Проблемы с проклятым (ЛП) - Харрисон Ким

— Я могу дотянуться до линии, — сказала я, и он кивнул, начиная выкладывать мясо и сыр слоями на четыре ломтя хлеба. Один для меня, другой для него.

— У него Стеф, — тихо сказала я, и его улыбка угасла. — Три пореза на запястье. — Раньше это было знаком рабства, и если я ничего не предприму, это повторится снова.

— Дженкс сказал мне. Какое-то время с ней все будет в порядке.

Я закончила складывать одеяло и бросила его на диван.

— Я чуть не убила ее. Я думала, что она — Ходин. Трент, я должна посадить этого парня в бутылку, и не просто для того, чтобы помешать ему захватить власть в Цинциннати. Я сойду с ума, если не буду знать, с кем разговариваю — с тобой или с Ходином. — Я осторожно подняла Констанс и понесла ее к бару, а мышь-вампир зашипела на меня, обнажив длинные клыки. Мило….

— Моя реакция будет недостаточно быстрой, если я буду сомневаться, он ли это или маскируется под кого-то, кого я люблю. — Я заколебалась, водя пальцем на барной стойке из красного дерева.

Трент молча нарезал сэндвичи огромным ножом, сделав из своих два длинных прямоугольника, а из моих — два треугольника.

— Я просто рада, что моим первым побуждением было не убить то, что меня раздражает, — пробормотала я, ставя перед собой тарелку с треугольниками. — Иначе Стеф была бы уже мертва.

Но я заколебалась, услышав шелест крыльев пикси, когда откусила кусочек.

— Посмотри правде в глаза, Рейч, — сказал Дженкс, влетая в комнату и выглядя ничуть не потрепанным. — Если бы ты убивала тех, кто тебя раздражал, половина агентов ОВ и все водители автобусов Цинциннати были бы уже мертвы.

— Не все, — ответила я с набитым ртом. Мммм, он намазал тосты джемом, и горьковато-сладкий вкус идеально сочетался с сыром и ростбифом.

— Не ты виновата, а она. — Трент, нахмурившись, уставился на один из мониторов под стойкой. — Это что, новостной фургон? — спросил он, и Дженкс кивнул, усаживаясь на открытую банку с джемом, чтобы палочками для еды подцепить кусочек апельсиновой цедры в сахаре.

— Да, но у нас есть по крайней мере пятнадцать минут, пока они не выяснят, почему не могут связаться с вышкой связи. — Он усмехнулся. — Эй, там есть мед?

— Нет, — решительно сказала я, и Трент убрал руку. — Дженкс, сколько имен пикси нужно, чтобы составить хороший демонический пароль?

Пикси моргнул, затем ухмыльнулся.

— Четыре, — сказал он, убедив меня, что это действительно был Дженкс. — Никто не может быть на моем месте, кроме меня, Рейч. Ты должна это знать.

— Да. — Я покрутила в руках сэндвич. — Уверен, что с тобой все в порядке? Ты сильно ударился о стену.

Дженкс бросился к сыру, взмахнув мечом, чтобы отрезать кусочек. Вонзив в него кончик меча, он протянул его сквозь прутья решетки мыши, тянущей к нему лапки.

— Гетти… — сказал он, и я посмотрела на него, когда его голос дрогнул. — Э, Гетти меня вылечила, — тихо закончил он. — Я должен кое-что проверить. — И затем он ушел, его крылья глухо жужжали, а пыльца была темно-синей, когда он улетал.

Трент оторвался от экрана, явно удивленный.

— Я чего-то здесь не понимаю?

Чувствуя себя неловко, я скормила Констанс еще один кусочек сыра.

— Где Гетти?

— В церкви. — Он оперся локтем о стойку, выражение его лица было настороженным. — Она организовала фейри, которые охраняют это место. Она плакала, когда я пригласил ее, смущенная тем, что спряталась от Ходина и не сказала тебе, что он там. — Его взгляд упал на исчезающую пыльцу Дженкса. — Так вот почему он расстроен?

Я откусила большой кусок, думая о том, как ответить.

— В культуре пикси задача жены — поддерживать мужа в форме, — сказала я, проглотив его. — Когда он ушел от матери, Матти была единственной, кто заботился о нем, кроме Белль. Думаю, он мог бы не обращать внимания на то, что Белль стригла его волосы и лечила его царапины, потому что она была фейри, но Гетти? — Я посмотрела на Трента. — Она ему нравится, и думаю, он переживает, что это предательство всего, что у них было общего с Маталиной.

