Дань для криминального авторитета (СИ) - Набихан Дилноза

Сумасшедшая? Возможно.

На мгновение прикрыла глаза, затем снова их открыла.

— Было некому, Андрей. Отец, знаешь ли, умер рано, оставив меня на попечении дяди-предателя, — пожала плечами. — А опекун, который должен был заниматься моим воспитанием... Я даже не видела этого человека в лицо.

Переждав, когда он ослабит свой захват, смогла отстраниться и потерла скулы.

— Я говорила, что не обязана слушаться вас. И хватит пытаться контролировать меня. Моя работа не грязная, чтобы вы противились. Ведь, в конце концов, я работаю не стриптизершей или потаскухой в баре, — выплюнув эти слова, я прикусила кончик языка и испуганно посмотрела на мужчину.

Андрей резко вскинул глаза, стреляя в меня молниями. Если бы взглядом можно было убивать, меня бы точно уже не было бы в живых.

— Иди, Яна, иди уже, пока я не наломал дров, — устало проговорил он и откинулся на спинку сиденья. Схватился за переносицу.

Я не медлила, расстегнула ремень и выбралась из машины. Ко мне сразу подошел мужчина, который утром отвез меня в университет, и с хмурым лицом набросил на мои плечи куртку. Мою куртку!

Скрыв свое удивление, последний раз смотрю на Андрея, а после быстро скрываюсь в подъезде.

Глава 10

Яна

Быстро вбежав в квартиру, с бешено стучащим сердцем подошла к окну и, слегка раздвинув шторы, посмотрела вниз на машину Андрея, которая стояла во дворе. Рядом бегали дети, кто-то играл в снежки, а кто-то лепил снеговика.

Я обожала это время года. Зима. Снег. Когда каждый ребенок ждал чуда. Я тоже ждала. Лет до тринадцати, а потом пришлось быстро повзрослеть, открыть глаза, снять розовые очки и принять реальность такой, какая она есть.

А реальность была безжалостна к таким, как я. Жизнь испытывала меня на прочность. После смерти единственного родного человека, моя жизнь пошла под откос. Я жила, как сирота при живом дяде. Вырвавшись из школы-интернета, я успела построить свою жизнь, спокойную и тихую. Но, черт возьми, появление Андрея в моей жизни спутало все мои планы на будущее. Моя серая и скучная, но в тоже время спокойная жизнь, кажется, никогда не будет прежней. В моей правильной жизни никогда не будет места Андрею. Но оказалось, за десять лет позабытые чувства вспыхнули с новой силой, стоило ему сегодня ко мне прикоснуться. Он только своим одним присутствием в моей жизни делает меня счастливой, хотя сам не догадывается об этом.

Задернув шторы, прислонилась спиной к стене и медленно тронула свои опухшие губы. Провела по ним языком, и улыбнулась. Прошел почти час, но я все еще не верила в случившееся до конца.

Он меня поцеловал! Андрей сам поцеловал меня!

Эта мысль никак не укладывалась в моем мозгу, я туго соображала, и ненавидела эту свою черту, когда голова туго работала.

Тяжело вздохнув, скинула куртку и сняла обувь. За своим волнением я не заметила, что вошла в грязной обуви. Переодевшись в домашние вещи, взялась за уборку. После уборки сразу приступила к ужину.

Я готовила уже с ранних лет, не потому что мне надо было научиться этому делу, а потому что очень хотела. Кулинарию я любила так же, как и математику. Даже как-то решила стать великим поваром, но потом быстро изменила свое решение, когда увлеклась с математикой. Любовь к этому предмету проснулась благодаря учительнице.

Но с тех пор, как сняла съемную квартиру и живу с четким графиком — дом-учеба-работа-дом, мои руки отвыкли от готовки. Поэтому, когда чистила и резала овощи, мои руки очень тряслись, я волновалась очень сильно. В голове крутилась только одна мысль: «Только бы ему понравилась моя стряпня!».

Отправив картошку запекаться в духовку, принялась за уроки.

Часы пробили половину одиннадцатого, за окном была ночь. Я сидела в гостиной и готовилась к сессии. Я не замечала, что жду появления Полякова. Ужин, приготовленный с любовью, остыл, так никем и не тронутый. Я уже два часа сидела над учебниками, пыталась немного позаниматься. Но мысли то и дело возвращались к нему. Я бросала взгляд на часы, считала каждую минуту, кусала губы. Умом понимала, что, возможно, сегодня Андрей не вернется домой и не будет он есть приготовленную мной, еду. И я зря жду его вместо того, чтобы принять душ и ложиться спать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Когда Андрей не появился ни через час, ни через два, а часы на стене показывает почти два часа ночи, я горько вздохнула.

