Екатерина Олина - Минуту назад

— Как Вам не стыдно? — я рассмеялась и убрала сферу.

— А хорошо ты меня… молодец! — похвалил меня Лилейный.

Темный откланялся. Спустя час вернулся Най. Я рассказала ему о выкрутасах его деда, муж смеялся как дитя.

— Алло! — Уже в который раз за день я взяла трубку.

— Ну, помогите мне, — вновь взмолилась девушка, — пожалуйста.

— Я же уже вам объясняла, что я не гадалка! — я уже начинала злиться, это девица названивает мне с раннего утра, — я не могу вам помочь!

— Но вы же успокоили нашего соседа, — засопела она в трубку, — ну приворожите парня, что вам стоит?

— Я не умею, — вздохнула я.

Най трясся со смеху. Я показала ему язык.

— А если я заплачу? — зашла девушка с другой стороны.

— Я все равно не умею привораживать, — усмехнулась я. — До свидания!

Я положила трубку. Ну, сколько можно меня доставать?!

— А ты по руке гадаешь? Хиромантией занимаешься? — муж хохотал. — Что-то меня моя линия жизни смущает.

— В ухо получишь, — проворчала я.

Первый день зимы… зима мое любимое время года… проснулась одна. Часом ранее я сквозь сон почувствовала поцелуй Ная. Он ушел. Потянулась и села. В ногах спала Пынька. Свесила ноги с кровати и усмехнулась.

Тифон развлекался, шлепая моими тапочками по полу вдоль кровати. Как мне расценивать этот жест? Веселится он? Пугает? Нет, точно не пугает. Видимо он просто напоминает о себе… хочет на свободу. Я встала с постели и подошла к окну. Отдернула занавеску. Шел снег. Просто идеальное утро… нет, идеальным оно было бы в объятиях Анайдейе. А так… первый день зимы… любимое время года… снег, а любимого нет рядом. Я задернула занавеску. Проклятый холод и чертовы осадки.

«Аврора», — раздался в голове голос.

«Я слушаю вас Владимир Романович», — усмехнулась я.

«Настойчиво советую не пытаться выпустить зверя Диспатера», — жестко сказал начальник светлых. — «Любая попытка будет расценена как попытка захвата власти, и соответственно мы больше не будем церемониться».

«Полагаю, наручники готовы или что вы там припасли для меня?» — спокойно спросила я.

«По твоей наводке убит Андрей… жестоко убит», — светлый говорил уже зло, — «твои темные носятся по городу и вынюхивают что-то. Мы должны обезопасить себя».

«Я поняла вас» — снова отдернула занавеску и смотрела на падающий снег.

На этом наше общение прекратилось. Светлые боятся… меня. Губы сами растянулись в злой улыбке, и это вовсе не влияние Диспатера. Кто сказал, что я не могу быть злой? Почему я должна всех жалеть? Хватит, друзья мои…

Я пошла на кухню, поставила чайник и села за стойку. Значит, светлые не хотят видеть Тифонушку, свободно гуляющим… что ж… я и не собиралась его выпускать… вздрогнула от щелчка чайника. Пока наливала себе кофе заметила, что тапочки сами пришли на кухню… я усмехнулась. Неужели милейший Тифон боится, что я простужусь?

Пушистые бежевые тапки встали около моих босых ног. Такого же цвета шелковая пижама сейчас красовалась на мне. Все это подарок Найки. Даже теплее стало, едва подумала о нем… достала из холодильника молоко и уронила пакет на пол от резкой боли в руке.

Молоко растекалось белой лужей по кафельному полу. Руку невыносимо жгло… нет, не руку… безымянный палец правой руки… Най. Пынька не понимая причину моего злобного пыхтения начала лакать молоко с пола.

Я вышла в прихожую. Накинула на себя пальто, которое пришлось сдавать в химчистку после моего ноябрьского купания в пруду. Натянула зимние сапоги на плоской подошве. Схватила шапку и вышла в подъезд. Дверь закрывать времени не было. Ключи от машины в кармане. Отлично. Лифт ехал целую вечность. Я сконцентрировалась на супруге, машинально застегивая пальто, пыталась определить его местоположение.

Машина не особо была счастлива, что ее гонят на холодную, но спрашивать ее мнение я не стала. Ехала я с закрытыми глазами… Най… ну где ты… Нашла! Я лихо развернулась на «Астон Мартине», прямо со второй полосы пересекла двойную сплошную и понеслась вперед. Остановите меня сейчас, рискните… руку жгло… кольцо давило на палец и грозилось зажарить палец до кости…

Я вихрем залетела в какой-то двор, едва не столкнулась с «семеркой». Пришлось пропустить паренька. Уж больно узкий проезд в этот двор. «Туарег» я заметила быстро. Он выделялся на общем фоне отечественного автопрома. Ная нет… сердце екнуло…

«Где ты?!» — вырвался у меня мысленный крик отчаяния и злобы.

«Уже все в порядке», — раздался слабый голос Анайдейе, — «уезжай домой. Замерзнешь».

Домофон просто разлетелся на куски… Я зашла в подъезд. Стены искрились недавними событиями… но мне сейчас не до них… Сиротливо горит мутная лампочка. Я поднялась на первый этаж… Несколько человек спускались по лестнице между третьим и вторым этажами… Аластор!

Я взбежала по лестнице вверх. Лилейные спускались вниз. Аластор помогал идти Анайдейе, за ними шла Лисса. Смогла дышать ровнее, когда увидела что мой любимый человек жив и… вот насчет здоров — не знаю.

— Я его полечила, — Лисса успокоила меня, — ему только отдохнуть нужно.

— Спасибо, — выдохнула я, — что произошло? Снова светлые?

— Сегодня целью стал Анай, — громыхнул однобровый и его голос разнесся эхом по пустому подъезду, — мы выехали на дело втроем и нас разделили… хорошо все спланировали.

Аластор помог усадить Ная в «Астон Мартин». Он и Лисса уехали на «собачьей упряжке». Я везла полуспящего супруга домой, наплевав на все возможные правила дорожного движения… и кто тут занудная улитка? Вспомнила я, как однажды Валера назвал мою манеру езды…

У дома нас ждали Зелос и Иалем. Они помогли отвести Анайдейе ко мне в квартиру. Уложили его в спальне для гостей, еще недавно там приходил в себя Сумман. Надо повесить на дверь табличку «лазарет». Близнецы удалились. Най спал. Видимых повреждений на нем не было. Только рваный свитер помогал догадаться, что его почти изрешетили белыми стрелами… я сжала кулаки. Злость переполняла меня.

Я бесшумно пошла в гардеробную и переоделась в джинсы и теплый свитер, связанный моей мамулькой. Затем снова спустилась вниз. Най спал. Зашла в кабинет и спустя полминуты уже ехала в лифте…

— Начнем, — сказала я сама себе.

Я стояла посреди занесенного снегом поля. От дороги его отделяла полоска деревьев. Перчатки остались в машине. Было прохладно, но не морозило. Снег прекратился. Шкатулка стояла на снегу в метре от меня. Она наполовину провалилась в снег. Я так и вовсе по колена в нем увязла. Смараг сказал, что Тифон понимает только силу… хорошо, будет тебе сила. Никакой жалости и доброты… что ж после сегодняшнего нападения на Анайдейе никакой жалости… это не проблема отныне. Доброта… Что это? Не слышала о подобном…