Его кексик (ЛП) - Блум Пенелопа

— Не хочу показаться самонадеянным, но, на мой взгляд, стол стоит не очень удобно, чтобы есть и смотреть телевизор. Выходит, мы будем делать это вместе на твоей кровати?

— Это выглядит странным? — уточнила я. — Об этом я как-то не подумала. Можно попытаться передвинуть стол… ну, или еще что-нибудь.

— Это будет странным лишь в том случае, если ты сама так считаешь.

— Обещаю, больше никаких странностей. Но мое место возле стенки. В углу я чувствую себя в большей безопасности.

— Договорились.

Райан выложил принесенную еду на бумажные тарелки и расставил их по кровати. Этакий мини-буфетик. Затем поставил для меня на подоконник две банки пива. Возможно, кому-то покажется крайне негигиеничным кушать в своей постели… но ведь я всегда могла постирать одеяло.

«Можно подумать, я не делаю это время от времени».

Мой домашний марафон ужасов был довольно своеобразной коллекцией, в которую входили как фильмы студии Netflix (прим. американская развлекательная компания, поставщик фильмов и сериалов через сетевые и кабельные каналы), так и хранившиеся у меня с темных веков моего детства DVD-диски.

Сунув в рот кусочек кисло-сладкого цыпленка, я загрузила первый фильм. «Крик».

— Надеюсь, ты не против? — спросила я на всякий случай. — Ты, конечно, обеспечил нам банкет, но я несколько часов планировала эту киношную вечеринку. Порядок фильмов зафиксирован у меня на подкорке.

— Эй, я здесь для того, чтобы выпить, а также наесться неправильной для среды пищи. Если бы рядом не было симпатичной девушки, это, возможно, было бы угнетающе, а так меня все устраивает.

— И где же она? Как ты ее сюда протащил?

— Кого? — удивился Райан.

Судорожно сглотнув, я поморщилась.

Похоже, моя шутка номер один этого вечера его не зацепила.

— Я пытаюсь сказать, что не... ну, неважно.

— Я просто прикалываюсь над тобой, — игриво ухмыльнулся Райан. — Я тебя понял. А если серьезно, ты очень симпатичная. Мне нравится твой художественный облик. Он идеально тебе подходит.

Я попыталась придумать что-нибудь самокритично-кокетливое, чтобы скрыть смущение, но мой затуманенный мозг смог выдать лишь нервный смешок, больше похожий на астматический смех лошади.

Райан, услышав этот звук, громко заржал. А я, не удержавшись от улыбки, сделала вид, что так и было задумано.

— Вообще-то, я смеюсь по-другому. Обычно.

Его глаза, казалось, загадочно мерцали, пока он, глядя на меня, пытался подавить смех.

— Разумеется. Жаль только, что я не смог записать этот изумительный звук. Это же самое эффективное лекарство от плохого настроения. Включил запись по кругу и слушаешь, забывая обо всем.

— Хватит меня смешить, пора смотреть фильм. На этот вечер я запланировала шестичасовой просмотр, а с утра меня ждет задание моего нового босса. Так что дурачиться будем после.

— Новый босс, да? И как он тебе?

Я сделала вид, что напряженно размышляю над ответом.

— Ну, если бы он не был задницей, высмеивающей людей за невозможность контролировать некоторые звуки, был бы вполне нормальным.

— Всего лишь нормальным? Думаю, тебе стоит узнать его получше, — взгляд Райана, казалось, потемнел, и я почувствовала, как воздух между нами накалился.

Он медленно приблизился ко мне, и я поняла — еще секунда, и мы поцелуемся.

Все мысли о Париже выветрились из моей головы, когда я, опершись рукой о кровать, потянулась к нему. Но тут в комнате взорвался душераздирающий звук вступительных титров «Крика», и я отпрянула от Райана, будто мне всего пятнадцать, а заглянувшие в комнату родители застали меня за мастурбацией.

«Нет! Я этим никогда не занималась! Ни разу после просмотра первого фильма с Райаном Гослингом».

— Извини, — выпалила я. — Я заметила у тебя на щеке ресничку. Хотела снять ее, а тут... ну вот… — я провела пальцем по его щеке, делая вид, будто смахиваю ресницу. — Теперь все.

