Лиза Смит - Возвращение: Наступление ночи (пер. Lidenn Husid)

– Елена, моя прекрасная маленькая любимая… – Он все еще был достаточно близок с ней ментально и поэтому мог сказать телепатически. – Вести себя так будто я люблю тебя? – В то время как его пальцы поглаживали, касались и запутывались в ее волосах, руки Елены были заняты. Она передавала ему вытянутый из-под своей одежды сосуд полный вина Черная Магия.

– Но где ты это взяла? – прошептал Стефан ошеломленно.

– В волшебном доме есть все. Я ждала случая, чтобы передать тебе это, если ты в нем нуждаешься.

– Елена…

– Что?

Казалось, Стефан борется с чем-то. Наконец, опустив глаза в пол, он прошептал.

– Так не пойдет. Я не могу рисковать, тебя убьют, ради невозможности. Забудь меня.

– Можешь поместить лицо между прутьев?

Он посмотрел на нее, но, не задавая вопросов, повиновался.

Она дала ему пощечину.

Не слишком сильную, хотя рука Елены пострадала от столкновения с металлом по обе стороны его лица.

– Теперь стыдись! – И прежде чем он успел произнести хоть что-то, сказала: Слушай!

Но вдруг раздался лай собак, вдалеке, но приближаясь.

– Это за тобой! – произнес Стефан, внезапно неистово. – Ты должна уходить!

Но она только продолжала на него смотреть!

– Я люблю тебя, Стефан

– И я люблю тебя, Елена. Навсегда.

– И…я сожалею. – Она не могла уйти, в этом была вся проблема. Также как и Кэролайн, которая все говорила и говорила тогда и не могла уйти из комнаты Стефана, она могла стоять здесь и говорить. Но она должна была уйти.

– Елена! Ты должна! Я не хочу, чтобы ты видела, что они сделают.

– Я убью их!

– Ты не убийца. Ты не боец, Елена. И ты не должна видеть это. Пожалуйста? Помнишь, однажды ты спросила меня, хочу ли я узнать сколько раз ты могла бы заставить меня произнести «пожалуйста»? что ж… сейчас тысячи и тысячи раз. Пожалуйста? Ради меня? Ты уйдешь?

– Еще один поцелуй! – ее сердце билось, словно безумная птица, запертая в груди.

– Пожалуйста!

Ничего не видя из-за слез, она повернулась, отпуская прутья решетчатой двери камеры.

– В любом месте вне церемонии, где никто не увидит меня! – Резко выдохнула Елена, рванула дверь в коридор на себя и переступила через порог.

По крайней мере, она увидела Стефана. Но как долго это продлиться, прежде чем ее сердце вновь будет разбито.

– О, Боже, я падаю… – она не знала.

Елена осознала, что находится-таки вне пансиона, – по крайней мере, восьмидесятью футами выше, – и стремительно падает вниз. Ее первое, паническое умозаключение было, что она сейчас умрет, а затем ее инстинкт сделал свое, и Елена раскинула руки с раскрытыми ладонями и брыкнула ногами и стопами, сумев таким образом притормозить свое падение после двадцати жутчайших футов.

Я потеряла свои летающие крылья навсегда, так ведь? – думала она, сконцентрировав свое внимание на месте между лопатками. Она лишь знала, где они должны быть. Вот только ничего не произошло.

Однако, ей удалось зацепиться за ветки высокого дерева. И теперь она осторожно и потихоньку начала прокладывать путь ближе к его стволу, задерживаясь только чтобы перебраться на ветку повыше. Найдя место, где она смогла бы сидеть бочком откинувшись назад, девушка удобно расположилась в нем.

Елена убедилась, что может достаточно хорошо рассмотреть вдовью площадку находящуюся практически под ней. И чем дольше она смотрела на какой-либо конкретный предмет, тем лучше она его видела. Преимущество зрения вампира, подумала она. Это доказало девушке, что она Меняется. Или же… да, каким-то образом ночное небо становилось светлее.

И то, что ей открылось, было темным и пустым пансионом, что вызывало тревогу, из-за того, что отец Кэролайн говорил о «собрании». А так же, из-за того что она телепатически узнала от Деймона на счет планов Шиничи в эту ночь «Moonspire» перед летним солнцестоянием. Могло это не быть реальным пансионом вообще, но другой ловушкой?

– Мы сделали это! – Закричала Бонни, едва они приблизились к дому. Она знала, что ее голос был пронзителен, и даже более того. Но вид ярко освещенного пансиона, словно рождественская елка со звездой на макушке, каким-то образом успокоил ее. Даже если она понимала, что это не правильно, она чувствовала, что может кричать с облегчением.

– Да, мы сделали это. – Раздался глубокий голос доктора Альперт. – Все мы. Но Изабелл больше всех нуждается в лечение, причем немедленном. Сеофилия, вот возьми твои снадобья. И да, кто-то должен помочь Изабелл принять ванну.

– Я сделаю это, – произнесла Бонни дрожащим голосом, после краткого колебания. – Она ведь все еще под транквилизатором, да? Правильно?

– Я пойду с Изабелл, – сказал Мэтт. – Бонни, ты пойдешь с миссис Флауэрс и поможешь ей. И прежде чем мы войдем, я хочу чтобы все поняли одну вещь: никто никуда не ходит один. Передвигаемся по двое по трое. – В его голосе можно было услышать нотки властности.

– Имеет смысл, – сказала Мередит сухо и встала рядом с доктором. – Ты бы был осторожнее, Мэтт. Изабелл наиболее опасна.

В это время, высокие тонкие голоса зазвучали снаружи дома. Звучало так, словно две-три маленькие девочки пели.

– Иса-чан, Иса-чан, пила свой чай и ела свою бабушку. – Пищали они.

– Тами? Тами Брайс? – Требовательно спросила Мередит, открывая дверь, в то время как напевание началось вновь. Она бросилась вперед, потом схватила доктора за руку и протащила ее за собой, вперед.

И да, Бонни, увидела там три маленькие фигуры, одна в пижаме, и две в ночных рубашках. Это были Тами Брайс и Кристин Дунстан и Эйва Зарински. Эйве было всего около одиннадцати, думала Бонни, и она не жила рядом с Тами или Кристин. Все трое пронзительно хихикали. Потом снова начали петь, и Мэтт пошел следом за Кристин.

– Помогите мне! – Закричала Бонни. Она внезапно повисла на брыкающейся лошади, которая билась во все стороны. Казалось, Изабелл сошла с ума, и она становилась все безумнее с каждым повтором песенки.

– Держу, – сказал Мэтт, пытаясь удержать ее медвежьей хваткой, но даже они вдвоем не могли справиться с девушкой.

– Я дам ей другое успокоительное, – сказала доктор Альперт. И Бонни заметила как Мэтт и Мередит обменялись взглядами – подозрительными взглядами.

– Нет-нет, позвольте миссис Флауерс что-нибудь сделать. – Отчаянно произнесла Бонни, но игла шприца для подкожных инъекций была уже почти в руке Изабелл.

– Вы не дадите ей ничего. – Решительно произнесла Мередит, отбросив шутки в сторону, и одним ударом послала шприц в полет.

– Мередит! Что с тобой не так? – Закричала доктор, сжимая свое запястье.