Тупак Юпанки - Выбирая врага

— Знаете, я подумал… Вы правы.

— Прав? Насчёт чего?

— Насчёт свободы. Вы абсолютно правы. И вы действительно свободны. У вас нет ни обязанностей, ни трудностей. Но вы совершенно одиноки.

— Свободы нет без одиночества, — усмехнулся Гриндевальд. — По-моему, одиночество настолько же ценно, насколько и свобода.

— А по-моему, вы просто боитесь отсюда выйти, — тихо отозвался Гарри и направился к выходу, сопровождаемый изумлённым взглядом старика. — И спасибо вам за помощь, — обернулся Гарри уже на пороге.

Гриндевальд медленно кивнул, не сводя с него тяжёлого взгляда, и Гарри закрыл дверь.

***

— Чёртов тупой старик! — шипел Снейп уже в кабинете директора, стаскивая с себя мокрую от снега мантию. — Зачем мы только вообще к нему пришли?

— Северус, успокойся, — тихо отозвался Дамблдор, взмахом палочки высушивая свою мантию и мантию Гарри. — Хотите чаю?

— Я бы не отказался, — ответил Гарри, устраиваясь на диване. — Но только без сладостей.

— Хорошо, — кивнул директор, не замечая шпильки.

Через минуту на столике появились три чашки с горячим чаем. Снейп и Дамблдор устроились в креслах напротив Гарри.

— Зачем ты его защищаешь? Он давно выжил из ума, — поморщился зельевар.

— Ты несправедлив к нему, Северус. В конце концов, он дал нам карту.

— Ты даже не посмотрел её. Покажи-ка.

Директор достал из кармана пергамент и протянул его Снейпу. Профессор выхватил бумагу у него из рук и быстро развернул.

— Чёрт возьми, — невольно вырвалось у него. — Альбус, он точно ненормальный.

Дамблдор взял пергамент у Снейпа и улыбнулся.

— Ну, это просто загадка в духе Геллерта. Посмотри, Гарри.

Гарри с замиранием сердца взял карту в руки и пригляделся. На листке было нарисовано пятно, очертаниями напоминающее перевернутый неровный треугольник. А посередине рисунка кривым, неразборчивым почерком было написано:

«Любовь да приведёт к шести

А знания покажут семь

Отвага тотчас станет три

Но расстоянье будет ноль»

— ЧТО?! — Гарри не поверил своим глазам. — Профессор Дамблдор, что это такое?

— Бред сумасшедшего, — тихо процедил сквозь зубы Снейп, нервно тряхнув головой, чтобы убрать с лица пряди волос.

— Северус, тебе очень мешает твоя категоричность, — покачал головой Дамблдор. — Гарри, положи пергамент на стол.

— Вы знаете, что это такое? — спросил Гарри, выполняя указание.

— Пока нет, — улыбнулся директор.

— Тогда как нам поможет это… Эти… Я даже не знаю, как это назвать. Стихи?

— В молодости мы с Геллертом обожали такие загадки. Мы шифровали так свои послания друг другу.

— Зачем? Чтобы никто не понял, о чём вы переписываетесь?

— Нет, — рассмеялся Дамблдор. — Нашу почту никто не читал. Просто это было забавно.

— Глупая шарада! Глупый старик! — проворчал Снейп, со стуком ставя чашку на стол.

— Это не шарада, это… Посмотри, Северус, тебе этот рисунок ничего не напоминает?

Зельевар склонился над пергаментом.

— Напоминает. Растёкшуюся по парте Лонгботтома слизь с мушиных лапок!

— Северус, — разочарованно протянул директор. — Прояви побольше фантазии. Она у тебя, я уверен, не ограничивается познаниями в области Зельеваренья.

Снейп фыркнул, пожал плечами и отвернулся.

— Знаете, — неуверенно начал Гарри. — Если бы это не было… Ну, каракулями старого мага, я бы сказал, что напоминает карту… В смысле карту Мира. Ну, континент.

— Молодец, Гарри, — просиял директор. — Так какой это континент?

— Южная Америка, — бросил Снейп, не глядя.

— А по-моему, Африка, — возразил Гарри. — Они ведь очень похожи.

— Нет, Африка более… — зельевар щёлкнул пальцами.

— Пузатая, — подсказал директор, и Снейп скривился от такого сравнения. — Значит, мы найдём этих Ловцов Времени в Южной Америке.

— Конечно, Альбус, это сильно упрощает нам поиск!

— Но тут же ещё есть эта загадка, — Гарри ткнул пальцем в строки.

— Поттер, вы опять начинаете поражать меня глубиной своих мыслей, — прошипел Снейп. — Если не можете сказать ничего умного или полезного, лучше не говорите вообще.

Гарри насупился. Он понимал, что зельевар просто зол и раздражён, но это же не повод грубить ни с того, ни с сего.

— Северус, я думаю, каждый имеет право внести свой вклад в это обсуждение.

— Иногда лучшим вкладом является молчание, — буркнул Снейп.

— На самом деле… — Дамблдор снял очки и задумчиво постучал дужкой по пергаменту. — Это похоже на координаты.

— Географические? — спросил Гарри. — Ну, то есть широта, долгота…

— Нет, нет. Географических координат только две. Я имею в виду магические. Они используются для обозначения точки аппарации, когда тот, кто аппарирует, не знает местности. Магических координат должно быть четыре, и строчек у нас тоже четыре. Пожалуй, это… — Дамблдор замолчал на несколько секунд, но тут его лицо просияло. — Мальчики мои, это же элементарно! — воскликнул он и хлопнул себя руками по коленям. — Восхитительно! Так просто и так… Красиво… И такой глубокий смысл в строках. Эх, Геллерт не утратил фантазии.

— Альбус, может, вы и с нами поделитесь свой находкой? — елейным голосом спросил Снейп.

— Ах, да. Простите. Тут всё очень просто, — директор призвал со стола бумагу и перо и приготовился писать. — Берём первую строчку. «Любовь да приведёт к шести». В слове «любовь» шесть букв. «Да» — это две. «Приведёт» — восемь. Получаем 628. Ну, и «шесть». Значит, 628,6. Это первая координата. Горизонталь.

Дамблдор перестал писать и распрямился с победоносным видом.

— А? — задорно спросил он. — Как вам?

— Одуреть, — вырвалось у Гарри. — Это как… Как Книга Смерти. Только хуже.

— Не хуже, а проще, — буркнул Снейп и выхватил из рук директора перо и пергамент. — «А знания покажут семь». Значит, 167 запятая 7. Вертикаль. «Отвага тотчас станет три». 666,3. Замечательная координата! Это что, время получается?.. Так. И определяющая горизонталь… «Но расстоянье будет ноль». 2105,0. Так?

Зельевар кинул пергамент на стол.

— Сейчас проверим, — кивнул Дамблдор и призвал со стола магический глобус.

Он взмахнул палочкой, что-то пробормотал, глядя на листок, и на поверхности глобуса загорелась маленькая голубая точка.

— Да, Южная Америка, — просиял директор. — Где-то на стыке Бразилии и Венесуэлы.