Если любишь - солги (СИ) - Калинина Кира Владимировна

Вот что он вложил в меня своим укусом. Эолас-на-фола — тот, кто даёт знания через кровь. Или это пришло из печати? Само, припасённое наперёд прозорливой рукой. А может, всё случилось только что по прямой указке вампира, который сидел сейчас где-то, молодой, неузнанный, и посмеиваясь дёргал за нитки. Отчего бы не дёргать, если его куклы в своей гордыне не пожелали эти нитки отсечь…

— Печать восстановится, — знание пришло ко мне само. Это должно было пугать, но почему-то не пугало. — Использовать её дальше или нет, решайте сами.

Было чувство, что на затылок мне легла невидимая рука. Под её давлением я поднялась из-за стола, взглянула на Октавию: слышит ли? Зрачки мадам Карассис двинулись, следя за мной. Значит, слышит.

— Я хочу обратиться к Малому Совету. Вы ведь можете это устроить, гранд-мажисьен? И пожалуйста, привезите Сиру Синнет и Марти Ри.

Пора было уходить — пока она не очнулась. Но едва мои пальцы коснулись серебряного клюва фламинго на дверце "фантома", тело сковал паралич. Мышцы рук и ног свело так, что из глаз потекли слёзы.

— Я могу остановить твоё сердце, — произнёс за спиной тихий ледяной голос, и в груди стало горячо. — Могу перекрыть тебе дыхание, — глотка отозвалась судорогой, останавливая ток воздуха. — Я могу делать это снова и снова — с тобой и твоим ликантропом…

Секунды шли, горло и грудь распирало, голова горела, в глазах порхали кроваво-чёрные мухи. Вот и всё, пронеслась мысль. Умираю…

— Ты никогда и никому не расскажешь о том, что здесь произошло, — медленно проговорила Октавия Карассис.

Сердце больно дёрнулось и застучало часто-часто, в лёгкие хлынул воздух. Салон "фантома" завертелся перед глазами, я вцепилась в ручку дверцы, за шумом в ушах едва разобрав последние слова:

— Хватит тянуть время. Если не можешь найти источник, ты нам не нужна. Поняла меня? Отвечай!

— Да, гранд-мажисьен, — выдохнула через силу.

Я и так не собиралась говорить кому-то о её фиаско. И рассчитывала указать мажисьерам источник правды.

Но если ей хочется оставить последнее слово за собой, пусть так и будет.

Глава 35. Источник в моей крови

Зал заседаний Малого Совета был невелик и оформлен в лаконичном современном вкусе. Стол светлого дерева в форме подковы, вокруг него лёгкие кресла — хром и белая кожа. Песочно-жёлтые стены с вкраплениями серо-стального, огромные окна и стаи светляков под потолком.

Мы стояли перед столом-подковой вчетвером: я, Фалько, Сира в своих неизменных брюках и мохнатом свитере и Марти на костылях. От предложенного стула он отказался. Отсо остался в приёмной, в зал его не пустили. Это было мелко, и я хотела настоять, но Марти нахмурился и сказал: "Не надо". Храбрый упрямый мальчик.

Всё время после разговора с Октавией Карассис я была спокойна и поражалась своему спокойствию, но сейчас от волнения перехватило горло, и эффектная фраза, с которой я решила начать, прозвучала смазанно, показавшись напыщенной и пустой:

— Мы пришли сказать вам, что настало время перемен.

Они все были здесь — два десятка мажисьеров высшего ранга, мужчины и женщины с утончёнными, одинаково бледными лицами. Вершители судеб, повелители мира, почти божества. На их руках сверкали бриллианты, в их глазах небо мешалось с кровью. Я готовила себя к открытой враждебности, но большинство смотрели выжидательно, некоторые — с любопытством. И только пятеро хранителей печатей во главе стола излучали откровенную неприязнь.

Неожиданно: среди пятерых — только один сопредседатель Совета, гранд-мажисьер Гонорий Элизьерис, такой же седовласый и элегантный, как на газетных фотографиях. Второй, гранд-мажисьер Титаний Лоттиади, сидел сбоку, вместе с рядовыми членами Совета.

Лицо Октавии Карассис было как сундук, запертый на замок, взгляд ничего не выражал. Но думаю, в этот момент она мечтала задушить меня голыми руками.

