Особо опасная студентка - Пальмира Керлис

— И с раннего утра на работу? — Я нахмурилась. — Не бережешь себя. Не ожидала, что тебе можно и дальше вести это дело.

— Доверить его другим я не готов. И кто мне запретит?

Главе Легиона Междумирья? Разве что глава всего Легиона… Но, очевидно, делать этого он не стал.

Киллиан опустился в кресло.

— Садись, — пригласил он и вкрадчиво уточнил: — На соседнее.

Напрасно он меня в попытке оккупации подлокотника подозревает. Когда в комнате для двоих есть удобный диван.

Я села в кресло напротив, отделенное столом. На него тотчас легла пластина артефакта для записей, последовало:

— Ознакомься и подпиши. Там твои показания.

Которые я еще не давала.

— Что же я засвидетельствовала? — полюбопытствовала я, беря артефакт в руки.

Считывающая магия была недоступной, и на пластине замелькали мелкие строчки, кратко и емко излагая, что я, в общем-то, ничего не помню. Гуляла в парке, попала под темное ментальное внушение, а после — зал Звезд, ритуал, бездна и счастливое вызволение. Если и отбивалась от маньяка-ректора, то инстинктивно и в состоянии аффекта.

— Менталисты подтвердили наличие внушения, — пояснил Киллиан, — а преподаватели университета, что ты исключительно талантливая студентка. Вполне могла оказать достойное сопротивление, учитывая сведения от Норвуда о вашем поединке на тренировочной площадке. Из него удалось вытрясти правду, рассказав, что ты во всем созналась мне на балу.

О, как! Все же не зря я его отлупила…

— Экспертиза постановила, что ты дала отпор лишь в момент открытия провала бездны, — продолжились обоснования. — Не победила, раз вы вместе туда провалились. Затем на твоей стороне выступило везение: Аттикус Крейн видел вас с ректором на нижнем уровне и заметил, что ты не в себе. Счел происходящее странным и сообщил в Легион, откуда незамедлительно направили отряд.

— А ты как в зал Звезд забрел? — забеспокоилась я о тех вопросах, которые должны возникнуть к Киллиану.

— На тебе моя следящая метка была, — невозмутимо ответил он, — и я, не догадываясь о случившемся, пошел проверить, какого демона ты пролезла на закрытую территорию. Столкнулся в тоннеле с группой захвата и присоединился к ним.

Никакой метки к тому времени не было, но кто проверит? Стройная версия. Оправдывает и меня, и его.

Я дотронулась до пластины, оставляя отпечаток пальца и подпись. Киллиан забрал артефакт и поведал новые подробности:

— Согласно рабочей версии, ректор выбрал тебя жертвой из-за твоей помощи в расследовании пропажи Лайи Иствер. Ты вывела из-под подозрения тайное сообщество, которое он стремился подставить. Менталисты выявили у его участников остаточные следы влияния. Внушения и подчинения не было, однако сошло за смягчающее обстоятельство для их незаконной деятельности. Отделались предупреждениями от университета и короткими испытательными сроками от Легиона. Только у Норвуда он подлиннее, чтобы неповадно было превышать магические нормы при поединках и в принципе вести себя с девушками по-хамски. Утверждает, что раскаялся.

Да уж наверняка, еще лежа в яме на тренировочной площадке. Хотя не могу назвать его конченым придурком. Имеется шанс, что повзрослеет и поумнеет.

— Спасибо, что посвятил в детали, — поблагодарила я, понимая, что услышала гораздо больше, чем полагалось, — и вообще… за всё.

— Не за что, — заявил Киллиан. — Если бы не ты, я бы не раскрыл тайну, которая мне десять лет покоя не давала. Тебе спасибо.

— Пожалуйста, — показала я ему пример, что надо отвечать, когда тебя благодарят. Откинувшись на спинку кресла, щелкнула пальцами по рилиевому браслету. — Это ведь пока не счастливый конец. Меня задержали не по делу о ритуальных жертвоприношениях, верно?

— Верно. Открыто новое дело — о фальсификации личности. У следственной группы самые серьезные подозрения по поводу твоих истинных целей в Междумирье. Юные первокурсницы не владеют боевой магией в совершенстве, какими бы талантливыми они ни были. В данный момент устанавливается, кто ты и зачем проникла в университет.

Говорил сугубо по делу, ровным, ничего не выражающим голосом. Ни мускул на его лице не дрогнул.

— В наличии два варианта, — сказал Киллиан, будто абсолютно беспристрастно. — Первый тебе известен — заключить сделку с Легионом. Второй — отправиться в Гард. Король Элдислен Нерендел Шэрасатар готов предоставить тебе подданство, в таком случае разбирательство будет происходить на территории Залесья.

Кловис подоспел на подмогу! Заманчиво, конечно, но «разбирательство» не означает снятия всех обвинений. Скорее покровительство его величества и минимальные для меня последствия в виде помилования, например. Останусь по гроб жизни ему обязана, а это невыгодные условия для дальнейшего сотрудничества. Работать на Легион еще хуже, практически прописанное долговое рабство. Зато перестанут выяснять мою настоящую личность. А вот в Гарде…

— Я правильно понимаю, что мой переезд в Залесье изменит лишь юрисдикцию и не помешает легионерам продолжить выяснять, кто я такая?

— Вероятно, что продолжат, — скупо кивнул Киллиан, — и выяснят. Не дураки. Изначальный ритуал преступника, сменившего ему внешность и ауру, определен и пристально расследуется.

Тут-то я и расшифровала демонстрируемую мне показную отстраненность… Если меня идентифицируют как Джезебел, то я подставлю и его, и Дэкса. Киллиан со мной много контактировал и якобы не заподозрил неладного при всем своем профессионализме, а наш неоднозначный танец на балу видела половина университета. Дэкс же не узнать свою бывшую невесту не мог, значит, покрывал. Был бы он способен замять это дело — замял бы. Видимо, это нереально. Дэкс говорил, что не решает все единолично. У него полно врагов и конкурентов, которые не упустят возможности его сместить. Вряд ли у них получится с учетом моей клятвы и прочих обстоятельств, но неприятностей доставят и репутацию подорвут. Наверняка Дэкс попросил Киллиана уговорить меня принять нужное им обоим решение. А тот этого не делает.

— Хочешь, чтобы я выбрала сделку с Легионом? — спросила я прямо.

— Главное, чего хочешь ты. — Он вздохнул, и его деланая объективность дала заметную трещину. — Даже если мы больше не увидимся.

Путевка в Гард гарантирует: так и будет. От этой мысли становилось не менее тоскливо, чем от перспективы загреметь за решетку. Хотя… Киллиан же тогда меня навещать, поди, сможет. Романтика, ага!

— Слушай, я ни разу не подарок. — Я грустно усмехнулась. — Мой единственный опыт долгих отношений был плачевным.

— Мой тоже, — поделился он. В ответ на приподнятую мной бровь попробовал соскочить с обсуждения: — Скучная и банальная история.

— Несправедливо… Ты