Его плохая малышка (ЛП) - Мэдисон Фэй

Стону, пальцами скольжу по клитору, пока Кристиан сильными руками держит меня за трусики и волосы, а языком кружит над моим анальным отверстием. Он двигается быстрее, сильнее вдавливая свой язык, и вот я чувствую, как он медленно начинает раздвигать меня. Теряюсь, всхлипываю и кричу, царапая боковое окно, когда он начинает трахать языком мою попку, в то время как я пальцами натираю клитор. Он рычит, одной рукой туго стягивает трусики вокруг ног, а другой крепко сжимает волосы. Власть, которую он имеет надо мной, заставляет меня рухнуть в бездну, и, подчиняясь этому великолепному, сильному, требовательному мужчине, я теряю контроль.

Громко кричу, когда оргазм пронзает меня насквозь, его язык проникает глубоко внутрь, а кулак сжимает мои волосы настолько, что посылает импульс прямо в моё лоно. Хватаю ртом воздух, все тело дрожит, когда я выгибаю спину и прижимаюсь к нему, желая всего этого и мечтая о большем, пока задыхаюсь в безумном наслаждении.

Внезапно на стоянку в дальнем конце въезжает еще одна машина. Задыхаясь, я подпрыгиваю, как будто меня только что коснулись проводом под напряжением, и поворачиваюсь к нему лицом. Кристиан смотрит на другую машину, его челюсть плотно сжата. Я проскальзываю на свое место, натягивая стринги, и разглаживаю юбку. Щеки горят ярким румянцем, и я едва могу заставить свое сердце замедлиться достаточно, чтобы дышать.

Машина останавливается довольно далеко от нас, и мы молча наблюдаем, как кучка студентов колледжа выходит из неё и, пиная футбольный мяч между собой, направляется в парк.

— Нам пора ехать, — рычит Кристиан. Он поворачивается ко мне, и, когда эти глаза пронзают меня насквозь, я таю. Он улыбается, по-хозяйски обнимает мое колено рукой, заводит машину, и мы выезжаем со стоянки.

— Пола и Кэрри нет дома.

Слова слетают с моих губ прежде, чем успеваю их остановить, и тут же я чувствую себя глупо. В том смысле, что сейчас светло. Уже полдень. Этот район просто кишит людьми. Я съеживаюсь и быстро хватаюсь за ручку на двери машины, но он своей рукой останавливает меня.

— Стой.

Я сглатываю и тяжело вздыхаю.

— Посмотри на меня, принцесса.

Закусываю нижнюю губу и поворачиваюсь к нему лицом. Его глаза полны чего-то свирепого, и они крепко держат меня своим пристальным взглядом, когда он берет мою руку.

— Только не так, — тихо говорит он.

— Почему нет? — выдыхаю я.

— Потому что я не смогу быстро покинуть твой дом, — говорит он с улыбкой, и прежде чем успеваю что-то сказать, притягивает меня к себе и целует. Я стону в его губы, теряя себя в поцелуе и в нем, пока мир кружится вокруг меня.

— Я не уйду, и тогда люди действительно начнут болтать, — говорит он с легким смешком.

— Мне плевать на них, — задыхаясь, говорю я и снова впиваюсь в его губы. Он продолжает целовать меня, крепко прижимая к себе, прежде чем отстраниться.

— Мне тоже на них наплевать, но сейчас я просто высаживаю ученика после школы. После того, как припаркую свою машину на вашей подъездной дорожке и исчезну в вашем доме на несколько часов, где проведу остаток вечера, лаская языком каждый дюйм твоего тела, прежде чем заявить на тебя права, люди начнут сплетничать.

Я покраснела, и он подмигнул мне.

— Мне бы хотелось задержаться на своей работе дольше, чем на два месяца. И я не возражал бы, если бы жители Уэст-Хейвена не вздернули меня на дереве.

Я смеюсь.

— Они бы этого не сделали, потому что слишком слабы для этого.

Он смеется и притягивает меня к себе, снова целуя.

— Как ты обычно добираешься до школы по утрам?

Я пожимаю плечами.

— Автобусом? Или пешком?

Он отрицательно качает головой.

— Завтра у тебя будет водитель.

Я прикусываю губу и краснею.

— Мне бы этого хотелось.

Многого.

Кристиан кивает, не сводя с меня глаз.

— Сегодня не конец, принцесса, — тихо говорит он, крепко сжимая мою руку. — Поверь мне, это только начало.

