Алёна Малышева - Свет Зимидара

Вон Рос и Алия гуляют по саду, о чём-то шепчутся, обмениваются лёгкими поцелуями. Этим двоим, кажется, безразлично всё на свете, кроме них самих. Пусть Света рада за брата, за них обоих, но всё-таки немного завидует.

Так-так, а вот это интересно. Чем это Стив так довел Энджел? От него всего можно ожидать! Энджел из-за чего-то врезала Сердцееду пощёчину и, гордо вскинув голову, зашагала к дворцу, ярко-рыжие волосы, поддерживая хозяйку, ярко сверкали на солнце. Всем своим видом леди показывала, что пират не стоит ни малейшего её внимания. Стив, прижав руку к щеке, провожал девушку взглядом. Вдруг, словно почувствовав, поднял голову и посмотрел на Свету, стоящую у окна второго этажа дворца. Пират выразительно приподнял бровь, а затем отвесил издевательский поклон.

Света прищурилась и сердито сжала кулаки, но, вздохнув, заставила себя успокоиться и пренебрежительно отвернуться.

Донёсшееся до неё холодное:

— Аристократки! — пропустила мимо ушей.

В библиотеке никого не было. Света бросила злой взгляд на стопку книг законов Пеневии, ничем не помогших ей, и решительно направилась к выходу из библиотеки, решив немного проветриться и разогнать невесёлые мысли.

— Да пошёл ты, упрямый сукин сын!

Из комнаты, рядом с которой шла Света, выскочила Алекс, она бросила на Свету затуманенный слезами взгляд и, чеканя шаг, тихо под нос высказывая всё, что думает об этой помеси осла с козлом, промчалась мимо.

Света лишь удивлённо покачала головой, хотя и догадывалась, о ком пиратка могла высказаться столь резко. А вот и он. Из комнаты вышел Иван, проводил удаляющуюся девушку тоскливым долгим взглядом и только потом посмотрел на Свету.

В ответ на её вопросительный взгляд он пожал плечами и шагнул обратно к комнате, но Света успела поймать его за руку. Гигант остановился и хмуро сверху посмотрел на неё:

— Да, ваше высочество? Вы что-то хотели? — спросил он тоном, мол, что тебе надо. Оставь меня в покое.

Света покачала головой и, дёрнув его за руку, потребовала:

— Пойдем! Поговорим!

Не отпуская его, направилась к галерее. Единственное место во дворце, куда мало кто почему-то ходил. А ей нравилось там бродить. Спокойно и тихо, никто не беспокоит, а взгляды ушедших давным-давно в иной мир императоров и императриц ей не мешали. Иван покорно пошёл за ней.

Света приказала стражнику, сопровождающего её вместо Рыжа, остаться у дверей, на его попытку возразить так глянула, что тот захлопнул рот на половине слова и истуканом замер.

Неторопливо шагая по дорожке под взглядами императоров с портретов, Света спросила:

— Рассказывай, что происходит между вами?

— Ваше…

Света сердито глянула на Ивана:

— Не говори, что это не моё дело! Когда мой друг уже который день бродит, словно опущенный в воду, ни с того ни с сего начинает на каждого рычать, отчего все шарахаются, словно от прокаженного, когда в его глазах появляется тоска, словно у брошенного щенка — это значит и моё дело. Я в стороне не собираюсь оставаться. Рассказывай! — и тихо: — Иван, тебе и правда станет легче. Я уверена.

Гигант громко выдохнул и, устало проведя рукой по лбу, негромко заговорил.

Впервые он с Алекс столкнулся в таверне в Вольном. Он уже несколько месяцев был помощником Сердцееда. Именно Стив его чуть не силком затянул на кружечку вина. Иногда Иван жалел, что послушался друга, но тот вечер навсегда поселился в его памяти. Он был ещё не пьян, но и не совсем трезв, когда хлопнула дверь и вошла она, осветив таверну светом своих золотых волос. Он встретился с её лазурными глазами и пропал. Осторожно отставив кружку, не обращая внимания на окликавшего его Стива, подошёл к ней. Парней, попытавшихся загородить путь, он не заметил, как отодвинул рукой. Отвесив Алекс поклон, пригласил к их столику. Что дальше было, он точно не помнит. В памяти остался лишь её смех, сверкания лазурных глаз и ночь… После были несколько великолепных дней и великолепных ночей, когда они почти не расставались. Затем он отправился в рейд, а когда вернулся… Она выходила из пальни Спрута, под утро. Её испуганные виноватые глаза до сих пор стоят перед глазами. Он впервые был готов совершить убийство, но смог сдержаться. Молча развернулся и ушёл. Тогда он второй раз в жизни напился до беспамятства. После Алекс несколько раз пыталась что-то объяснить, но он не стал слушать.

— Ну и дурак!

— Леди, — угрожающе прищурился Иван.

— А разве нет? Ведь причин того, что она могла выйти из той спальни множество. Может, обсуждали какой-нибудь план, может, Спруту нужна была помощь, может…

— Это не объясняет вину в её глазах!

— Иван, пойми, любовь без доверия существовать не может. Да что там? Любовь — и есть доверие. Ты просто, спокойно, не перебивая, выслушай её и дай себе возможность поверить… Я ведь вижу, она тоже без ума от тебя, а ты своей холодностью, презрением убиваешь её.

— Это Алекс-то?

Света укоризненно покачала головой:

— Иван, не думала, что ты такой слепой…

Заметив, что гигант задумчиво нахмурился, про себя улыбнулась и отвернулась, давая ему возможность спокойно подумать.

Взгляд скользнул по ближайшей картине, снова оказавшейся портретом семьи Идана. Зелёные глаза младенца и дата почти за год до рождения Властина заставили в ошеломлении застыть, в голове промелькнули переданные Росом слова Чары: «Пусть ищет счастье среди мёртвых».

А если…

— Иван, извини, но мне нужно срочно кое-что проверить.

Не дожидаясь ответа, быстро зашагала к выходу. Ей предстояло поговорить с Рыжем и кое-что прояснить. На душе расцветала робкая надежда на счастье и свободу.

Глава 6

До собрания осталось три часа. Напряженность и тревога с каждой секундой всё сильнее сжимали сердце Светы. А если у неё не получится? Если она где-то ошиблась? Если милорд её переиграет?

К тому же принц и князь Гарко подозрительно затихли, что от них ждать неизвестно. Спокойнее было, если бы они продолжали на неё давить.

Света попыталась ещё раз перечитать строки в книге емзейцев, которую забрала из поместья Панлиста: «В месте, где сливаются лучи алого солнца, под древней обителью королей ключ божественной силы бьется — жизненная сила тех земель. В тот миг, как под светом огромной луны в него вольётся кровь четырёх королей, возникнут врата смерти — и придёт в юный мир князь Емзей! Наградит поклоняющихся ему властью, станет повелителем земель. Боги уйдут из юного мира, и не станет больше королей».

Ниже приписка от руки: «Дар Богини под серебряную музыку закроет врата (из изречений жриц Зимы, передаваемого из поколения в поколение с незапятных времён)».