Смерть меня не найдёт - Ефимия Летова

в манжет за неимением лучшего — не в декольте же лезть при ребёнке.

— Как же так вышло?

— Приехала издалека, у нас там учат… другому языку. Послушай, лирт Тив, мне действительно надо повидать короля. Он… твой отец? — я набралась решимости. Может, здесь есть какой-нибудь тайный ход или…

— Ага, — совсем по-детски мотнул головой мальчик. — Только сейчас он очень занят, готовится к церемонии. Зато мне первый раз в жизни разрешили не спать всю ночь!

— Праздник! — против воли, я улыбнулась. — Я понимаю, что Его Величество занят, но мне очень, очень, очень нужно его увидеть.

— Тогда надо записаться на ау… — Тив задумался, но всё-таки выговорил, — …диецию.

— Мне надо именно сейчас. Это очень-очень-очень важно.

Мальчик заколебался, по столу царапнули проступившие коготки, и он испуганно потёр столешницу. Неправильный какой-то принц. Неизбалованный.

— Ой, у тебя есть донум? — почти искренне изумилась я.

— Конечно, есть. У меня такой же, как и у отца, и у дяди. Смотри! — он потянулся было ко мне, словно желая взять за руку, но тут же опомнился и двинулся к малахитовому фонтану, стараясь идти неторопливо и размеренно.

Я тоже подошла, гадая, как выстроить разговор, чтобы не спугнуть маленького принца. Уставилась на светящуюся воду — надеюсь, она не радиоактивная.

…ох, ну и глупости приходят в голову. Принц-то тут всю жизнь живёт, и ничего.

По поверхности воды плавали какие-то плотики, человечки, миниатюрные кварки и другие незнакомые мне диковинные существа — оставалось только порадоваться, что Тирата избавила меня от встречи с ними тогда, в море. Я уже хотела вернуть разговор к теме срочной аудиенции, но тут вода заколыхалась, словно со дна поднималось некое подводное чудище, закружились многочисленные водовороты, вверх взметнулись гейзеры, игрушки на поверхности пришли в движение. Некоторое время я наблюдала за водными игрищами, а потом тихо сказала:

— Здорово. Никогда не видела ничего подобного. Но если я не встречусь с Его Величеством прямо сейчас, произойдёт что-то плохое. Если бы это было не важно, я не стала бы приходить ночью, особенно накануне Венуты.

— Отец не любит, когда его беспокоят, — Тив посмотрел на меня едва ли не со слезами. — Особенно сейчас. Последнее время он очень… вспыльчивый.

…и я даже знаю, почему.

— Он переживает, потому что ему очень нужна вот эта штука, которая на моей шее, — я откинула волосы, демонстрируя ошейник. — Он её потерял. А я нашла и принесла сюда. Мне надо ему её отдать, но я боюсь, что стражники меня не пропустят и мне не поверят.

Мальчик смотрел на меня во все глаза. Настоящий принц — воспитанный, выдержанный, и речь поставлена — сомневаюсь, что его сверстники в моём мире так разговаривают. А с другой стороны, доверчивый и явно очень одинокий ребёнок, кажется, рад пообщаться с кем угодно, кто заглянет на огонёк. Бедолага.

А ведь на моём месте могла и преступница-наёмница какая-нибудь оказаться. Втёрлась бы в доверие, добралась бы до королевского тела, а то и похитила бы мальчишечку — и готово. Видимо, донум разрывателя пространства действительно очень и очень редок, раз никто не защитил ни дворец, ни храм от подобных вторжений.

— А твоя мама?

— Она вместе с отцом. Вся семья готовится к церемонии.

— А ты почему не с ними?

— Я делаю домашнее задание, — важно ответил мальчик, явно повторяя чьи-то чужие слова. — Праздник — не повод игнорировать свои обязанности, это повод потрудиться вдвойне.

…действительно, королевское воспитание. Но мне-то что делать? Идти через стражников с надеждой на их лояльность или действие донума? Оставаться с принцем и ждать, когда за ним придут, являясь на церемонию впритык или, опять же, попадая в королевскую темницу до выяснения всех обстоятельств появления в покоях наследника неустановленного лица? То есть очень даже установленного — убийцы, воровки и беглой каторжницы.

— Вы можете дойти до поднебесного зала сами, — неожиданно произнёс Тив. Тиверн — я неожиданно вспомнила упомянутое Лиграном имя, да, точно, Тиверн.

— Там стража, она меня не пропустит!

— Стража вас не тронет, идёмте! — он снова неосознанно потянулся ко мне, и я в ответ осторожно протянула руку. Принц поколебался всего несколько мгновений, а потом вложил свою ладошку в мою.

Так, держась за руки, мы и дошли до входной двери.

— А вы ещё придёте? — прошептал он, глядя на меня снизу вверх, золотистые ресницы дрогнули.

…что-то во мне жалобно ёкнуло, срезонировало, то ли одиночество моего собственного детства в полной, в общем-то, семье, то ли — одиночество Агнессы. Мне не хотелось врать Тиверну и правду говорить тоже не хотелось, тем более, правду, в которой я не могла быть уверена. И я сказала самое что ни на есть нейтральное:

— Постараюсь.

Наследник престола открыл дверь совершенно спокойно, я вздрогнула, ожидая чего угодно — крика "стража, тут чужая тётя!" или ещё какого-нибудь сюрприза, но принц тоненько и в то же время звучно, как какой-нибудь полководец-лилипут, провозгласил:

— Стра-ажа! Всем закрыть глаза, пока я считаю до двух декад! — и, повернувшись к несколько обалдевшей мне, прошептал, неожиданно переходя на "ты":

— Иди!

— Куда?!

— Прямо и прямо, а потом наверх до конца! — и продолжил, гораздо громче. — Оди-ин! Два-а!

Я затопталась на месте, не зная, идти или нет, но принц продолжал нараспев считать, и я шагнула вперёд. И в раннем детстве-то не любила жмурки, а уж сейчас, с моими-то нервами, от которых остались одни воспоминания… Стражники — четыре рослых мужика — действительно стояли с закрытыми глазами, вытянувшись, как свечи. Не уверенная, что высокий мальчишечий голос заглушает грохот моих шагов, что там, в конце коридора, не обнаружится с десяток каких-нибудь не слышавших приказа стражников, я торопливо затопала вперёд, испытывая головокружительное желание обернуться — и не менее сильное желание бежать без оглядки. Дойдя до конца коридора — вместо канделябров в стены были вкручены стеклянные ёмкости всё с той же светящейся жидкостью, я уставилась на два чёрных проёма — а теперь куда, налево или направо?! Шагнула наугад направо и оказалась на лестнице, каменные ступени безжалостно выдавали стук туфель, и я стянула их, оставшись в одних чулках.

Единая, что я буду делать, если меня поймают? Если мне не поверят? Что..?

Двумя пролётами выше я на секунду остановилась перевести дыхание — а вот была мёртвой и с подобными проблемами не сталкивалась! — и в этот момент в меня врезался возникший невесть откуда высокий темноволосый мужчина. Я не удержалась, сделала шаг назад, покачнулась на верхней ступеньке, а незнакомец ухватил меня за ворот и рванул на себя. Я замерла, глядя в его породистое