Он целует меня еще раз и на этот раз так сильно, яростно и страстно, что я задыхаюсь и тяжело дышу, когда он наконец отрывается от моих разбитых губ.

— Я прихожу в школу раньше тебя, — тихо ворчит он. — Так что будь готова к утру.

Я киваю, с трепетом поворачиваюсь и открываю дверь машины.

— Подожди.

От его низкого властного голоса меня пробирают мурашки возбуждения, заставляя пульс мгновенно участиться, и я, задрожав всем телом, оборачиваюсь.

— Сними трусики.

Я выгнула бровь, но пристальный полыхающий взгляд Кристиана лишь потемнел.

— Сними. Их. Быстро, — рычит он с еще большей требовательностью в голосе. Чувствую, как тихо задыхаюсь, все тело покалывает, когда кивнув, я делаю то, что мне говорят. Лезу под юбку и стягиваю мокрые и липкие черные стринги, снимая их сначала с одной, а потом со второй лодыжки, прежде чем скомкать в руках. Прикусываю губу, чувствуя себя еще более грязной сейчас, сидя в машине этого взрослого мужчины без белья, прямо на его кожаных сиденьях.

Кристиан протягивает руку, не отводя от меня взгляда.

— Отдай их мне.

Задохнувшись, свожу бедра вместе. Я все еще такая чертовски мокрая, что уверена, оставляю грязный мокрый след на его автокресле. Медленно кивая, отдаю ему то, что он просит. Стиснув зубы, Кристиан сжимает в кулак кружевные черные стринги. Он рычит себе под нос, поднося их к лицу, кровь стучит у меня в ушах, и я смотрю широко раскрытыми глазами, как он делает глубокий вдох.

— Дьявол, малышка, — стонет он, все его тело напрягается, а глаза сверкают огнем. — Твое дерзкое, аппетитное маленькое влагалище — это единственное, что я хочу чувствовать вечно.

Румянец заливает каждый дюйм и уголок моего тела, пока кожа не начинает покалывать, в ушах звенит, а кожаное сиденье подо мной не становится скользким.

— Теперь они мои, — рычит Кристиан, крепче сжимая мои трусики. — Точно так же, как каждый дюйм твоего гладкого и сладкого девичьего лона будет моим. Как и твоя тугая, непослушная маленькая задница станет моей.

Я кусаю губу, воздух застревает в горле, когда чистая потребность в этом властном, грязном, великолепном взрослом мужчине угрожает разорвать меня на части.

— До завтра, мисс Кенсингтон, — мурлычет он с дразнящей улыбкой на губах

— О, и Темпест?

Я молчу, дрожа от того, что мое имя слетело с его губ.

— Я хочу, чтобы ты сегодня приласкала свое голодное маленькое влагалище. Хочу, чтобы ты почувствовала, насколько влажная для меня. Хочу, чтобы знала, как сильно мне хочется лизать, пробовать на вкус и заявлять, что ты принадлежишь мне, когда я широко растягиваю твое лоно своим членом.

Я громко всхлипываю.

— Однако, принцесса? — Он лукаво улыбается, выгибая бровь таким великолепным образом, что я таю от любви к нему.

— Не смей кончать. Я хочу, чтобы ты трогала себя до тех пор, пока в силах это терпеть, но потом хочу, чтобы ты подождала. Хочу, чтобы завтра утром ты текла для меня. Потому что с этого момента... — стонет он, придвинувшись ближе и обхватив мой подбородок рукой. Целует меня так, словно мои губы принадлежат ему, я понимаю, что потерялась. — Отныне только я заставляю тебя кончать. Ты понимаешь?

Я едва могу выдохнуть «да, сэр», когда от его грязных слов словно растекаюсь лужицей на его автомобильном сиденье.

— Умница.

Глава 8

Кристиан

Она ждет на заднем крыльце своего дома, когда подъезжаю к ней на следующее утро. Я стону про себя, член пульсирует в брюках, когда смотрю на неуместное, едва законное искушение, олицетворенное скачками вниз по ступенькам и прыжком к моей машине. Гольфы до колен. Плиссированная клетчатая юбка, белая блузка. И, черт возьми, ее длинные светлые волосы заплетены в чертовы косички.

— Привет!

Она улыбается, когда садится на пассажирское сиденье, ее лицо румяное и оживленное. Моя кровь бурлит, когда обнимаю ее, наблюдаю, как она закрывает дверь и тянется за ремнем безопасности, все это время просто болтая со мной о чем-то, что она прочитала накануне вечером о погоде.