Сольвейг. — А мы знаем про Сириуса. А кто это у тебя вопит? А где парни?

— Это ребенок, — Снейп помотал головой — кажется, потрясение было слишком сильным, потому что рассудок определенно оказывался работать в нормальном режиме. Чего стоит хотя бы эта идиотская беседа?

— Боже мой! — Гермиона быстро обошла Снейпа и почти подбежала к столу, на котором заливался плачем младенец. — Бедняжка! Она же совсем маленькая… — приговаривала она, стягивая с себя мантию и заворачивая в нее малыша.

— Она только что родилась, — ответил Снейп. — Поттер и Малфой должны быть где-то здесь. Мисс Грейнджер, дайте сюда ребенка, он может быть опасен.

Гермиона изумленно посмотрела сначала на Снейпа, потом — на Сольвейг.

— Профессор, вы… хорошо себя чувствуете? Это же ребенок…

— Я не сошел с ума, если вы на это намекаете, мисс Грейнджер, — Снейп широким шагом прошел к центру гробницы и склонился над чем-то, едва видимым среди мелких камней и пыли. — Сольвейг, не стой там как столб, помоги мне! Ты можешь хоть раз в жизни принести пользу?

— Боже, я так по тебе скучала, — неожиданно произнесла Сольвейг, и Снейп, оглянувшись, увидел, что она широко улыбается, а глаза ее странно блестят. Он усмехнулся.

— За «боже» отдельное спасибо.

Сольвейг рассмеялась и, подойдя к нему сзади, присела рядом и неловко приобняла профессора за плечи.

— Ты… несчастный конспиратор… — буркнула она. — Из-за тебя я чувствую себя героиней индийского фильма.

— Помоги мне, — повторил Снейп, приподнимая присыпанного пылью Драко. Сольвейг подхватила лежащего снизу Гарри под руки и выволокла его из-под завала.

— Они живы? — спросила Гермиона, с тревогой глядя на юношей. Руки ее меж тем бессознательно укачивали младенца.

— Не вполне, — ответил Снейп. — Поттер умер, спасая Драко жизнь… он применил Заклятие Жертвы… а Драко пошел за ним. И они сейчас там.

— Как в прошлом году, да? — тихо спросила Сольвейг. — Но они вернутся?

— Надеюсь, — Снейп поднял Драко на руки. — Двоих сразу мне не унести, Сольв, может быть…

Не дав ему договорить, Сольвейг легко, как Гермиона младенца, приняла из его рук Драко и пошла к пролому. Гермионе досталось потрясающее, никогда раньше не виденное выражение шока на лице невозмутимого профессора зельеделия.

— Это еще ничего, — тихо сказала она. — Она еще и не такое может.

Снейп перевел на нее взгляд.

— Мисс Грейнджер…

— Возьмите Гарри, — попросила Гермиона, опуская голову. — Сейчас сами все увидите. Я… — она набрала полную грудь воздуха. — Я рада вас видеть, профессор.

— Я вообще рад видеть, мисс Грейнджер, — сварливо отозвался Снейп. — Даже вас.

И, подняв на руки Гарри и сопровождаемый улыбающейся Гермионой с ребенком на руках, Снейп двинулся следом за Сольвейг.

По ту сторону

— Гарри Поттер, — повторил Драко, касаясь рукой плеча Гарри. Тот чуть повернул голову и посмотрел на него из-под ресниц. Сейчас Гарри выглядел совсем не таким, каким Драко запомнил его — казалось, он был старше, красивее, волосы ровными прядками на глаза, губы нежила лукавая улыбка. Он немного походил на Сириуса.