Джуд - Драко Малфой и Солнечный путь

- Сейчас придем - увидишь, - ответила Сольвейг.

- А нам для этого непременно надо гнать?

- Да. Иначе Мина нас опередит.

- Неужели ты думаешь, что ее отпустят? После всего этого?

- Ну, она столько всего натворила за год в Хогвартсе, - пожала плечами Сольвейг, - а никто ничего не

замечал. Она опять вывернется… впрочем, я надеюсь, что Шеймус ее немного задержит.

- Шеймус? - удивилась Гермиона.

- Ну да, - Сольвейг глянула на нее и рассмеялась. - Ты меня поражаешь, Грейнджер! Неужели ты тоже ей

поверила?

- В каком смысле? - возмутилась Гермиона.

- Мина всем дурила головы, - объяснила Сольвейг. - Понимаешь ли, она использовала Чары вейлы, которые

вполне определенным образом действуют на парней. И - ты не поверишь - на девчонок тоже. Нет, не

красней, это не то, о чем ты подумала. Просто использование этого зелья кем-то из девушек ослепляет,

если можно так выразиться, всех прочих девчонок поблизости. Я понятно выражаюсь? Девушки безоговорочно

верят в свое женское могущество. Ну, на самом деле, ты же хорошо знаешь Гарри. Подумай - он весь год

обращался с Драко подло! Это в его характере? Нет! Но никто этого не просек! Понятно, что девушки не

знают таких вещей, как то, что пассивные геи не могут стать гетеросексуальными - существует, по

крайней мере, такое мнение. Но как не заметить, что Гарри Поттер ведет себя не по-гаррипоттеровски и

вообще не по-гриффиндорски?

- Ну, - смутилась Гермиона. - Я подумала, что он влюбился…

- Вот именно. Помнишь, что сказал Шеймус в день рождения Гарри? Распространенное женское заблуждение,

что гея можно исправить. Чары вейлы сработали так, что это заблуждение стало верой. Ведь принцип

работы этого зелья - задурить голову мужчине и придать уверенность женщине.

- Ты не поверишь, но я впервые слышу про эти Чары вейлы, - сказала Гермиона.

- Твои друзья будут рады узнать, что ты еще чего-то не знаешь, - заметила Сольвейг. - В школе,

Грейнджер, в этом году был только один человек, на которого ухищрения Мины не действовали совершенно -

Шеймус.

- Почему?

- Потому что он - стопроцентный и абсолютный гей, - усмехнулась Сольвейг.

- А Драко?

- А Драко - такой же гей, как и Гарри. Просто они любят друг друга. Мужчина, любящий мужчину, и

настоящий гей - это все-таки немного разные вещи. Проше говоря, если бы Гарри не был с Драко, он бы

был с девушкой, а если бы Драко не был с Гарри, он бы был бисексуальным "Дон Жуаном". Но никто из них

не был бы геем.

- А тебя, случаем, не доктор Фрейд зовут? - насмешливо спросила Гермиона.

- Ни в коем случае, - Сольвейг остановилась. - Меня зовут Снейп. Сольвейг Снейп. Я надеюсь. Пришли.

- Но это же… - Гермиона смотрела на несколько строений неподалеку и огороженный участок поля, где два

динозавроподобных дракона с атрофированными крыльями (порода "Скандинавские древние") пытались сбить

друг друга с ног огромными хвостами. За ограждением загона, со скучающим видом облокотившись на

изгородь, стоял Януш. - Это же драконарий!

- Ну да.

- Но… - Гермиона уставилась на Сольвейг огромными глазами. - Драконы могут преодолеть барьер! Мы что,

полетим на драконе?

- Не совсем, - казалось, Сольвейг чем-то смущена. - Я бы сказала, что ты полетишь на драконе.

- А ты?

- Ох, Грейнджер, - вздохнула Сольвейг. - Ты такая умная… могла бы и догадаться… Отойди.

Гермиона сделала шаг назад. Она не могла поверить. Она впервые в жизни не могла поверить своим глазам.

Она не могла поверить, что это ее Сольвейг - то существо, которое вдруг начало увеличиваться, чья кожа

вдруг вмиг засверкала на заходящем солнце, как золото, за чьей спиной распахнулись два огромных крыла

и чьи руки огромными лапами опустились на землю. Когти прочертили глубокие борозды, хвост обвился

вокруг лап, как у кошки.

Что-то внутри, рядом с сердцем или даже в нем самом, рванулось, разбилось в мелкие осколки, они

резанули тело изнутри, послав сладкую болезненную судорогу вниз, в ноги, и вверх, к глазам и ушам, и

снова собралось и зазвенело, как натянутая струна, у самого сердца. Дракон наклонился в ней, обдав

горячим солнечным дыханием и ослепив сиянием сапфировых глаз. И тогда в такт натянутой струне у сердца

запели те мелкие осколочки в ушах, пересыпаясь, как стеклышки в калейдоскопе. Это была песня - пока

без слов, но песня, новая песня; пальцы вдруг заныли, до того им захотелось лечь на гитарные струны,

чтобы запомнить то чудо, которое звучало в голове. Все равно не забуду, подумала Гермиона, стряхивая

слезы с глаз. И снова прозвучала тень шепота, тень знакомого голоса у самого уха - У тебя все будет

замечательно…

- Ты прекрасна! - выкрикнула она вверх, прямо в синие глаза.

- Залезай, - прошелестел в ответ нечеловеческий голос. - Пора.

* * *

Дом Реддлей, тот же день

Несколько секунд обе стороны пребывали в неподвижности. Вольдеморт сотоварищи, очевидно, наслаждались

произведенным эффектом.

- Надо было вам придти чуточку пораньше, - заговорил наконец Драко, и в голосе его, как в старые

добрые времена, зазвучали великолепные протяжные интонации истинного Малфоя. - Вы пропустили

прекрасное зрелище, в самый раз для вуайеристов.

- Не переживая, малыш, - сладко улыбнулась мисс Паркер. - Мы наблюдали за тобой и папочкой. Тоже

сладенькое было зрелище. Профессору бы понравилось…

Снейп фыркнул. Драко нахмурился.

- Прошу прощения, но нас не представили, леди.

Удивительное это все-таки было зрелище - обнаженный, избитый юноша, держащийся с поистине королевской

надменностью. Две пары глаз следили за ним с жадным вожделением. Еще две - со снисходительной

насмешкой, за которой люди, лишенный чувства собственного достоинства, скрывают свою зависть к тем,

кто этим чувством наделен. Еще одна пара глаз смотрела на Драко одобрительно. И в еще одной выражалось

множество чувств - от глубочайшего восхищения отвагой юноши до раздосадованного "Ну что же ты творишь,

чертов придурок!"

- Меня зовут мисс Паркер, мальчик, - ведьма оскалилась. - Жаль, что мы только сейчас познакомились.

Ведь мы с тобой родственники.

- Мои родственники - странные люди, мэм, - ответил Драко. - Так что мне абсолютно не жаль.

- Ты злой мальчик, Драко, - заметила мисс Паркер, и глаза ее блеснули.

- Да ладно, сколопендре своей это скажите, - Драко мотнул головой, указывая на Мину. - Кто там она

вам? Дочка? Любовница? Комнатная собачка… ах, нет, прошу прощения, змея!

Мина в два шага пересекла комнату, и ее рука звонко приземлилась на щеку Драко, оцарапав белую кожу

ногтями.