Медсестра для бывшего. Ты меня (не) вспомнишь (СИ) - Варшевская Анна

Вылетаю из машины и бегу в приёмный. Мне нечеловечески везёт! Почти сразу наталкиваюсь на знакомого невролога, курящего в тупике за крылечком вместе с медбратом Сашей.

– Олег Алексеевич, помогите, пожалуйста! – подлетаю к ним. – Саш, и ты тоже!

– Чего случилось, Надь? – Саша реагирует первым.

– Мужчина, тридцать два года, цефалгия, сильный приступ, не инсульт, во всяком случае первая проверка признаков не дала, – тараторю, и коллеги, не раздумывая, бегут к машине.

Пока Володе помогают выйти, я расплачиваюсь с таксистом, забираю рюкзак и свою сумку.

– Документы у вас при себе? – спрашивает молоденькая медсестра приёмного, пока Олег Алексеевич уже начинает осмотр.

– Нет, – хрипло отвечает мужчина.

– Владимир, – зову его тихонько, он приоткрывает глаза, но тут же закрывает, – может быть, они здесь? – приподнимаю его рюкзак.

– Посмотри во внутреннем кармане, – отзывается с трудом.

Лезть в чужую сумку немного неловко, но раз он сам попросил… Рюкзак забит, сначала приходится вытянуть прозрачный пакет с, похоже, форменным кителем. Там же вижу лежащие отдельно погоны и шевроны. Наверное, новую форму получил. Достаю паспорт, протягиваю его медсестре, которая тут же начинает заполнять бумаги.

А вот невролог хмурится, глядя на военную форму.

– Так, Владимир… Святославич, – глядит краем глаза в документы, – придётся вам задержаться у нас немного.

– Боль уже почти прошла, – Володя, наконец, открывает глаза, но, по-моему, всем очевидно, что он нагло врёт.

– Рад за вас, – сухо кивает Олег Алексеевич. – Но в любом случае нужно немного подождать.

Оставляет поморщившегося мужчину и отходит ко мне.

– Надь, – обращается вполголоса, – с ним совершенно точно будут проблемы.

– Знаю, – сообщаю устало. – Извините.

– Да ладно, чего уж. Сейчас немного подержим его, а там видно будет, – невролог смотрит внимательно. – Тебе надо куда-нибудь? Сейчас нет смысла тут торчать.

– У меня суточное завтра, – вспоминаю про работу.

– Ну и езжай домой, отоспись, – кивает Олег Алексеевич. – Завтра с утра заглянешь. Саш, – обращается к медбрату, – проводи пока пациента в смотровую, пусть там посидит, я сейчас подойду. Надо ещё будет…

Тут в приёмное заходит бригада скорой, врачи отвлекаются. Я не успеваю сориентироваться, как Саша уже помогает Володе подняться, и они оба уходят.

Вздохнув, приглаживаю растрепавшиеся волосы. Надо и правда поехать домой, иначе завтра я буду никакая. Оглядываюсь и замечаю, что пакет с формой так и остался лежать на кушетке. Никто не обратил внимания в суете. Подхватываю вещи. Всё равно через два дня поеду к Виолетте, завезу.

Надо, кстати, позвонить ей.

– Надя! – женщина отвечает почти сразу же. – Как он?

– Не переживайте, Виолетта Валерьевна, Владимира пока оставляют под наблюдением, – говорю терпеливо. – Может быть, ему придётся побыть в больнице несколько дней.

Если он, конечно, не сбежит, договариваю про себя. Такие строптивые пациенты – головная боль всех врачей.

– Наденька, – зовёт меня Виолетта, и я впадаю в ступор от дрожи в её голосе, – пожалуйста, может быть, ты приедешь завтра? Мне не по себе…

– Завтра, к сожалению, никак не смогу, Виолетта Валерьевна, – стараюсь отвечать мягко. – У меня суточное дежурство, я освобожусь со смены только послезавтра утром…

– Может тогда после суточного?

– Я ведь буду без сил, и… – отвечаю нервничающей женщине.

– Ничего, отдохнёшь здесь, в гостевой комнате, – у Виолетты, видимо, получается немного прийти в себя, голос уже поувереннее. – Пожалуйста, Надя?

– Хорошо, – проглатываю вздох. – Ладно, я приеду.

Домой добираюсь быстро и, наскоро ответив на мамины вопросы и отказавшись ужинать, падаю спать.

А на следующий день меня ждёт «сюрприз».