Трент тяжело вздохнул.

— Ох.

— Как вы думаешь, сколько времени пройдет, прежде чем СМИ постучат в дверь? — спросила я, вставая и нагибаясь через стойку, чтобы попытаться разглядеть мониторы. — Не могу поверить, какой глупой я была. — Разминая больную руку, я опустилась обратно на табурет, и мое внимание затуманилось, когда я подумала о Бисе. Если бы он не был в коме, никакой круг на земле не смог бы удержать меня. — Я должна кое-что изменить, — прошептала я.

Тихое бульканье, с которым Трент наполнял свою кружку кофе, привлекло мое внимание.

— Почему другие демоны не нападут на него сейчас? Учитывая, что ты отменила свое обещание защищать его, — сказал он, протягивая мне новую кружку.

— Я не отменила. Не совсем. — Констанс протягивала лапку за чашкой кофе, и я уронила каплю на ее сложенные чашечкой ладони. — Я никогда не говорила, что сама не засажу его в бутылку, но я все равно должна защищать его от их действий, иначе потеряю все доверие демонов до конца своих дней. — Сделав паузу, я сделала глоток. — Они не могут мне помочь. Кроме того, если я не смогу сделать этого без них, у меня не хватит духу потребовать, чтобы Дали прекратил превращать людей в фамильяров и отпустил тех, кого он обманом вовлек в это. Я должна была этого ожидать. Они были на свободе чуть больше года. Им скучно до слез.

Но скука не давала им права нарушать законы, которые они согласились соблюдать. Вот что забавно в демонах. Их слово было непререкаемым, но они следовали только тем правилам, которые можно было навязать. Я не собиралась нарушать свои обязательства, прося их помочь мне позаботиться о Ходине.

— Последние четыре месяца с Ходином были одним сплошным испытанием, — проворчала я, а Констанс деликатно рыгнула и протянула лапку за добавкой кофе. — Я оттолкнула Ала, — сказала я, давая вампиру еще одну каплю со своего пальца. — Поставила Пайка в неловкое положение.

Трент улыбнулся, забирая у меня тарелку с крошками и ставя ее в мойку.

— Ты снова разговариваешь с Алом. Пайк сам себя поставил в неловкое положение, а не ты.

— Конечно, послушав Ходина. Я разрушила твой бизнес.

— Нет, ты этого не делала, — сказал он, удивив меня своим хорошим настроением.

— Так что же это было? — спросила я, и выражение его лица стало определенно самодовольным.

Опершись локтем о стойку, он сделал глоток кофе.

— Ты смотришь на нового владельца Башни Кэрью.

— Что? — Я села прямее, приоткрыв рот от удивления. Констанс, казалось, тоже была озадачена, если то, что она трясла прутья своей клетки, что-то значило. — Все здание? Я думала, ты покупаешь пару этажей. — Очевидно, что сумма, которую он им дал, была задатком, а не ценой покупки. Черт возьми…

— Все, кроме ресторана, — сказал он. — Так что постарайся, чтобы тебя туда пускали. Ты была права, когда не хотела переезжать ко мне, потому что это было слишком далеко за городом.

— О, — сказала я, и мое возбуждение внезапно улеглось.

— Работа за городом, возможно, и устраивала моего отца, поскольку большинство его начинаний были незаконными, но у меня это не получается. Мне нужен офис в центре города, в комплекте с квартирой, чтобы вмешательство в жизнь девочек было минимальным.

— Э. — Черт возьми, мое оправдание, чтобы не переезжать к нему, рассыпалось у меня на глазах.

— К сожалению, ты стоишь слишком дорого, чтобы моя страховка могла тебя покрыть, — сказал он, и я моргнула, не в силах понять, серьезно он это говорит или нет. — Так что ты не можешь переехать ко мне.

— О, правда…

Сияя, он перегнулся через стойку и поцеловал меня долгим, томным поцелуем прямо до глубины души.

— Правда, — сказал он, когда наши губы разомкнулись.

Я рассмеялась, чувствуя себя любимой, и его улыбка стала шире.

— Так-то лучше, — удовлетворенно произнес он. — Ладно. Что мы собираемся делать с Ходином?

Мне очень понравилось слово «мы». Наши головы почти соприкасались, нас разделяла стойка бара, и я медлила, не желая двигаться.