GrayOwl - Звезда Аделаида - 1

Теперь с неба падала мелкая изморось, которая будет сопровождать их на всём дальнейшем пути - ведь ехать осталось недолго, если не возникнут какие-нибудь препятствия, как-то нападение гвасинг на колесницах - это ведь будут уже их земли. По его карте квадриги должны были въехать на территорию, нагло занимаемую не подданными Божественному Цезарю, народцем гвасинг. А территория, нанесённая на пергамент по показаниям вездесущих бриттов - лазутчиков, была очень большой.

- Надобно обложить данью, как можно боле родов и племён варваров, ежели они не слишком разобщены на местности. Ну не гоняться же попусту за неизвестно, где кочующими гвасинг - решил Малефиций.

Спавшие на посту и застуканные солдаты были очень строго наказаны - им запрещено было брать в первом бою трофеи любого рода - рабами ли, мехами ли, что были у варваров, часто охотившихся, во множестве, или тяжёлыми серебряными украшениями дикарей, пойдущими, конечно, на переплавку - не самим же носить такое уродство. Даже самые старые путаны - уродины в лупанариях не возьмут такого безобразия в качестве платы - всем нужны звонкие монеты, а их можно получить как раз за слиток серебра, желательно, побольше, как можно больше, что б парочка рабов несла его к меняле. За неимением рабов можно и самому отнести на закорках. Главное - что б не обворовали по дороге. Ну да утром же к меняле ходить надобно, когда лихие люди отсыпаются после ночных злодеяний своих.

Слух о громком вечернем высказывании Северуса ещё вчера, до отхода ко сну, разлетелся по лагерю, как это и случается со сплетнями, хоть и коллектив мужской подобрался, но все оказались охочи до разговорчиков о кровосмесительной связи братьев по отцу. Наконец, полководец и его сыновья - чародеи и любовники, взошли на квадриги.

Фасио - пучок конских волос на толстом древке, украшенном изображением орла с распростёртыми гордо крыльями, покровителя Рима и круглой пластиной со свастикой - знаком Солнца, укреплённый вместо не принятого у ромеев знамени, на квадриге полководца, развевался под непрекращающимся мелким дождём и пронизывающим ветром, и все вновь устремились на восток. Постепенно приближались земли восточные - земли варварского народца гвасинг…

_______________________________________

* Олицетворение заимствованной у греков, как и многие другие божества, богини Земли Геи в латинском произношении.

* * Современный Марсель - город, основанный ещё древними греками.

* * * В разгульные и развратные века императорского правления в Римском государстве матроны хвастались друг перед другом «хвостами», то есть чередой любовников.

Глава 25.

… К концу светового дня работа по установке дома - шатра, к огромному неудовольствию Истинных Людей, не была завершена рабами. Хотя те, кто всё замечал от нечего делать - старики и старухи племени х`васынскх` - заметили и то, что раб Тох`ым, вчера принесённый в посмертную жертву воину Вуэррэ и потерявший целую чашу крови, работал весьма хорошо, а вот его напарник - этот щуплый Х`аррэ, наоборот, из рук вон как плохо - просто дрых на ходу, мешаясь под ногами других рабов.

Тох`ым весь день пребывал бодрым, сильным, что было так не похоже на него обычного, а вот невыспавшемуся Х`аррэ пришлось тяжело. Окружающие суетящиеся рабы мешали Тох`ыму отозвать Х`аррэ хоть на минутку в сторонку, чтобы придать ему сил волшебным словом «Энервейт».

А ещё была толпа глазеющих подслеповатыми глазами, просто от безделья, такого тяжёлого после жизни, наполненной трудами, те-кто-не-умер-вовремя, «нуэнх`у ардаийэх`э», то есть старухи, не могущие более зачать и даже подкармливать грудью чужих детей, и не годящиеся даже для присмотра за овцами старики, хотя последних было много меньше старух. Воины Истинных Людей редко доживали до такого срока, когда становились обузой племени. Они погибали в битвах с чужими племенами и родами, их рвали дикие звери на охоте. А баба, что - знай себе, рожай, да корми, и снова рожай и продолжай кормить. Дерьмовое дело! Недаром бабы детьми всё равно, что срут.