Глава 10

– Мам, я после суточного поеду сразу к своей пациентке, где компаньонкой подрабатываю, помнишь? – торопливо собираюсь утром, хочу приехать на работу пораньше, чтобы забежать в неврологию сначала.

– Надя! – мама всплёскивает руками. – Дочка, ну нельзя же так! Всех денег не заработаешь, ты ведь загонишь себя при таком графике!

– Там форс-мажор, я обещала помочь, мам, ей и правда тяжело, – свожу брови, кидаю на себя последний взгляд в зеркало.

По-моему, я похудела? Хотя неудивительно, с таким стрессом в последние дни. И… не могу не переживать, как там Володя. Что-то странное с этим его приступом, и с тем, какие слова его спровоцировали. Потому что, поразмыслив обо всём, я понимаю, что именно моя случайно брошенная фраза стала своеобразным «триггером». Так что же произошло?..

– В общем, мамуль, ты не переживай, повторяться это не будет, – посылаю ей воздушный поцелуй и тороплюсь на выход. – Надеюсь… – бурчу себе под нос, когда мама, укоризненно покачав головой, закрывает за мной дверь.

В больнице всё как всегда. Быстро прохожу в раздевалку, переоблачаюсь в рабочий костюм и, не поднимаясь в хирургию, торопливо иду внутренними переходами в неврологическое отделение.

– Привет! Олег Алексеевич на месте? – спрашиваю у шапочно знакомой медсестры.

– Привет, нет, вроде бы, ещё не пришёл, – та уносится по своим делам, и тут я замечаю Сашу.

– Саш! – машу ему рукой.

– Надь, устал, как собака, – мужчина качает головой, – что-то срочное?

– Не знаешь, как дела у Владимира? Ну, мужчины, которого я привезла, – поясняю, видя, что медбрат с трудом соображает.

– А-а, этот, так забрали его, – зевает, прикрывая рот ладонью.

– Куда забрали?! – вздрагиваю, по спине ползёт холодок.

– Вроде в другую больницу, Надь, спроси у врача, я не очень в курсе, – он кивает. – Пойду я, а то сплю на ходу.

– Счастливо, – отзываюсь растерянно.

Вот же чёрт! Ничего не понимаю! И невролога дожидаться времени нет, у меня уже тоже через десять минут смена начинается, да и на ежедневную пятиминутку успеть надо.

Поколебавшись, всё-таки бегу к себе. Постараюсь днём поймать Олега Алексеевича.

Удаётся мне это даже не днём, а уже вечером – дел выше крыши, отвлечься не получается и на десять минут. Хорошо, успеваю увидеться с неврологом до того, как он уходит с работы, вот только ничем особым разговор не радует. Когда задаю врачу вопрос насчёт Владимира, он смотрит на меня хмуро.

– Надь, слушай, с этими товарищами связываться – проблем не оберёшься. Я ещё когда форму среди его вещей увидел, сразу задумался. Позвонил кое-куда, ну и за ним буквально через пару часов приехали, забрали в ведомственную больницу. И к лучшему, – Олег Алексеевич параллельно заполняет очередной документ. – Там его лечили, история болезни вся у них, вот пусть сами собирают анамнез и решают, что с ним.

– А что с ним? – почему-то испуганно спрашиваю у врача.

– Да ничего, – он пожимает плечами, – что я тебе скажу без обследования, анализов и прочего? По симптоматике больше всего напоминает сосудистые нарушения. По силе приступа можно было бы предположить кластерные боли, но в процентном соотношении они так редко встречаются… да и не серия у него вроде была. Хотя может, конечно, первый эпизод, по возрасту подходит, – невролог откладывает заполненный документ, задумчиво постукивает ручкой по столу. – По голове его недавно не били, ну, или он отказался рассказывать. Ты случайно не в курсе?

– Да откуда ж мне знать, – устало качаю головой. – Спасибо, Олег Алексеевич.

– Да не за что, – невролог придвигает к себе следующую историю болезни и опять погружается в писанину.

Выхожу из кабинета задумчивая и не сразу вспоминаю, что собиралась позвонить Виолетте. Может, сын связался с ней сам, и мне не придётся к ней ехать? До конца смены ещё больше двенадцати часов, а я уже вымоталась. Ещё и телефон начал глючить после вчерашнего падения. Но всё же набираю номер Виолетты и слушаю гудки.

– Да? – голос вроде бодрый.

– Здравствуйте, Виолетта Валерьевна, – начинаю, но меня тут же перебивают.