Флинт Киборд - Рианнон

Объяснять, как он сюда попал, Кейр не собирался. Глайдеры, конечно, помнят маршрут к этому местечку. То, что Леннар (или кто-то ещё, до него) этот маршрут заблокировал — не вопрос для девичьих раздумий: ну, значит, разблокировался как-то…

— О… Так это вы! — выговорила наконец зеленоглазая.

— Я. Как у вас тут кабель армируется?

Девица хлопала глазками и всё пыталась вместить в себя, по частям, обстановку…

Кейрис обошёл её — и направился в коттедж. Миновал флексовую верандочку, всю в пьяной свалке пенолитовых кресел — и попал в главный холл, выдержанный в той же бардачной стезе. На широко разложенном дальнем диване спали — что говорило о сегодняшней перенаселённости коттеджа; взгляд Кейра задержался на спавших: ага, вот они, близнецы… Неодинаковость поз (сонно разметались, по-кошачьи заезжая друг на друга руками-ногами) не умаляла сходства (да что там сходства: идентичности!) — наоборот, дарила возможность рассмотреть как бы один экземпляр одновременно с двух ракурсов. Медового цвета волосы, медового оттенка кожа, нежно-сладкие линии ног (покрывала не требовались или не нашлись), пляжный низ — бретелечно-ниспадающий (на правом экземпляре задранный) верх, строго одинаково оранжево-медовых тонов. Им явно нравилось ничем не отличаться. Будто почувствовав взгляд Кейриса, правый экземпляр зашевелился, приоткрыл глаза и пробормотал загадочное:

— Он пострашно теся обапл…

Левый дубль отозвался, не просыпаясь, задвигая ногу повыше на бедро правого:

— Енеа, ана оно… — и медовые уплыли обратно в сны.

Тут коттедж наконец отреагировал на вторжение: в ближайшем, правом, дверном проёме возникла — и остановилась в секундном замешательстве — приятно блондинистая девица в жатом, в рельефинах, пуловере, съезжающем вырезом на плечо. Из-за неё — одной головой — выглянула вторая, в чёрных куд-ряшках, с некоторой неменяемостью лика…

Кейрис взялся переозвучить свою легенду (взгляд блондинистой был совершенно осмысленным) — но тут из левой двери вылетела кареглазая и кареволосая девица, стремительная, тоненькая, в юбчонке-топе с раскосыми полосами; она срочно взяла на себя инициативу:

— Здравствуйте, инспектор, мы, конечно, видели ваши фото, очень приятно, я Шеннона, это вот Неллика и Хелинда, а там ещё на пороге — Эмерета, кажется, она спросонья усталая очень, не обращайте внимания, — (близнецы были обойдены, как нечто точно внимания не стоящее) — вы нас инспектируете, да?

— Да. И при этом — нет. Отбой тревоги. Я просто подзаряжусь — и двину дальше, ничего страшного не будет.

— Совсем-совсем ничего?

— Примем за отправную точку, что да. Пока то, что я вижу — не повод для репрессий.

— Ага… Приятное начало… Это радует… Тогда… Может, и не будем остальных будить?

— Вас здесь много?

Шеннона протащила Кейриса на веранду, поморщилась на раздрай, протащила дальше — наружу, где ей не понравилась Эмерета, но её Шеннона взяла за плечики и затолкала в дом — как раз всучив появившейся вслед Неллике.

— Девять человек. Спят ещё Шана, Шона, Витрадора, Лиана и Беста.

— Ну что ж, пусть дрыхнут.

— А вы к нам — на Рианнон то есть — надолго?

— Как получится. Временем не ограничен.

Неллика куда-то дела Эмерету и вновь возникла на крыльце, рассматривая гостя. Она прятала руки в длинно болтающиеся рукава. Из-под пуловера её выглядывали (и кончались, едва выглянув) узкие шорты с белыми отворотами — открывая длинные, нежно очерченные ноги: она как раз присела на кронфлексовый краешек перил, выгодно их демонстрируя.

Шеннона тем временем, несколько озадаченно, огляделась.

— Глайдер сзади дома, — попытался внести ясность Кейр.

— Ага, — согласилась Шеннона, подумав. — И… Айка не с вами? Я думала, вы с ней будете. Нас вот отправили… на делянку.

— По-земному это называется заимка. Домик в глуши. С огородами.

Собеседница кивнула, задумалась ещё на секунды. Добавила:

— Если что — я всё про всех знаю. Спрашивайте у меня, если что.

Роскошные локоны, правильный носик. Несколько стратегических веснушек… Вообще обитательницы заимки были как на подбор эффектны — включая «спросонья усталую», но чудесно зеленоглазую Эмерету.

— Так как у вас кабель армируется?

— Давайте, покажу, — отозвалась Неллика, как раз поймавшая взгляд инспектора.

Шеннона гордо отмахнулась:

— Сиди уж! Я сама.

Неллика беззлобно пожала плечами, продолжая внимательно изучать Кейра.

Шеннона смерила её взглядом, потащила Кейриса за дом.

— Ну вот ещё, — пробурчала она, — Неллике нужно подцепить инспектора…

— Что, правда?

Шеннона набрала код на щитке; слот высветил армировку.

— Да, как ни странно… Красотка, да?.. Странно одета, да?.. Стильная такая, да?.. Увы! У Неллики — секрет, который, она думает, никто не знает. А мы-то знаем, но ей не говорим. Тот ещё секретик…

Кейр флегматично улыбнулся:

— Видимо, и меня в него сейчас посвятят?

— Ну, вам это точно стоит знать. Во избежание… Только ей не говорите, что знаете!

— Угу.

Шеннона понизила голос, но ярче загорелась глазками:

— Лапочка Неллика — беременна. Маскируется из последних сил. Мы знаем, от кого — но вы его не знаете… Ну, она строит из себя такую взрослую, оформившуся… В бассейн при всех уже не ходит, всё ей прохладно что-то. Потому что видно уже. Вы, если месяц здесь просидите, тоже увидите — она совсем распухнет.

— Месяц — вряд ли просижу.

— Ну, так на это она и рассчитывает. Вы западёте на неё, такую взрослую, фигуристую… Увезёте. Наглая, да?

— А что, у вас тут нет противозачаточных?

Шеннона поморщилась:

— Ну… Только перманентные. По уважительным причинам. Кое-кому, из персонала…

— Ага. А у вас Людвиг этих уважительных причин не находит… Знакомо. Статус малонаселённой колонии. Демографическая политика.

— Да, глупо… Но, по-любому: не надо быть дурой!

— То есть, в вашей тусовке, производство детей — моветон?

— Конечно же! Хотя — случаи бывают. Получается, просто очередная семья здешняя. Они уже не с нами живут… И уехать не пытаются.

— Понятно, — Кейрис подогнал энергокабель, вставил а слот. — Значит, так… Я буду заряжаться минут пятнадцать. Чтоб ваша система не просела. Попутно заборник гляну. Не обращайте внимания… И даже так: просьба мне не мешать. Я сам, без суеты, всё сделаю.

— А… Ну я пойду в дом, то есть, — на этом посуле Шеннона сладко зевнула и даже качнулась, кажется (Кейр понял, что ее утреннее состояние было ненамного лучше, чем у остальных — просто, видимо, сконцентрировалась ненадолго).