Лора Андерсен - Тина ван Лигалон

— Протест, — вмешался Шон ван Берри. — Вы что, хотите, чтобы моя клиентка сама выносила себе обвинения?

— Нет, я хотел бы услышать ее честное мнение.

— Вы можете не отвечать, Тина.

— Я отвечу, Шон. Я не считаю, что наш разговор мог повлиять на его решение. Вообще не понимаю, почему и как такой человек, как Марсель, сделал подобную глупость.

— Странно. Конечно, ваш опыт Вард-Хирургии не такой большой…

Тина подумала внутри блоков, какое счастье, что следователь не знает о ее настоящем опыте!

— Тем не менее, — продолжал следователь, — вы не могли не заметить реакции Марселя, если после вашего разговора у него была психотравма!

— Мой опыт может быть и небольшой. Но для психотравмы должна быть другая причина. До этого разговора, мы долго не встречались с Марселем. И у него не могло быть никаких иллюзий по поводу наших отношений. Как известно, ожидаемое событие не может вызвать таких серьезных последствий.

— Но, вы не можете отрицать, что ваш разговор не отличался корректностью?

— А откуда вам известно о нашем разговоре? Я не думаю, чтобы он записывался?

— Вы используете результаты зондирования психики Марселя Дени? — уточнил Шон ван Берри.

— Да. У Марселя была психотравма. И существует запись психозондирования.

— И что? — тихо спросила Тина. — Врач считает, что наш разговор мог так повлиять?

— Я хочу узнать, есть ли официальное заключение психо-хирургов, что могли возникнуть такие серьезные последствия? — снова вмешался Шон ван Берри.

— Такого заключения у следствия нет.

— Тогда на каком основании может идти речь о принуждении к самоубийству? — спросил Шон ван Берри.

— На основании того, что у Марселя Дени, по всей видимости, существовала психическая зависимость от Тины ван Гейл. Что делает возможным самоубийство в результате их разговора. Особенно, если вы, — следователь кивнул в сторону Тины, — об этом знали, — он посмотрел на ее помертвевшее лицо.

— Я не знала, — быстро ответила Тина. — Шон. Позови Лиона. Быстро.

Следователь в изумлении смотрел на вскочившего адвоката, пытаясь понять, зачем нужен ребенок, когда, скорее всего, нужно было вызвать врача? А еще через секунду он вздрогнул, потому что кто-то положил руку ему на плечо.

— Расследование закончено, — невозмутимо сказал Дин ван Лейн, возглавлявший сейчас Службу Безопасности Земли.

— На каком основании? — следователь терпеть не мог, когда люди возникали из пустоты и в самое неподходящее время.

— Дело о самоубийстве Марселя Дени передано на рассмотрение Суда Совета Вардов, — мысленно улыбнувшись, сказал Дин ван Лейн.

— Замечательно! — криво усмехнулся следователь. — Будут рассматривать сами себя!

— Марсель Дени не был членом Совета Вардов, — возразил Дин.

— Зато был экспертом Суда. Кто принял решение о переводе дела?

— Советник Аолла ван Вандерлит. Вы можете оспорить ее решение, когда Линган сможет снова исполнять свои обязанности.

— Ну, это понятно! — следователь поднялся и быстро вышел.

Дин медленно опустился в кресло.

— Можете расслабиться, Тина. И если Стайн закажет мне что-нибудь поесть, будет просто замечательно! Я почти сутки не ел.

— Дин, так вы назначены расследовать наше дело? — спросил Шон ван Берри, прикидывая, что из этого следует.

— Я. Но вам нечего бояться. Совет Вардов это дело замнет. Я просмотрел, на самом деле нет никаких оснований для обвинения.

— Этот следователь не остановится.

— Не важно. У него не на что опереться.

— Кто делал зондаж Марселю? — спросила Тина.

— Ваш старый знакомый, Грегор ван Раи.

— Он не скажет ничего, что может мне повредить, — обрадовано сказала Тина.

— Да он и не может ничего сказать. Он не проводил детального обследования, поэтому доказать зависимость невозможно. А раз так, то и вашу причастность к смерти Марселя доказать невозможно. Конечно, будь Марсель жив, у вас бы могли возникнуть проблемы. Но, поскольку дополнительное обследование провести невозможно…

— То и для предъявления обвинения нет оснований, — закончил Шон ван Берри.

Стайн вошел с большим подносом с дымящимся куском мяса и жареной картошкой. Он осторожно поставил тарелки перед Дином.

— Спасибо, Стайн. Ты прекрасно знаешь, что заказать.

— Я работаю у Советника Креила. Должен знать вкусы членов Совета Вардов.

Дин наклонился над тарелкой, а когда поднял глаза, Лион уже сидел рядом с Тиной на полу, обняв ее колени.

— Вы разрешаете мальчику пользоваться Многомерностью? — в мыслях Дина возникло беспокойство.

— Он не спрашивает разрешений. Он просто почувствовал, что мне плохо, — пояснила Тина.

Дин с интересом посмотрел на Лиона: ребенок поднял на него свои совсем недетские глаза, и Дин вздрогнул. Непрерывно звучащая нота органа окутывала все вокруг.

— Какой у вас странный ребенок, Тина. Никогда не видел раньше вашего сына. — Дин аккуратно отрезал кусочек мяса и положил его в рот. — Теперь я понимаю, почему вы его прячете. Шон, вы бы не были так добры, оставить нас одних?

— Если Тина не возражает…

— Идите, Шон. Если вы будете еще нужны, я позвоню, — ответила Тина.

Адвокат поднялся и вышел из комнаты, гадая, о чем таком хотел поговорить Дин с Тиной?

— Твой отец знает, что произошло? — спросил Дин, дождавшись, когда Шон уйдет, и сразу переходя с Тиной на «ты».

— Как я ему скажу? Дочь вернулась с того света?

— Практически весь Совет Вардов в курсе. Какой смысл скрывать? Все равно узнает. До сих пор удивляюсь, что следователь до этого не докопался!

— А как бы он мог «докопаться»? — обеспокоено спросила Тина.

— Просто. Если бы хорошо подумал. Для возникновения психической зависимости ты слишком молода, да и если верить твоим документам, совсем недавно стала телепатом. То есть… не клеится одно с другим. Следователь не мог потребовать твоего психозондирования, а вот до Грегора уже мог бы и добраться. Грегор знает? — скорее утверждая, чем спрашивая, сказал Дин.