Белые крысы (СИ) - Анастасия Рул

на нее взгляд, как он уже все понял. Все ее чувства читались на ее лице как в открытой книге.

Они вошли в квартиру.

— Шум стоит только в комнате? — спросил Гора, входя в спальню.

Кристина пару минут молчала, соображая, о чем он вообще спрашивает. С трудом, но она все-таки вспомнила, по какой причине здесь Гора.

— Да, — выдавила она, потрясенная тем фактом, что совершенно забыла о шуме. — Скоро должен начаться.

— В двенадцать, — уточнил Гора.

Кинув быстрый взгляд на настенные часы, он подошел к тумбочке и поднял лежащую на ней книгу "Ужас Данвича". Затем положил ее обратно, посмотрел в сторону компьютера.

— Компьютер больше не включался?

Тина покачала головой. Она подошла к заправленной кровати и села на покрывало. Сложив ногу на ногу, девушка улыбнулась. Внутри родных стен учащенный стук сердца начал сбавлять темп.

Гора нетерпеливо прошелся по комнате, затем развернул широкое кресло от стола к девушке. Мужчина сел в него, широко раздвинув ноги. Пару минут внимательно разглядывал ее, затем спросил:

— Почему ты до сих пор одна? Ни детей, ни мужа? Когда у тебя в последний раз был секс?

Кристина вновь вспыхнула от его откровенных вопросов. Она затянулась с ответом, и Гора быстро сказал:

— Не хочешь, не отвечай.

— Да нет, — смущенно ответила она. — Долго объяснять, почему одна. А на счет секса, у меня практически вторая девственность. Года три назад, примерно.

Глаза у Горы расширились от ее ответа.

— Так долго? — изумился он.

— Ну да.

— Почему?

— Пусть это останется моим секретом, хорошо?

— Понял.

— А что насчет тебя? — помедлив, спросила она.

— Я сейчас свободен, — быстро ответил он. — В активном поиске. Был женат. Вдовец. У меня есть ребенок, двенадцать лет, мальчик.

Теперь пришла очередь Кристины удивляться.

— А что с женой случилось? — осторожно спросила она.

— Умерла от рака еще восемь лет назад, — ответил он. — Я воспитываю ребенка сам, сейчас он в Англии, с моей тещей. Обычно я живу с ними, но довольно часто уезжаю по командировкам.

Кристина глубоко втянула воздух в грудь. Теперь становится понятным, почему у него всегда такой бегающий взгляд. Он пережил трагедию, любимая женщина ушла от него в самом расцвете сил. И оставила его с маленьким ребенком на руках. Сердце девушки наполнилось одновременно жалостью и ревностью. Ей трудно будет бороться с призраком. Особенно когда его жена осталась в его памяти молодой и красивой, а сама она скоро начнет стареть. Тем более, когда остался от нее ребенок. Будет ли долгосрочным их роман?

— А ребенок на кого похож? — ласково спросила она, надеясь на лучшее.

Но ответ почти убил ее:

— На маму. Копия мамы.

— Бедный ты, — вырвалось из нее. — Мне тебя жаль.

— Не смей! — вскрикнул он. — Не смей мне этого говорить! Никогда больше!

Он вскочил с кресла, взмахнув руками. Тина ошарашено смотрела на его лицо — по нему текли слезы. Но прежде, чем она успела что-то ответить, часы пробили полночь.

Едва все три стрелки слились в единое целое, как внутри стен началось движение. Кто-то громко и одновременно со всех сторон начал грызть бетон.

— Хрысь-хрысь-хрысь — пронеслось по комнате.

Слева. Справа. За спиной. Прямо. Хрысь-хрысь-хрысь, тук-тук-тук, скрип-скрип-скрип.

Тина побледнела и шепотом спросила у Горы:

— Ты слышишь?

Мужчина с недоумением взглянул на нее.

— Слышу что? — переспросил он, медленно опуская руки.

— ЭТО! Скрип внутри стен, — хриплым шепотом сказала она, бледная, как известь.

Гора склонил голову к плечу, прислушался.

— Я ничего не слышу, — ответил он ей.

Его ответ убил девушку наповал.

— Ты не слышишь? — переспросила она.

— Нет, — качнул он головой. — В комнате тишина.

— Как же это? — жалобно пропищала Тина. — Ну, вот же! Сейчас грызет кто-то справа. Теперь слева. Слышишь?

Гора покачал головой, внимательно прислушиваясь.

— Тина, в комнате тихо. Нет никакого постороннего шума.

Девушка подавленно замолчала. Затем подняла ноги с пола и прижала колени к себе, сжавшись в комочек. Она отчетливо слышала шум со всех сторон. Сбылись ее самые худшие опасения, это поскребывание слышала только она одна.

Гора молча наблюдал за ней. Затем вынул из кармана ай-фон, подключил к нему наушники и включил радио. Он подошел к девушке и протянул ай-фон ей.

— Возьми, — сказал он в ответ на отчаянный взгляд Тины. — Попробуй с наушниками.

Дрожащими руками девушка взяла телефон из его рук. Она послушно воткнула наушники в уши, и… шум смолк. В голову ей вторглась песня поп-группы Градусов.

— "Я держу себя в руках, я с опытом", — запело в голове.

Шума больше не было слышно.

— Ну как? — громко спросил Гора. — Теперь слышишь шум?

Тина вынула наушники из ушей — скрипение внутри стен вернулось.

— В наушниках не слышу, — сообщила она, слабо улыбнувшись.

Гора присел на кровать рядом с ней и обнял ее.

— Тина, в комнате тихо, — шепнул он ей на ухо.

Хрысь-хрысь-хрысь, тук-тук-тук, хрысь-хрысь…

— Здесь никого нет, — продолжал он.

Хрысь-хрысь-хрысь…

— Я сошла с ума, — шепотом сказала Тина. — Гора, я слышу шум со всех сторон. Это лечится?

— У Джона здесь есть знакомый психотерапевт, — нерешительно сказал Гора. — Давай завтра поговорим об этом. Мы тебе обязательно поможем. Этот шум… его на самом деле нет. Тебе он лишь кажется…

Тина заплакала. Обнявшись, они просидели так в течении часа. Гора не переставал твердить, как заведенный, что вокруг стоит тишина. Тина плакала. Потом, когда слезы кончились, она уткнулась носом в его грудь, а он ласково гладил ее по голове.

Тихое безумие Тины прекратилось в час ночи. Стук и скрип прекратились. Едва в комнате наступила благословенная тишина, как девушка отстранилась от Горы.

— Твоя футболка вся в моих слезах, — тихо сказала она. — Шум исчез, Гора.

Мужчина вместо ответа привлек к себе девушку и нежно поцеловал в губы. Он медленно опустил ее на кровать.

— Ты не против? — хрипло спросил он, нависая над ней.

От слез глаза Тины блестели, печать покорности и слабости осела на лице, делая его невероятно сексуальным и беззащитным. Девушка слабо кивнула головой. Откажи она ему сейчас, вряд ли бы он смог сдержаться. Все женское тело буквально молило о спасении, ни один здоровый мужчина не устоял бы.

Правая рука Горы проникла под сарафан, сжала грудь девушки. Она была без лифчика. От прикосновения жестких мужских пальцев к нежной коже у Тины проснулось нечто животное, древнее, как мир. По ней прошла первая волна удовольствия, и она выгнулась навстречу другому телу.

Гора встал, быстро скинул с себя футболку, стянул шорты вместе с трусами. Он был возбужден, его член стал больше ладони девушки, твердый, с вздувшимися венами. Тина