Сын маминой подруги (СИ) - Мелевич Яна

- Да он папе бумажку очередную пришлепнул на спину, - захихикал точно гиена Дима, дрыгая в воздухе ногами.

Дверь в детскую с шипением отодвинулась, и детишки замерли. Семилетний Денис с невозмутимым видом грыз голову робота. Стоило на территорию ступить отцу, он быстро бросил ее в ойкнувшего от боли Диму, которому она попала в ногу и распахнул ручки, заорав:

- Па! Он тутачки! – и ткнул пальцем под свою кровать.

- Предатель, - прошипел Демьян, едва Марк метнул взор под машину-кровать.

- С тобой мы потом поговорим, Паганини недобитый, - рыкнул Алексею Тасманов, принявшись выуживать визжащего Демьяна из-под кровати. – Иди сюда, гадкий ребенок. Продам тебя цыганам и куплю Елисею нормального послушного и правильного!

Леша бочком перебрался к тете Насте, которая уже вовсю пыталась успокоить мужа и не дать задушить племянника. Алиса только хмыкнула, а вот Елисей покосился на своего сына, прижимавшего к себе скрипку.

- Надо же, наверное, его спасти, да? – с интересом глядя на то, как Демьян зарядил пяткой в нос Марку, потянул Лиса.

- Дядь Лис, зачем? – иронично заметил Дима, оглянувшись. Дверь позади них в еще одну спальню приоткрылась и из нее показалась самая младшая представительница семьи Тасмановых.

Темные кудри малышки Елизаветы были растрепаны. Бантики расплелись, пижамка помялась, а в руках девочка сжимала надувной топор. В ее синих глазах светилась решительность носорога. Она покосилась в начале на Алексея, который попытался защититься скрипкой, затем на брата. Елисей улыбнулся племяннице и промурлыкал:

- А кто у нас тут проснулся?

И в этот момент Лиза набрала полную грудь воздуха и издала такой вопль, что, казалось ,задрожали стены. Мгновенно все присутствующие зажали уши. Это было в два раза хуже, чем час игры на скрипке у Алексея. Демьян прекратил отбиваться и зажался, Денис бросился под одеяло, а Марка с места сдуло ветром, и он быстро переместился из спальни мальчишек в коридор, спеша к дочери.

- Ы-ы-ы, - стенала трехлетка, утирая крупные слезы в больших глазах надувным топором. – Па-а-а-апа-а-а…

- Такая красивая и такая ужасная, - тихонько скривилась Алиса, наблюдая за тем, как Тасманов кинулся к девочке, поднимая ее на ручки. На них злобно сверкнул девичий взор, и девчонка провела пальцем по шее, показав на вздрогнувшего Алексея.

- Чудовище проснулось, - вздохнул Дима.

- Не говори так про сестру, - шикнула Настя. Правда не очень уверенно.

- Знаешь, - отозвался Лиса, осторожно подойдя ближе и с опаской косясь на племянницу. – Не хочу тебе этого говорить, Тасман, но твоя дочь очень странная. И игрушки… - он покосился на топор, передернув плечами. – Тоже такие себе.

- Папуля, - вновь всхлипнула Лизавета. – Мы сплячем тлуп под кустом, как советовал дедуся?

- Да, - закивал Марк, похлопывая дочь по спине. - И труп спрячем, и кузенов твоих цыганам продадим…

- Она вся в тебя, - скривился Елисей, обнимая перепуганных сныовей. – Никто никого не продаст. Хотя… Вот если ты продолжишь так издеваться над скрипкой, тебя, Лешка, мы точно кому-нибудь отдадим!

- На фабрику по переработке детей! А мне выдадут нового брата! – поднял руки вверх радостный Демьян, мигом забывая обо всех проблемах.

- Ты тупой что ли! – шикнул на него Леша, зарядив младшему подзатыльник. – Капец, почему в нашей семье все нормальные и только ты отстаешь в развитии?

- Че сказал?! 

Братья, рыча, столкнулись лбами, и Алексей замахнулся инструментом. Елисей едва успел отскочить в сторону, как издав предсмертный звук, скрипка погибла, уничтоженная одним ударом о стену. Алиса тяжело вздохнула и покачала головой, мрачно обратившись к Насте:

- Так и знала, что скрипка не проживет неделю.

- Главное, чтобы папа новую ему подарить не додумался, - задумчиво отозвалась Настя, обходя катающихся по полу племянников и осторожно забирая у дочери надувной топорик. – А игрушки и правда странные, - брезгливо пробормотала, передавая брату топор.

- Кстати говоря, - поинтересовался Марк, удерживая прикорнувшую у него на груди дочь. – Как теперь Катенька-то?

- Тихо ты! – прорычали Канарейкины и Алексей прекратил отбиваться от брата, взвизгнул:

- Моя скрипка! Папа, надо срочно новую скрипку! Я же должен выступать на школьном концерте и понравиться Кате!

- Мы все умрем, - вздохнул Денис печально, и Дима закивал. – Он нас музыкой своей убьет.

- Жестоко.

- Ваще.

Конец