Одержимость Фенрира - Анна Снегова

на Вороньем камне и в следующий раз охотиться уже на свежем воздухе.

Я на него шикала и просила не говорить об этом так просто хотя бы при Хаге. Но Ворону, кажется, было всё равно. Он как будто даже не слышал нас.

Я снова вздыхала. И долго-долго рассказывала мужу обо всём, что увидела и узнала о Вороньем камне, пока там была.

Мы вообще о многом говорили в те долгие часы под землёй.

- Я так и не поняла, каким образом Хель оказалась твоей бывшей хозяйкой, - призналась я как-то раз.

Фенрир хмыкнул. Подал мне руку, помогая перебраться через очередной сталагмит. Здесь уже стены ходов расширялись и можно было идти без стесняющей грудь духоты. Правда, было очень темно, путь освещали лишь гнилушки на потолке, дававшие бледно-зелёное свечение. Поэтому Фенрир особенно внимательно следил за тем, чтоб я нигде не поскользнулась и не споткнулась. Честно говоря, порывался вообще всю дорогу нести меня на руках. Но тут уж я в конце концов возмутилась и вспомнила любимую мамину фразу – «беременность – это не болезнь»! Ей, родившей семерых детей, можно было доверять в этом деле. Мама всегда повторяла, что движение матери – здоровье малыша и залог лёгких родов. И не валялась в постели даже на самых поздних сроках. Я твёрдо намеревалась брать пример.

Надо было видеть лицо моего мужа, когда я только заговаривала о наших детях.

Я пожалела, что у меня нет с собой кисточек и холста, чтоб его запечатлеть. Смесь безграничной нежности и ошалелого удивления… он, по-моему, до сих пор до конца не верил.

Честно говоря, и мне не верилось.

Наверное, смогу выдохнуть и полностью всё осознать, только когда окажемся дома.

Каким он будет, наш дом?

Фенрир какое-то время размышлял над моим вопросом про Хель.

- Мне приходит на ум только одно объяснение. Старуха была помешана на вечной жизни. Она постоянно искала способов продлить её. Когда в наших краях появилась колдунья по имени Вёльва – как я теперь убеждён, после твоих рассказов, бывшая валькирия – наша карга совсем слетела с катушек. Затеяла целую войну с йотунами ради обладания их волшебным Источником.

- У неё получилось?

- Что? Завоевать Источник? В принципе, да! У неё же был лучший военачальник асов в подчинении, - самодовольно усмехнулся Фенрир. Я ткнула его локтем в бок легонько, чтоб не зазнавался.

- Вечная жизнь. Получилась? Ты же говоришь, она всё-таки постарела?

- Да, сморщилась вся, как куриная жопка. Смотреть было невозможно, - сверкнул клыками в полумраке Фенрир. – Но очень, очень долго не могла подохнуть. Хотя мы ждали всем Гримгостом. Так что да, думаю, кое-что у неё всё же вышло. Оттягивать конец и цепляться за жизнь при помощи целебной воды Источника долгие, долгие годы.

- Но потом же она всё равно умерла? Вот когда была большая битва, и собственная армия восстала против Асуры, а тебя сделали королём. Или, получается, она осталась жива тогда? Я уже совсем запуталась, - честно призналась я.

Фенрир вздохнул.

- Вот здесь начинается область догадок. Я могу только предполагать. Старая коза сдохла, мы её похоронили, это совершенно точно. То ли её удар хватил в тот же вечер, не выдержала унижения. Подумать только, бывший Пёс её, Великую, сместил на троне! – его глаза опасно сверкнули, и я на мгновение увидела грозного Короля, а не заботливого и нежного мужа. Такой Фенрир вгонял меня в трепет ещё больше. И я поняла, что желание поскорее добраться до дома становится буквально нестерпимым. А если совсем честно, то конкретно до спальни. Он меж тем продолжал: - Впрочем, мы подозревали, что она и сама могла отправиться на тот свет, добровольно. По той же причине. Сама подумай – кем бы она была в Гримгосте после возвращения? Почётной узницей в какой-нибудь башне, не больше. За каждым шагом её следили бы. И она проводила бы остаток жизни, искрашивая зубы в бессильной злобе и зависти. Так что… были у неё перстни на пальцах, крупные такие. Возможно, в одном из них она прятала тайник с ядом. Я бы не удивился. Как бы то ни было, карга сдохла, и мы её похоронили прямо там, на берегу местной речушки…

- Речушки? – насторожилась я.

- Ну да, - задумчиво проговорил Фенрир. – Подозреваю, что её дух так долго цеплялся за жизнь, что на захотел уходить в мир иной. Магия, Нари! Магия – опасная штука, если пользоваться ею бездумно. Асура щедро вливала в себя магические потоки, продлевая свою жизнь. В итоге, я предполагаю, её дух бесприкаянным стал скитаться по миру, не находя себе пристанища, даже после того, как истлело тело.

- И она вселилась в водную стихию?

- Самую гибкую, текучую и податливую. Легче всего отзывающуюся на магию. Не зря старые маги и друиды всякие чаще всего делают заговор именно на воду. Так что… да, полагаю, именно так всё и было.

- А я ещё удивлялась, откуда у Хели столько животной буквально, какой-то невозможной ненависти конкретно к тебе!

- И тебя она хотела уничтожить у меня на глазах, зная, что так она сильней всего заставит меня страдать, - Фенрир чуть сжал мои пальцы в своей огромной лапе. Я потёрлась щекой об его плечо.

Я задумалась ещё немного.

- Мне говорили Хаг и Брунгильда, что Один много времени проводил над собственным Источником мудрости. Пытался заглянуть в будущее. Думаю, как-то Хель нашла его именно в такой момент. И смогла обмануть, притворившись древней богиней. Заставить себя слушаться. Сделала его послушным орудием в собственных замыслах.

- Мистически настроенными людьми управлять легче лёгкого, - пожал плечами Фенрир. – Им можно внушить любую небылицу. Критически разум – вот единственное, что позволяет человеку самостоятельно думать и принимать собственные решения.

- Главное, что она больше нас не потревожит, - улыбнулась я. – Не представляешь, сколько страху я натерпелась, когда она тебя…

Я аж содрогнулась вся от воспоминаний о чёрном щупальце на шее мужа. К счастью, уже и следов не осталось у него на горле. Как он говорит всегда – «на мне заживает, как на собаке».

- К слову об этом! – грозно нахмурился муж. – Ещё раз полезешь прямиком в опасность, по заднице получишь!

- Ой! – испугалась я и спряталась ему за плечо.

Меня поцеловали в макушку.

- Ничего! Я позабочусь, чтоб у тебя