Тох`ым подавал Х`аррэ привлекающие знаки, но тот не понимал Тох`ыма и решительно никуда со строительства дома не уходил, хоть уже и шатался от усталости и недосыпания - ведь он всю ночь спал еле-еле, заботясь о друге.

К ночи, уже когда Истинные Люди спали, оставив только надсмотрщиков за рабами - пятерых дюжих воинов с бичами в руках, которые они от нечего делать время от времени опускали на спины заезженных, некормленных рабов, Тох`ым, воспользовавшись темнотой, подхватил падающего с поперечной балки Х`аррэ и ткнул ему в бок волшебной палочкой. Тот так и замер в ожидании чуда.

Тох`ым сделал нужное, как он помнил, движение палочкой, произнеся заветное слово, но… ничего не произошло. То есть, не было снопа искр или луча, ярко различимого в темноте, однако Х`аррэ внезапно приободpился, приосанился и, шепнув Тох`ыму благодарность, полез снова наверх, на балку, с кoторой мгновение назад сверзился в братские объятия Тох`ыма.

- Чесслово, если бы не Тох`ым, я бы расколошматился об землю, - подумал с гордостью за названного брата Х`аррэ.

- Значит, не случайно я не видел сегодня утром ничего, ни когда Х`аррэ произносил заклинание Невесомости, ни когда произносил сам то самое: «Энэрвэйт», знать бы ещё, что слово это обозначает, - думал Тох`ым.

Он с недюжинной силой натягивал на деревянный каркас покоробившуюся от летних дождей дублёную оленью шкуру.

Скоро шатёр этих проклятых дикарей будет готов, и тогда можно просто поспать - есть от усталости уже не хотелось.

Воины видели, как Тох`ым ткнул своей смешной палочкой Х`аррэ, и что тот оживился после этого, но, разумеется, ничего из произошедшего понять не смогли, да и не особо они хотели с этими рабами разбираться - лучше бы эту балку наверху Х`аррэ, наконец-то, вставил бы в пазы на толстых, стоящих ровно, столбах, да скорее х`нарых` обтягивать шкурами закончили. Пазы были вырублены топорами спящих сейчас воинов. Не то, что они, оставшиеся бодрствовать полная рука раз, Истинные Люди, ведь не спят же, за без-имён смотрят, чтобы работали споро да дружно, а то воинам спать охота, сил нет.

Никто из х`васынскх` и допустить не мог, что без-имён, то есть рабы, их обычные рабы могут быть подобны друидам. Сам Х`аррэ даже, всё ещё, сам не верил в немногочисленные объяснения Тох`ыма, полученные в ответ на его, Х`аррэ, вопросы, которые он успел задать на коротком пути от костровища рабов к месту будущего обитания хозяев - расстеленному на лугу, пока почти невытоптанном, дому - шатру. На языке Истинных Людей он обозначался словом «х`нарых`".

Эти короткие фразы старшего друга привели бы Х`аррэ в настоящее смятение, если бы не быстро наступившее отупение от однообразной работы - взять деревяшку, отнести её Тох`ыму, Вудрэ или безымянному старику - тем, кто подобрее к нему, Х`аррэ. Но он ни разу не отнёс ни деревяшки Рангы. Потом пойти обратно, снова выбрать деревяшку, похожую на предыдущую по длине, проверить, цела ли, снова отнести, и так до тех пор, пока ближе к ужину Истинных Людей воины не принесли из леса два громадных молодых бука. После они долго работали топорами над деревьями и, наконец, четыре пальца раз почти ровных столба и множество крупных ветвей, мелких сучьев, веток и щепок не остались лежать грудой, дожидаясь рук уже уставших рабов.