Страшный Человек - Caged Hearts

Решив, что можно всё это скомбинировать, я отправился в душ.

Не думаю, что мне нравится ездить в автобусах. На самом деле можно даже принять это за факт. Они сильно раскачиваются, странно пахнут, и ты чувствуешь каждую кочку на дороге. Мне это действительно не нравилось.

К тому же ноги Эми издавали странный лязгающий звук, который привлекал внимание всех пассажиров автобуса. Она опять была в шортиках, но на этот раз она натянула на протезы длинные носки, так что те выглядели вполне нормально. Но время от времени Эми всё равно ловила один-два недоумевающих взгляда, когда её ноги ударялись друг о друга с довольно заметным стуком.

Я взволнованно поёрзал на сидении, и Эми вопросительно вкинула брови. Ей были безразличны взгляды пассажиров, или же она их просто не замечала. Я думаю, за свою жизнь она успела поймать кучу таких взглядов. Со временем девушка, скорее всего, просто перестала обращать на них внимание. Но даже если я сейчас спрошу её об этом, она всё равно не скажет.

А ещё одним фактом являлось то, что беспокоился я не только из-за поездки в автобусе.

Я всё никак не мог свыкнуться с мыслью о том, что Эми, похоже, изо всех сил пыталась одновременно и оттолкнуть меня от себя, и подпустить ближе. Фельдшер сказал, что она мне верит, даже если и не показывает этого. Но вот не знаю, могу ли я верить ему. Он всегда был на стороне Эми, как и я. А если бы меня что-нибудь про неё спросили, то я, скорее всего, постарался ответить бы так, чтобы показать её в хорошем свете. Так что, вероятно, он это и сделал. И всё же, Судзуки-сан так искренне удивился, когда Эми пригласила меня домой… Может, вчерашняя вечерняя беседа и помогла больше, чем я рассчитывал, но я всё равно волновался.

Встреча с родителями — дело серьёзное, не так ли? Не то, чтобы я раньше не виделся с мамой Эми, но тогда это было просто знакомство. И рядом была Рин, одним своим присутствием убивающая всякую официальность. Теперь это будет знакомство в роли парня Эми со всеми вытекающими.

Я чувствовал, как бьётся в груди сердце; отголоски случившегося тем заснеженным утром так давно, будто в другой жизни. С той разницей, что тогда я не знал, что происходило; да и препаратов, чтобы вернуть ситуацию под контроль, у меня не было. Я проделал длинный путь с точки зрения своего здоровья, и во второй раз за сегодня я чувствовал, что смогу жить нормально или по крайней мере настолько нормально, насколько это возможно. Если бы только теперь мне удалось разобраться с отношениями так же хорошо, как и с сердцем, я был бы в прекрасной форме.

— Что ж, вот мы и приехали, — Эми схватила меня за руку, как только мы вышли из автобуса, и без промедления повела меня вниз по улице. — Давай же, до моего дома ещё пара кварталов.

— Что? А, ладно.

Я шёл по улице вслед за Эми, глядя на её уверенную походку. Она задала довольно бодрый темп для простой прогулки. Думаю, она хотела поскорее попасть домой.

— И часто твоя мама устраивает такие званые обеды? — спросил я, мысленно поставив себе в плюс то, что не запыхался от быстрой ходьбы. Это было хорошо.

— Да нет, не слишком часто, — покачала головой спортсменка. — Маме никогда не нравилось изображать из себя хозяйку.

— Правда?

— Да, мой отец подталкивал её к тому, чтобы она больше общалась с людьми.

Эта неожиданная отсылка к её отцу выбила меня из колеи. Судя по лицу Эми, я был не уверен, что она хотела его упоминать. Кажется, я лишь однажды слышал, как она говорила о нём. Единственное, что я помню, — как мама Эми сказала, что его больше нет с ними.

— Да? Так твоя мама предпочитает одиночество? — вопросительно изогнул я бровь, старательно не замечая её оговорки.

Эми засмеялась: то ли от облегчения, что я не спросил её об отце, то ли моё утверждение действительно показалось ей смешным.

— Вовсе нет! Именно благодаря ей я такая общительная, знаешь ли! Просто она предпочитает быть гостьей больше, чем хозяйкой: забот меньше, как она говорит.

— Очевидно, она никогда не ходила на обед к матери своей девушки, — хмыкнул я. Да уж, Хисао, блестяще. Наука этого не одобряет.

Эми опять залилась смехом и с издёвкой проговорила:

— Что, Хисао, волнуешься? А не должен! В этом нет ничего такого! Просто обед в моём доме, вот и всё!

— Да, но ты когда-нибудь приводила домой парня? — с лёгким сомнением в голосе спросил я.

Признаюсь, какая-то моя часть боялась услышать ответ на этот вопрос. Я знал слишком мало про прошлые отношения Эми — я даже не знаю, были ли они вообще. И я не горел особым желанием узнавать о них… только если эта информация не могла помочь мне с Эми сейчас.

— Нет, думаю, что не приводила, — задумалась девушка. — Слушай, а ведь это, наверное, и правда, важная встреча…

— Отлично, теперь я нервничаю в два раза больше.

Хотя, по правде говоря, я был очень рад услышать, что я первый, кто побывает у неё дома. Может быть, в наших отношениях есть всё-таки что-то особенное. Воодушевлённый этими новыми мыслями, я успешно справился с нервами к тому моменту, как Эми постучалась в дверь.

— Эй, мам, открывай! Это мы!

Дверь распахнулась, и за ней мы увидели Ибарадзаки-сан, с улыбкой смотрящую на свою дочь. И улыбка, кстати, очень напоминала улыбку Эми. Ну, или наоборот.

Я никогда к этому не привыкну.

— Знаешь, обычно люди ждут пару минут, прежде чем начинают кричать под дверью, — шутливо выговорила Эми Мейко-сан.

— А большинство матерей сразу здороваются со своими дочерями, вместо того, чтобы сразу же бранить их, — невозмутимо парировала та. Один-один.

— Да, конечно. Добро пожаловать домой, дорогая. Я скучала по тебе.

Мама Эми ласково обняла её, и мы вошли внутрь, и только тогда она, кажется, вспомнила, что я тоже здесь.

— Привет и тебе, Хисао. Как ты? — обратилась ко мне Мейко-сан.

— Всё нормально, спасибо — поклонился я. — Хорошо, что теперь хоть на некоторое время не надо заботиться об успеваемости.

— Ах, да, вы же сдали экзамены, не так ли? — припомнила она. — Это должно быть настоящим облегчением для вас обоих.

— Как гора с плеч, это точно, — подтвердил я.

— У меня тоже! Думаю, вчера ночью я впервые за несколько недель спала спокойно, — добавила чемпионка с едва слышным облегчением в голосе.

Если эта новость и была сюрпризом для мамы Эми, то она этого не показала. И всё же её реакция вызывала интерес.

— Правда? Очень рада слышать это, Эми. Ты же знаешь, что я всегда очень волнуюсь, когда ты так переживаешь по поводу… ну, экзаменов.

Она определённо знала что-то, неизвестное мне; или, скорее, она не знала, что Эми рассказала мне про свои кошмары.