Будь моим

Салатный лист у меня во рту становится картонным. С трудом проталкиваю его внутрь не жуя.

Ужин превращается для меня в пытку.

Наплевав на свою хроническую неспособность смотреть Владу в глаза, поворачиваю голову и спрашиваю:

— Ты переезжаешь?

Он смотрит на меня. Мажет взглядом по моим глазам. Я не отрываю их от его лица. На секунду опускает взгляд на мои губы, которые я терзаю зубами. На его лбу волнами собрались морщинки, потому что брови чуть сдвинуты.

Как же ему идет эта чертова белая рубашка!

— Рассматриваю такой вариант. — Отвернувшись, отпивает из своего стакана и напрягает губы, когда виски обжигает его язык.

— Когда? — Сжимаю пальцами свои приборы.

— Пока не знаю, — пожимает плечом. — Зависит от многих обстоятельств.

Многих обстоятельств. Очевидно, все уже решено!

— Там есть что-то, чего нет здесь? — продолжаю доставать его своими вопросами.

— Мир вообще большой шарик, — говорит Градский. — И он вращается. Я не люблю сидеть на месте.

— Активная позиция, — присоединяется папа. — Я давно предлагал Арине учебу в Германии. Но она папина домашняя девочка, — смотрит на меня с улыбкой.

И хотя это чистая правда, я вдруг чувствую потребность защищаться!

— Это что, плохо? — выпаливаю, заставляя всех за столом умолкнуть.

— Отец не это имел в виду… — удивляется мама.

— Извините… — бормочу, глядя сквозь свой бокал в никуда.

Градский уедет. Вопрос времени. Я почти уверена, что он выберет именно этот путь. А я… а я… так и останусь для него младшей сестрой его друга.

От последних «новостей» у меня на душе скребут кошки. Их когти до боли впиваются в мою душу, когда официант приносит счет. Градский берется оплатить его в качестве жеста доброй воли и уважения, и мне ничего не остается, кроме как покинуть ресторан вместе со всеми.

Он приехал на своем «БМВ». Машина припаркована прямо у входа, но Влад явно не планировал сегодня возвращаться за руль, иначе не выпил бы за ужином две порции крепкого алкоголя.

Придержав дверь для мамы, а потом для Крис, Андрей выходит на улицу вслед за ней и обращается к своему другу:

— Какие планы?

— Да, в общем-то, никаких, — отвечает тот. — А у вас? — переводит глаза с Андрея на меня.

На моем лице должна быть вселенская печаль, но усилием воли я придаю ему отсутствующий вид.

— Тоже, — смотрю на него искоса и пожимаю плечами.

По голой спине бегают мурашки, потому что эта неделя дождливая, а кофточку я с собой не взяла. Я не планировала гулять по улице, тем более в этих шпильках.

— Мы не собираемся ложиться спать, — подает голос Крис.

— Ну че, — Андрей смотрит на часы и обводит взглядом всех присутствующих. — Тогда предлагаю прогуляться до «Джекпота», — выбирает он бар, который находится через пару кварталов отсюда.

— На нас не рассчитывайте, — хмыкает мама. — Мы поедем домой и…

— Не продолжай, — скалится мой брат, напоминая о том, что сегодня она помолодела на двадцать лет.

Мама хлопает его по плечу своей сумочкой, а Андрей отдает отцу брелок сигнализации от своей машины, предупреждая:

— Завтра заберу.

Градский пожимает руку отцу и позволяет маме поцеловать свою щеку, а потом ведет плечами и сбрасывает с них пиджак, для того чтобы через секунду набросить его на мои озябшие плечи.

Согретая его телом ткань вместе с терпким запахом выбивает из меня тихий вздох. Не могу вымолвить даже элементарного спасибо, заворачиваясь в пиджак.

— Пошли, — выставляет для меня локоть Андрей.