Мимикрия (СИ) - Головач

Гарри подошёл ближе.

— Я сомневаюсь. Он будет думать, что ты работаешь на нас, но всё равно позволит тебе это делать.

Драко хмыкнул, поворачивая голову и внезапно обнаруживая Поттера в полуметре от себя. Сквозь встревоженный разум прокралась иррациональная мысль. Даже сейчас, спустя больше двух лет в изгнании, наверняка не имеющий достойного сна и достаточного количества еды, Поттер всё ещё хорошо сложён. Драко быстро заморгал, отбрасывая в сторону неуместные мысли, и снова отвернулся к окну. Глупость какая.

— Я боюсь, что не смогу противостоять его легилименции, — признался он.

— Ты себя недооцениваешь. Хочешь прежде потренироваться со мной?

Драко совершенно этого не ожидал. Гарри готов впустить его в свою голову? Показать воспоминания? Позволить запутать их? Тот наверняка не понимал, как именно работает легилименция, и это казалось неплохой возможностью узнать, о чём на самом деле думает Поттер. Но готов ли Малфой позволить Гарри влезть в своё сознание? Драко неуловимо мотнул головой, искренне поражаясь такому предложению.

— Возможно, стоит попробовать.

3. Легилименция

Как шелко́вый путь, тянется ниточка судьбы

Над тобою крыша, внизу цирк

И в любую сторону лишь шаг — такова свобода и мечтаТолько это с виду как суицид

Драко заметил, что Гарри побрился. Этот совершенно ненужный факт засел в его голове сразу же, когда Поттер пришёл к нему на тренировку через несколько дней. Малфой накладывал ряд заклинаний на двери и окна, чтобы обрести хоть какое-то подобие безопасности — Драко стал чертовски мнительным — и искоса поглядывал на чистую кожу на скулах Гарри. Взгляд скользнул ниже на чёрную футболку, обтягивающую мощные плечи, которые Малфой смог увидеть, потому что Поттер снял свою поношенную олимпийку. Выглядел он в разы крепче, чем в школьные времена. Не то чтобы Драко помнил. Малфой отвернулся к окну, ощущая лёгкую тревогу чуть ниже груди, — видимо, от предвкушения первого опыта легилименции в компании Гарри Поттера.

— Хуки, принеси горький шоколад, — раздалось сзади, и домовик, радостно пискнув, хлопнул в ладоши, тут же исчезая. Драко обернулся, закончив с заклинаниями, и подошёл к Поттеру, который сидел на уже привычном ему месте.

— Мы должны попробовать проникнуть взаимно, — протянул Малфой, примостившись на подлокотник кресла Нарциссы. — Я, — он немного нахмурился, — давно не проникал ни в чьё подсознание, чтобы перекроить воспоминания или запретить их видеть такими, какие есть. Мне нужно попробовать, прежде чем ты ворвёшься ко мне в голову единолично.

— Я так и думал, — кивнул Поттер. Раздался хлопок и рядом появился Хуки, с широкой улыбкой и благоговением протягивая Гарри прозрачную стеклянную тарелку с кусочками белого шоколада. Поттер хмыкнул и забрал её из тонких рук эльфа. — Спасибо, — мягко сказал он, и Хуки пискнул что-то нечленораздельное перед тем, как исчезнуть.

— Он безнадёжен, — вздохнул Драко. Гарри поставил тарелку на столик перед собой.

— Да, но безумно очарователен, — Поттер улыбнулся, глядя на Малфоя, светлой и безобразно искренней улыбкой. Драко не помнит, чтобы хоть кто-то в жизни так ему улыбался. Кроме Нарциссы. — Начнём? — спросил Гарри, и Малфой дёрнул головой, судорожно кивнув.