— Понятно. Спасибо. Ой, а у тебя что-то на губе. Позволь, я вытру, — его довольная ухмылка сказала мне, что он точно знал, насколько я никудышная врушка, а вот то, как он медленно провел большим пальцем по моей нижней губе, сообщило мне, что я по уши в дерьме. — Вот так, — выдохнул он.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Спасибо, — сунув в рот огромный кусок крабового рангуна (прим. весьма популярная закуска в США), я уставилась на экран с таким видом, словно от этого зависела моя жизнь, и жевала, продолжая ощущать на губах жар от его прикосновения.

Первую половину фильма я варилась в собственных мыслях. Прокрутив в памяти момент, когда случайно нажала на пульте кнопку воспроизведения, я пожалела, что не сообразила, схватив его, поставить фильм на паузу. Мы бы могли продолжить с того самого места, на котором остановились. И тут я осознала, что мои мысли раздваиваются.

Я почувствовала в себе два диаметрально противоположных желания.

Часть меня, однозначно, жаждала развития отношений с Райаном, иначе бы я все это зарубила на корню еще в самом начале. Зато другая, к огромному разочарованию первой, разрабатывала план, гарантирующий, что в январе я сяду на свой рейс.

Глава 4

Райан

— Что значит «ничего не произошло»? — потребовала объяснений Стефани.

Я пожал плечами.

— Никакого шифра. Мы весь вечер на ее кровати пили пиво с китайскими деликатесами. Посмотрели три старых фильма ужасов, а во время последнего она заснула. Я немного прибрался, а потом ушел. Что еще-то?

— Ну, не знаю… Может, надо было галантно поухаживать за ней? Добавить побольше харизмы, шарма. Ну, хотя бы снять рубашку.

Я замер с шариком теста в руках и недоверчиво уставился на нее.

— Снять рубашку?

— Да! Именно. Сказал бы, что тебе стало жарко или что ты боишься ее помять. Держу пари, если бы она увидела твои «кубики», тут же потеряла голову.

— Что-то я сомневаюсь, что отношения, завязавшиеся благодаря демонстрации моего пресса, выдержат проверку временем.

Стефани шумно вздохнула и, подскочив от нетерпения, присела на край разделочного стола.

— Да, ты прав, — фыркнула она сквозь зубы, сжимая кулаки. — Тьфу ты! Я просто хочу, чтобы это наконец-то случилось. А что если прошлой ночью ты испортил нам всю малину? Я имею в виду, ты слишком хорош в сохранении дружеской дистанции с женским полом, а платоническое завершение первого свидания, по всей видимости, твой коронный номер.

— Испортил нам? Я не подозревал, что Эмили и тебя интересует.

— А-а, так она тебя интересует?

— Естественно, она мне интересна. Она милая, веселая и артистичная. В ней есть что-то такое… особенное. Затрудняюсь сказать что именно, но мне это чертовски нравится. И мне хорошо с ней.

— Так чего тянуть кота за хвост? Действуй!

Меня как всегда раздирали сомнения, вот только я не собирался признаваться в этом Стефани. Да, Эмили мне нравилась. Возможно, даже очень. Но жизнь преподнесла мне хороший урок. Самый быстрый способ разрушить отношения с женщиной — это перейти границы дружбы. Прошлой ночью я уже практически был готов отключить здравый смысл и поцеловать ее. Сопротивляться этому желанию было неимоверно сложно: намного сложнее, чем с прежними девушками. Я уже не был так уверен, что мой чудо-члено-блокиратор, автоматически отключавший сексуальное влечение, справится с этой задачей. Но на самом деле вопрос был в том, хочу ли я этого?

— Действуй? — я рассмеялся. — Думаю, в таком деле лучше выбрать марафон (прим. забег на 42 км 195 м), а не спринтерскую дорожку (дистанции до 400 м). Ты когда-нибудь задумывалась об этом? Жизнь же не киносценарий, где герои должны влюбиться в первую секунду знакомства. Для настоящих отношений требуется время.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Тьфу на тебя! Не надо мне настоящих отношений. Мне нужны результаты. Хочу фейерверка. И хочу его прямо сейчас!

— Я запомню. Но ты можешь записать это в книгу отзывов и предложений.