Заговорила Сира:

— Вы знаете, мы видим будущее. И это будущее нерадостно. "Ночное зеркало" сможет работать от двух источников, проект достигнет цели, и на пару лет людей охватит эйфория. Но дисбаланс, вызванный отсутствием третьего источника, приведёт к разрушению мирового магнетического поля, начнутся энергетические сбои, кристаллы потеряют мощность, ваши собственные силы уменьшатся до критических значений. Возникнут климатические нарушения, участятся стихийные бедствия. Как следствие, экономический кризис, а из-за него — волнения в обществе… Дальше видения становятся нечёткими, но отдельные картины хаоса нам уловить удалось.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Почему вы раньше об этом не сообщали? — резко спросила темноволосая дама в костюме цвета сливок. Я видела её лицо в газетах, но имени не помнила.

— Будущее неопределённо и изменчиво, гранд-мажисьен Галлиарди. Особенно когда речь идёт о многофакторных процессах. Обычно мы отсекаем видения общего плана. Но поскольку впереди глобальные изменения, решено было отступить от этого правила. Мы выявили три наиболее вероятные линии развития событий. Первую я вам уже представила. Эта линия выражена наиболее явно. Вторая линия предполагает отказ от "Ночного зеркала", и она не столь драматична. В близкой перспективе ничего не изменится. Спад будет происходить медленно, постепенно. Ничего не могу сказать об отдалённых последствиях. Но именно этот сценарий подтолкнул вас к принятию проекта "Ночное зеркало", не так ли?

Пятеро во главе стола не шелохнулись, но я кожей ощутила всплеск эмоций. Смятение? Гнев? Раздражение?

— Ваши предсказания недорого стоят, — едко произнёс Юстиний Акторитас. — Вы назвали нам настоящего инвестора, и мы поверили. А теперь выясняется, что фонд "Великий Конструктор" концерна Калле и Лумберга был просто ширмой, и за ним стоял кровосос! Баснословно богатый кровосос.

Крупнейший энергетический концерн континента? Я не удивилась. Разумеется, Магистериум не принял бы деньги от анонима. Это была сказка для простаков, — таких, как я, — глядящих в будущее с восторгом и предвкушением. Мажисьеры в сказки не верили. Они потребовали от видящих раскрыть тайну, но Эолас-на-фола сумел всех обмануть. Как?..

— Как он мог уцелеть? — спросил гранд-мажисьер с левого края стола.

— Вампиры… раннего периода ускользают от нашего внимания, — чувствовалось, что Сира подбирает слова.

— То есть вы утверждаете, что этот кровосос и правда один из первых? — дама в серо-зелёной накидке не скрывала насмешки.

— Я ничего не утверждаю, гранд-мажисьен Эдлисси, — похоже, Сира знала в лицо и по именам всех членов Малого Совета. — Но этот вампир не появлялся в наших видениях никогда. А что касается концерна Калле и Лумберга, то деньги на "Ночное зеркало" поступали именно от него, мы об этом сообщили, а вы убедились в точности наших сведений. Разрешите мне перейти к третьему сценарию будущего.

Сопредседатель Лоттиади сдержанно кивнул, не понимая, что это просто фигура речи. На самом деле Сира никогда не нуждалась в разрешении — его или чьём-то ещё.

— Третий сценарий предполагает, — без малейшей заминки продолжала северянка, — что источник истины будет обнаружен в срок, и запуск "Ночного зеркала" произойдёт по первоначальному плану. Это принесёт триумф. Возникнут некоторые трудности с перестройкой экономики — дешёвые флюиды, кристаллы, ставшие почти вечными, — однако все издержки компенсируется феноменальным ростом и общественным подъёмом. Традиционный способ производства кристаллов сохранится — на всякий случай…

Сидящие за столом испытали явное облегчение, некоторые позволили себе удовлетворённый обмен взглядами. Но я-то знала, что Сира ещё не закончила.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— В разгар этого процесса недовольные оборотни устроят серию крупных террористических актов и диверсий. Заявят о себе сразу несколько подпольных экстремистских организаций. Ключ смелости будет убит, источник потеряет силу…

Несколько человек за столом тихо ахнули. Я скосила глаза на Марти. Его лицо было спокойным и ясным.