В голове Поттера было кристально чисто. Его сознание представляло собой длинный светлый коридор с десятками аккуратных дверей с двух сторон. Драко осторожно шагнул, двигаясь по брусчатому полу: пространство вычищено до блеска, каждый дюйм здесь на своём месте — скорее всего неспроста. Видимо, Гарри недооценил свою способность к окклюменции — и, вероятно, вполне умышленно. Драко приоткрыл одну из дверей, — всё-таки он здесь не просто так.

Рон склонился над шахматной доской, нахмурив свои густые детские брови, и поджал нижнюю губу, разглядывая расположение фигур. Одиннадцатилетний Гарри сидел напротив, не отводя восторженного взгляда от Королевы, поправляющей свою каменную причёску. Гермиона поморщилась:

— Ненавижу ваши шахматы, — недовольно сказала она. — Это очень жестоко.

— Это всего лишь шахматные фигуры, — закатил глаза Рон и коварно облизнулся. — Ладья на Е-шесть.

Гарри нахмурился подобно Рону. А ладья спешно двинулась на указанную позицию, сметая пешку со своего пути и занимая её место.

— От них столько грязи, — Гермиона отстранилась от стола, смахнув с себя воображаемую пыль.

— Шах и мат, — довольно протянул Рон.

— Ты жульничал! — возмутился Гарри.

— Ничего подобного.

Драко подошёл ближе, оказываясь за спиной маленького Поттера и рассматривая доску и историю шахматной битвы. Уизли очевидно мухлевал, и даже странно, что Поттер на это повёлся. Наверное, Гарри ещё недостаточно хорош в волшебных шахматах. Драко огляделся: гостиная Гриффиндора пустовала, помимо Золотой троицы никого не нашлось, а за окном вовсю бушевала осень. Кажется, Малфой действительно оказался свидетелем одной из первых шахматных партий Поттера. Драко наклонился к уху раздосадованного Гарри, уже принявшего своё поражение и намеревавшегося продолжить заниматься уроками:

— Вот, смотри, ты сделал ход конём, хотя он ходит совсем иначе, — проговорил он. Поттер дёрнул плечами и снова повернулся к Рону, прищурившись.

— Вот, смотри, ты сделал ход конём, хотя он ходит совсем иначе, — повторил Гарри. Уизли встрепенулся, стремительно краснея.

— Неправда, — помотал головой тот.

— Очень даже правда, — шутливо сказал Драко, и Поттер снова за ним повторил.

Гермиона наклонилась над столом, пробежавшись сосредоточенным взглядом по списку ходов.

— Гарри прав, Рон, — сделала вывод она. — Ты нечестно вёл игру. А значит, ты дисквалифицирован.

— Это что ещё значит? — насупился Уизли.

— Это значит, что я победил, — хохотнул Гарри, вторя за Малфоем, за что получил мягкой подушкой в лицо. Поттер рассмеялся громче, кидая подушку в ответ в Рона, а Гермиона забурчала, возвращаясь в кресло и раскрывая в своих руках толстую книгу по Истории Хогвартса.

Драко вышел из комнаты, тяжело вздыхая. Ничего нового он не узнает: да и мог ли? Гарри, очевидно, открыл для него самую безобидную часть своего сознания. И, раз Поттеру это под силу, значит, он прекрасно владел легилименцией. А значит, возможно, Гарри предложил свою помощь только для того, чтобы залезть в голову к Драко, ведь пока Малфой тут, Поттер запросто мог хозяйничать в его подсознании. Но Драко тоже не идиот. Он проверил ещё несколько комнат, натыкаясь лишь на детские бессмысленные воспоминания, и прикрыл глаза, возвращаясь в свою голову, пытаясь отыскать в ней Поттера. Это оказалось довольно сложно. Малфой посадил Гарри в лабиринт, ровно так же пряча от него то, что необходимо скрыть. Спустя неопределённое количество времени Драко всё же отыскал Поттера в одной из каморок, куда вели редкие двери лабиринта. Хотя сейчас все эти двери вели лишь к одному воспоминанию.

— Драко, ты станешь прекрасным ловцом! — Нарцисса ласково провела ладонью по волосам сына, и тот трогательно