Celice - Скажи мне, что ты меня

- Скажу от всех - мы очень рады вас видеть! - сердечно отозвался Джеймс, почти силой усаживая Рема рядом с Сириусом, который, посмотрев сверху вниз на понуро склоненную светло-каштановую голову, резко сел обратно на диван.

- Какая чудесная елка! Августа, а где ваш внук? - Альбус обращался к матери Фрэнка.

Ремус склонил голову, уставившись на витиеватый узор, вышитый на ковре под ногами. Зря, зря он все-таки пришел…

- Ты совсем зарос, - задумчиво заметил Сириус, легко коснувшись тонкими пальцами его волос на шее. Ремуса бросило в жар, и он быстро отодвинулся. Блэк чуть нахмурился и легко подвинулся к нему.

- Учти, тебе сегодня придется о многом рассказать.

- Сириус…

- Я не буду больше слушать отговорок, - вкрадчиво перебил его парень, Рем скользнул по нему взглядом. Сириус сидел с совершенно ледяным выражением лица, но его глаза… в них было столько всего…

- …Я сыт этим по горло от Дамблдора! Такое ощущение, что я тебе - просто никто.

- О чем ты, черт возьми? - устало осведомился Ремус, больше всего сейчас желая оказаться где угодно, но не здесь. Сириус внимательно разглядывал его. Появление Рема сегодня было неожиданностью. Он вообще не хотел идти к Лонгботтомам справлять Рождество, но Сохатый просто не отставал. А ведь мог пропустить возможность увидеть его. Но что с ним такое? Он рядом, а кажется, что совсем далеко… Никогда раньше он не чувствовал с его стороны такого отдаления. Заросший, худющий, закрытый…

Сириус прикусил нижнюю губу, раздумывая над тем, как бы побыстрее смыться из этого дома и остаться с ним вдвоем. Его буквально переполняли эмоции, но почему он не чувствовал от Ремуса ничего похожего? Даже полгода назад, сидя с ним в одной комнате, в разных углах, он чувствовал его волнение и смятение. А сейчас - глухая стена, настороженность… И ведь сидят так близко друг от друга!

- Что случилось? - прошептал он, рассматривая свежий шрам на его щеке, тянущийся по шее вниз, косой линией. Рем так побледнел, точно Блэк его ударил.

- Ничего, - одними губами промолвил он, отвернувшись в сторону.

- Ты никогда не умел врать!

Ремус прикрыл глаза, но боль сдавила сердце. Нет, таким не поделишься с другом, который сотни раз бежал с ним по лесу, веря, что этот оборотень никогда никого не тронет. Люпин так резко поднялся и зашагал к дверям, что привлек всеобщее внимание и заставил смолкнуть все разговоры.

- Я… было приятно вас всех увидеть, - пробормотал он, словно вспомнив о приличиях, кивнул с любопытством смотревшему на него Грозному Глазу и вышел в холл. Сириус стремительно пересек гостиную, не подумав попрощаться.

- Молодежь такая импульсивная, - строго покачала головой Августа Лонгботтом, отпив вина из своего бокала.

- Я думаю, он его догонит, - озабоченно пробормотал Джеймс, посмотрев на жену. Лили, уложившая Гарри в кроватку к Невиллу, которая стояла тут же, в гостиной, ободряюще кивнула. Дамблдор поставил свой бокал на столик и жестом попросил Поттеров последовать за ним, в другие двери, ведущие в столовую.

- Появилась информация, что Волдеморт выбрал Гарри, - тихо поведал им старый волшебник без лишних предисловий. Лили, побледнев, охнула, Джеймс притянул ее к себе, ошеломленно уставившись на Альбуса.

- Это… откуда известно?

- Информация не достоверна. Возможно, это так, а, может быть, нас просто хотят дезинформировать и отвлечь внимание от Невилла, например, - спокойно отозвался Дамблдор, пройдясь по комнате. - В любом случае, мы поставим возле вашего дома трех человек, а не двух. На всякий случай.

Директор школы волшебства остановился посреди столовой и вспомнил лицо Северуса Снейпа, так внезапно вызвавшего его на встречу. Мог ли этот парень говорить правду? Шпион Волдеморта, специально посланный к нему, чтобы сбить его с толку? Но не настолько наивен Риддл, чтобы думать, что Дамблдор сейчас же кинется защищать Поттеров, оставив без внимания Лонгботтомов. С другой стороны… Он словно вновь увидел темные глаза Снейпа: в них плескался ужас. Этот парень любил Лили Поттер, сомнений не было, но кто укорит его в том, что Дамблдор решил проверить. Почувствовав постороннего в своей голове, Северус мгновенно выставил блок. Всего на секунду, ибо, осознав, что ищет директор Хогвартса, он сдался и позволил увидеть все - дети на площадке, рыжая девочка с угрюмой сестрой, ссора в купе поезда с двумя задиристыми мальчишками, сдвоенные Зелья и улыбка на лице маленькой Лили, бесконечные унижения от Мародеров, быстрый поцелуй в губы, худощавый юноша смущен, но доволен, а Лили, кажется, понравилось… Прогулки у озера, склоненные макушки в библиотеке… Миллионы коротких воспоминаний мелькали одно за другим перед Дамблдором, точно страницы книги. Только когда он нечаянно коснулся воспоминания о встрече сутулого парня с красивым блондином, в котором без труда узнал Люциуса Малфоя, Снейп вытолкнул его из своей головы.

Но Дамблдор не мог до конца верить информации. Этот же парень полгода назад подслушал их беседу с Треллони. Доверие не получают мгновенно.

- Но как он выбрал? - голос Лили дрожал от едва сдерживаемых слез, возвращая волшебника к действительности.

- Я не знаю, ему неизвестно ничего ни о вас, ни о Лонгботтомах. Ему известна только часть пророчества. Если попытаться мыслить как Том, то, вероятно, он планирует избавиться от обоих мальчиков.

- Альбус! - Джеймс с укором посмотрел на рассуждающего старика. Тот слабо улыбнулся.

- Сегодня Сочельник. Давайте на этот вечер забудем о наших тревогах. Я должен был сказать об этом вам, надеюсь, вы меня простите…

…Питер медленно отошел от двери, теребя в руках обрывок ленты, которой был связан его подарок. Вышитый жилет от Лили, как мило… Мир катился ко всем чертям. Даже всемогущий директор Хогвартса, очевидно, спятил, раз верит в то, что один из этих младенцев, сопящих сейчас в люльке, способен одолеть темного мага, равных которому не было из живущих ныне. Почему он не вступает сам с ним в открытую схватку? В Ордене говорят что-то о том, что Лорд боится Дамблдора, но Питу все чаще в последнее время стало казаться, что это Дамблдор боится Темного Лорда.

Петтигрю не верил в пророчество. Может быть, не имей он возможности видеть этих мальчиков так близко, не убедись он, что ничем особенным ни тот, ни другой не отличаются, все было бы иначе. Но он видел и знал: пророчество - это бред. Кто знает, может быть, Дамблдор вообще его придумал, чтобы вселить надежду в Орден, который терпел поражение за поражением или же чтобы вселить неуверенность в Темного Лорда, кто знает? Но что же делать ему, Питеру? Он никогда не был столь силен в магии, как Сириус и Джеймс. И Ремус - ведь отправил его директор на это сверхважное задание. Они во всех схватках защищали его, Питера, а что будет, если вдруг заклятием сразит того и другого? Он никогда не выживет в этой войне…