Елена Грушковская - Странник

— Вы не хотите отдохнуть, милорд? — спросил он, подходя.

Лорд Райвенн молчал. Не дождавшись от него ответа, Альмагир хотел уйти, но лорд Райвенн, не оборачиваясь, окликнул его:

— Альмагир!

Альмагир остановился.

— Да, милорд?

— Как вы с Джимом провели вечер? — спросил лорд Райвенн.

— Очень хорошо, милорд, — ответил Альмагир. — А как прошёл приём? Было много гостей?

— Да, — чуть слышно вздохнул лорд Райвенн.

Его голос был слаб и подозрительно дрожал. Альмагир с беспокойством дотронулся до его плеча.

— Милорд, что с вами?

Лорд Райвенн обернулся. Его щёки были мокрыми от слёз.

— Почему вы плачете, милорд? Что случилось? — спросил Альмагир, и его голос дрогнул тоже.

— Прости меня, Альмагир, — сказал лорд Райвенн тихо. — Прости за всё, что я когда-то сделал не так… За то, что сдался, отступил. Если бы я тогда этого не сделал, мы с тобой давно были бы вместе, и Фалкон… и Фалкон был бы нашим сыном. Прости меня… Я ничего не могу с собой поделать. Я люблю тебя, Альмагир. Вот и всё, что я хочу тебе сказать. С Новым годом тебя.

Вытерев щёки ладонью, лорд Райвенн пошёл к двери. Пару секунд Альмагир стоял неподвижно, с закрытыми глазами, а когда он их открыл, они влажно сверкали. Лорд Райвенн не прошёл и половины расстояния от окна до двери, когда Альмагир его догнал.

— Милорд… Милорд, я ваш. Глупо упорствовать и отрицать это. Мы оба сделали много ошибок, и прошло много времени, прежде чем мы это осознали. Судьба снова дала нам шанс… И я говорю вам: я ваш. Берите меня, делайте со мной что угодно. Я ваш раб, мой прекрасный лорд.

— Не надо больше рабства, Альмагир, — сказал лорд Райвенн. — Ты сыт им по горло. Будь моим спутником.

Губы Альмагира приблизились к губам лорда Райвенна.

— Я люблю вас, — проговорил он. — Всегда любил. Я ваш сейчас и согласен принадлежать вам до самой смерти.

Их губы, дрожа, соединились. Лорд Райвенн, поцеловав Альмагира в лоб, сказал:

— Объявляю тебя моим наречённым избранником. С этого часа ты не предназначен никому, кроме меня, а я принадлежу тебе телом и душой.

— Да, милорд, — прошептал Альмагир, касаясь своей щекой его щеки.

— Ты перейдёшь в мою спальню, — сказал лорд Райвенн, прижимая его к себе. — Сегодня же.

— Да, милорд, — улыбнулся Альмагир.

За первым завтраком Нового года лорд Райвенн объявил эту новость Джиму и Раданайту. Завтракали в половине десятого. На столе были праздничные блюда, свежий спелый куорш, а в центре стола стояла ваза с душистым маркуадовым букетом. Разбуженный Криаром, Раданайт был недовольный и хмурый: он не выспался. Потирая глаза пальцами, он моргал и жмурился, двигал бровями и зевал. Джим, напротив, выглядел свежим, отдохнувшим и спокойным. Посмотрев на Раданайта и на Джима, лорд Райвенн сказал торжественно:

— У меня для вас новость, мои дорогие. Мы с Альмагиром обручились.

Джим ахнул, вскочил со своего места и обнял его за шею.

— Поздравляю вас! Как это прекрасно! Я так рад за вас!

— Спасибо, дружок, — сказал лорд Райвенн ласково, целуя его. — Ты в самом деле рад?

— Конечно! — воскликнул Джим, сияя улыбкой. — Альмагир, можно вас тоже обнять?

Он обнял Альмагира, получив поцелуй и от него. Раданайт сидел с закрытыми глазами, подпирая щёку рукой. Лорд Райвенн спросил:

— А ты, Раданайт, ничего не скажешь?

— Поздравляю, отец, — зевнул Раданайт. — Я тоже несказанно рад. И когда же случится сие счастливое событие?

— Мы пока ещё точно не решили, — сказал лорд Райвенн, сжимая пальцы Альмагира. — Но я думаю, тянуть со свадьбой не стоит: мы уже не в том возрасте, чтобы долго ждать. Этой весной — быть может, в йерналинне.

— Чудесно, чудесно, — устало проговорил Раданайт, протягивая руку за вазочкой с куоршевым вареньем. — Ещё раз поздравляю.

Глава XXIV. Влюблённый Лорд

В этот Новый год лорд Райвенн не устраивал приёмов. Они только приняли нескольких гостей, среди которых был и лорд Дитмар. Он приехал утром четвёртого лаалинна с большим маркуадовым букетом, в зелёных перчатках, зелёном шейном платке и в брюках с зелёными кантами.

— Жаль, что Джим не смог приехать к нам на этот раз, — сказал он. — Нельзя ли его увидеть?

— Отчего нельзя? Проходите, мой друг, он сейчас в детской с Илидором, — сказал лорд Райвенн.

Джим играл с Илидором, показывая ему картинки и спрашивая, как называется то, что на них изображено: ложка, книга, мячик, ребёнок, стол, стул, подушка, цветок, флаер. Сначала Илидор отвечал правильно, а потом стал нарочно называть картинки неверно: стол — ложкой, мячик — книгой, и так далее. Это его безумно смешило, а ещё его забавляла реакция Джима на неверные ответы. При виде его нахмуренных бровей Илидор заливисто хохотал, и Джим стал сам ему подыгрывать и баловаться.

— Прошу прощения, — раздался вдруг из спальни голос Печального Лорда. — Я не помешаю вашему веселью?

Джим вышел к нему из детской с ребёнком на руках.

— Ничуть, милорд. Мы рады вашему приходу. Правда, малыш? Поздоровайся с милордом.

— Привет, — сказал Илидор.

— И я вас приветствую, молодой человек, — улыбнулся лорд Дитмар, беря его крошечную ручку своей рукой в шёлковой зелёной перчатке и целуя его кулачок. — Вы не будете ревновать, если я поздравлю вашего родителя с Новым годом и попрошу у него маркуадовый поцелуй?

— Я думаю, он не будет, — сказал Джим, принимая букет. — Понюхай, малыш, как пахнет!

Губы лорда Дитмара коснулись губ Джима, и в этот момент Илидор, понюхав маркуадовую шишечку, забавно сморщился и чихнул. Джим смутился, а лорд Дитмар проговорил:

— Кажется, это уже было. Но в прошлый раз это была шутка, а малыш так шутить ещё не умеет. Он чихнул вполне искренне.

— Вы верите в приметы? — спросил Джим, опуская глаза.

— Мне хочется верить, — сказал лорд Дитмар, склоняясь к нему.

Его губы мягко накрыли рот Джима. Сам не зная, почему, Джим не воспротивился поцелую, который с каждой секундой становился крепче и нежнее. Илидор, приревновав, дёрнул лорда Дитмара за прядь волос.

— Что ты делаешь, Илидор! — ужаснулся Джим. — Сейчас же извинись!