И чего, думаете, я ожидала? Что он кинется ко мне со словами о любви? Что придет и попросит прощения за то, что накричал? Что?

Какая же я дура, набитая, конченая дура! Ничему не учусь.

Я реалистка, и понимаю, что поцелуй не означает, что надо жениться. Умом понимаю, что нам никогда не быть вместе, Андрей не примет мою любовь, и я никогда не смогу любить за двоих. Но сердце не слушается. Оно каждый раз бьется сильнее только при одном мысли о нем. Но жизнь не кино и не сказка. Это реальность.

Мы не в книге, Андрей не принц, а я не Золушка, Андрей никогда не станет моим Ромео, а я его Джульеттой. Андрей —— взрослый мужик, большой авторитет и хозяин города, замешан в криминале, а я обычная студентка, которой просто не везет. Я помогла ему оправдать имя, а он взамен спас и решил защитить меня. Вот и все.

А то, что случилось сегодня, ничего для него не значит. Он просто был вынужден меня поцеловать, чтобы я заткнулась.

Отгоняю мысли о нем прочь, но ни секунды не переставая надеяться, что он вернется, я постелила себе место рядом с кроватью. Тогда я не понимала, почему постелила на полу, а не легла на кровать, которая сегодня будет пустовать.

Лежа на спине, я долго гипнотизировала потолок. Пыталась уснуть, ворочалась, но смогла заснуть только под утро. И когда прозвенел будильник, проснулась с гудящей башкой. Поморщившись, встала и приняла быстрый душ. Бросила взгляд на кровать и настроение упало ниже плинтуса.

Сколько бы я не обманывала себя, не утешала, но Андрей был интересен мне, как мужчина. И мысль, что он провел этот вечер в объятиях какой-нибудь девушки, неприятно царапнула мою душу и волна гнева и ревности проснулась в глубине души. Я понимала, что поступаю как истеричная дура, но не смогла отказать себе в удовольствии, чтобы не устроить в его комнате беспорядок.

Переодевшись и взяв рюкзак, спустилась вниз, но быстро мне преградили дорогу. Я нахмурилась и подняла глаза на мужчину. Это был водитель, приставленный ко мне со вчерашнего дня.

— Извините, но от Андрея Вениаминовича не поступило никаких приказов относительно вас, Яна, — мягко сказал он, даже не взглянув на меня. Я с досадой топнула ногой и чуть не упала, поскользнувшись на скользкой дороге.

— Вы же можете позвонить и уточнить. У меня сегодня важный экзамен! — У меня и вправду был сегодня экзамен. Но я толком не подготовилась, глаза слипаются, голова раскалывается. Чувствую себя плохо. И всему виной он!

Мужчина понимает меня, быстро набирает номер Полякова, рассказывает ему о моем экзамене и молча что-то слушает около двух минут. И все это время я стою рядом, переминаясь с ноги на ногу. На улице холодно, а я в спешке забыла шапочку.

— Держите, — мужчина протягивает мне телефон, и когда я подношу аппарат к уху, он отходит на несколько шагов.

— Да? — мой голос звучит напряженно и сипло.

— Владимир отвезет тебя в университет, после экзамена сразу домой. Давай в этот раз без твоих игр, Яна, включай голову. Если и сегодня такое повторится, можешь смело забыть про учебу, будешь либо учиться заочно, либо дистанционно. Поняла? — я молча, перевариваю его слова и от напряжения кусаю нижнюю губу. — Я не услышал ответа, Яна! — напоминает о себе стальным голосом. Я вздрагиваю и смотрю на телефон в руке, будто Андрей может выйти оттуда и что-то сделать мне.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Д-да, поняла. Это все?

Я пытаюсь не думать, где он ночевал этой ночью. Главное, с кем. Делаю над собой огромное усилие и, пересилив свою ревность и чувства, отвечаю. Но голос запинается, и я мысленно чертыхаюсь. Между нами образовалась тишина. Я посмотрела в сторону водителя, мужчина курил и смотрел на детскую площадку. На улице в такое время было еще темно и во дворе не было никого, кроме нас.