Леди и Орк - Финли Фенн
Он боялся. И сегодня, возможно, Джул взяла эти страхи и окончательно их уничтожила, навсегда.
— Я говорил об этом, немного, — сказал теперь Гримарр, поморщившись. — Когда ты сказала, что осталась бы. Я ответил тогда, что всегда буду с тобой, где бы ты ни была.
Это было правдой, он так говорил, и после всего, что случилось сегодня, Джул могла лишь вздохнуть и положить руки на его дорогое прекрасное лицо, в то время как странное, дрожащее облегчение, казалось, пронеслось сквозь её мысли. В конце концов, Гримарр не предал её смерти по-настоящему. Он не был таким, как её отец, как Астин или Отто. Он никогда, никогда таким не был.
— Я не знал, что из этого выйдет, — тихо продолжил Гримарр. — Не знал, заговорю ли когда-нибудь снова с тобой или нашим сыном, смогу ли уберечь тебя среди всех этих людей, не разрушив мир для моих братьев. Но я желал сделать всё, что в моих силах, чтобы быть рядом с тобой и помочь, чем смогу, если ты всё ещё этого желала.
— Я желала этого, — прошептала Джул, глядя в его глаза. — Спасибо, Гримарр.
Но он резко мотнул головой, его рот сжался.
— Воистину, я подвёл тебя в этом, женщина, — сказал он. — Я всё равно отдал тебя лорду Норру и смотрел, как этот подонок бьёт тебя, пока мы с братьями занимали позиции среди деревьев. И когда ты была с ним в карете, я должен был ворваться и перерезать ему глотку — но Йоарр не позволил, зная, что мы должны ждать. Видишь ли, в нём есть частичка древней магии, он чует такие вещи.
Джул моргнула, осмысливая услышанное, складывая кусочки головоломки.
— Значит, то, что я убью Астина, тоже было частью твоего плана? — осторожно спросила она. — Учитывая всё то время, что мы провели вместе в тренировочном зале, когда ты учил меня сражаться и убивать?
Но Гримарр уставился на Джул одним из своих жутких хмурых взглядов: брови сошлись на переносице, губа презрительно скривилась.
— Ах, нет, — сухо сказал он. — Что же я за слабый орк, раз подвергаю свою пару и сына такой опасности? Не тебе убивать за меня, женщина. Ты должна оставаться в безопасности, подальше от этих глупцов, желающих твоей смерти. А кроме того, ты должна растить моего сына, скакать на моём члене, сосать моё семя и находить покой и цель в своём новом доме. Вот и всё.
Джул не смогла удержаться и закатила глаза, глядя на его хмурое лицо, но всё равно прижалась к нему ближе, в его тёплую, сильную безопасность.
— Какой упрямый орк, — пробормотала она. — Но должна признать, после сегодняшнего дня это звучит весьма заманчиво.
— Хорошо, — сказал он, но это прозвучало рассеянно; его глаза всё ещё искали её взгляд. — Мне жаль, что я не доверял тебе, женщина. Мне жаль, что причинил тебе боль и подвёл тебя.
Джул могла лишь покачать головой, вдыхая его близкий, знакомый, любимый запах.
— Мне тоже следовало доверять тебе, — прошептала она. — Я должна была знать, что ты сохранишь меня в безопасности. Ты всегда это делал.
В её ухе раздалось низкое, протяжное рычание, больше похожее на мурлыканье, приглашающее расслабиться, насладиться этим великолепным моментом — но им нужно было сказать больше, раскрыть последнюю правду между ними, и Джул сделала ободряющий вдох, не отрывая взгляда от его глаз.
— И я должна была поблагодарить тебя, — сказала она. — Давным-давно. В первую очередь за то, что забрал меня от Астина и из того ужасного дома. За то, что спас меня, когда я так отчаянно в этом нуждалась, даже если не могла этого признать или принять. И спасибо тебе, — она тяжело сглотнула, — за то, что дал мне пространство и свободу принять правду о моей прежней жизни и моих прежних убеждениях. Спасибо, что бросил вызов моему невежеству, и сделал это с таким терпением и добротой. Спасибо, что дал мне столько возможностей сделать это место своим домом.
Голова Гримарра склонилась набок, он изучал её, но пока молчал, и Джул набрала в грудь ещё больше воздуха, ещё больше честности.
— Ты такой хороший лорд, Гримарр из клана Аш-Кай, — прошептала она с лёгкой, подрагивающей улыбкой. — Я польщена тем, что ты выбрал меня своей парой. Надеюсь принести тебе много радости и родить столько сыновей, сколько ты пожелаешь.
Его глаза вдруг ярко блеснули, чёрные ресницы сильно замигали по щеке, и без предупреждения он дёрнул её к себе, прижав так крепко, что она едва могла дышать.
— Ах, женщина, — пророкотал он ей на ухо. — Не дразни меня так. Иначе ты народишь мне целый выводок орчат, и твоё чрево больше никогда не будет пустовать.
Голод вспыхнул без предупреждения, такой сильный, что вызвал стон из уст Джул, и в ответ Гримарр отстранился, одарив её медленной, острой, порочной ухмылкой. Её любимой улыбкой, от её любимого орка, и Джул оставалось лишь моргать и улыбаться в ответ — тепло, сквозь слёзы, искренне.
— Мы встретим то, что нас ждёт, вместе, — произнёс Гримарр хриплым голосом, широко и крепко раскинув руки на её спине. — А теперь отдыхай, моя прекрасная, и будь спокойна. Я отнесу тебя домой.
Глава 38
В ту ночь в зале для сборов, перед огромным, потрескивающим, пылающим огнём, орки устроили пиршество, подобного которому Джул не видела за всю свою жизнь.
Оно изобиловало элем, едой, криками, музыкой и танцами, и сотнями орков — некоторых она знала, другие были совершенно незнакомы. Казалось, все двигались и говорили одновременно, били в барабаны, играли в игры, затевали драки и выкрикивали поздравления вперемешку с сальными шутками, пока Джул и Гримарр пробирались сквозь толпу.
Там также было поразительное количество обнажённых тел и непотребств, происходящих на диванах, сдвинутых в центр огромного зала, чтобы любой желающий орк мог понаблюдать или присоединиться. Джул узнала Нарфи, маленького орка с кухни: он скакал на шокирующе массивном члене Саймона, одновременно жадно посасывая член Драфли, а Кесст снова устроил впечатляющее представление, заглатывая Эфтерара до самого основания под похотливые взгляды и одобрительные крики собравшихся вокруг орков.
Всё это должно было казаться ужасающим и подавляющим, и, возможно, так бы оно и было, если бы не тяжёлая рука Гримарра на плече Джул и не его голос,
