Кэрол Гудмэн - Демон-любовник

— Это не ваше дело! — вспыхнула я. — В конце концов, мы взрослые. И если мы чем-то занимаемся, то исключительно по обоюдному согласию!

— Нет, Калли, — мягко перебила Диана. — О каком согласии речь, если вы находитесь под действием чар? А Лайам… понимаете, он не человек. Он инкуб!

Какое-то время я ошеломленно таращилась на нее, не зная, что сказать. Потом рассмеялась.

— Какая чушь! Можно подумать, я не помню инкуба! Инкуб — это бесплотный дух, призрак, сотканный из мечты и лунного света. А Лайам — человек из плоти и крови. Поверьте мне, он настоящий!

— Да, — кивнула Фиона, — настоящий. Я сама это почувствовала — в день зимнего солнцестояния. Именно тогда я узнала его. Это вы помогли ему обратиться в человека, Калли. Что ж, очень впечатляет. Чтобы инкуб смог превратиться в человека из плоти и крови, объект его вожделений должен обладать на редкость сильной волей. И не менее сильными желаниями. Должно быть, вы очень хотели, чтобы он обрел плоть.

— Ничего такого я не хотела. Я же сама изгнала его! Вы своими глазами это видели!

Я повернулась к Суэле и Диане, взглядом ища у них поддержки. Суэла не проронила ни слова, просто стояла с несчастным видом. Диана тоже выглядела подавленной, но у нее хватило мужества возразить мне.

— Мы наблюдали за вами во время обряда изгнания, Калли, и я уверена: вы действительно хотели этого, — но мы же не можем читать в вашей душе, верно? Это нам не под силу. — Она беспокойно покосилась на Фиону, но та молчала, и Диана уже увереннее продолжила: — Никто из нас не хочет сказать, что вы намеренно вызвали его к жизни…

— Да уж… — Фиона, бросив на Диану неодобрительный взгляд, фыркнула. — Надеюсь, это не так!

— Но, — продолжила Диана, внезапно побледнев так, что ее веснушки стали похожи на пятна ржавчины, — если, когда вы читали заклинание, у вас в душе была хоть капелька сомнения, если вы хоть на мгновение заколебались, этого было достаточно, чтобы он обрел плоть и кровь.

Я растерянно уставилась на Диану, пытаясь вспомнить ту ночь накануне Дня благодарения, когда мы все вместе пытались изгнать инкуба. Неужели, сама того не подозревая, я хотела, чтобы он остался со мной?!

— Если даже случилось так, что инкуб той ночью обрел плоть, это не может быть Лайам. В конце концов, Лайам — реально существующий человек, со своей личной жизнью, со своим прошлым. Он имеет ученые степени… награды… публикации в журналах. Господи, да у него есть даже своя страничка на «Фейсбуке»! Не верите? Возьмите и наберите его в «Гугле»!

Диана и Суэла понимающе переглянулись, но промолчали. Фиона издевательски рассмеялась.

— Умно придумано! — прокаркала она. — Все эти степени в Тринити и в Оксфорде… участие в писательских конференциях… а вам не пришло в голову позвонить им и проверить, так ли это? Ну еще бы! Его стихи — они ведь прелестны, верно? Впрочем, он всегда умел пускать пыль в глаза.

— Он создал виртуальную сеть, — добавила Диана. — Так воры крадут чьи-то персональные данные, чтобы потом… — Она вдруг заметила выражение моего лица и осеклась. — Да, я уже тоже успела поговорить с Линдисфарнами, — кивнула она. — Мы с Дори думаем, это он пробрался к ним в дом сразу после того, как ему удалось обрести плоть. Он воспользовался их компьютером, номерами их кредитных карточек и страховок, чтобы, так сказать, создать собственную личность.

— Вы так говорите, словно Лайам существует лишь в виртуальной реальности!

— Вы когда-нибудь видели хоть один журнал с его стихами? Держали его в руках? — угрюмо перебила меня Фиона. — Готова поспорить, что нет. Боюсь, и декан Бук тоже.

— Она была больна, — вступилась Диана. — Он околдовал ее — до такой степени, что ей даже не пришло в голову проверить те сведения, которые он предоставил о себе.

— Вы хотите сказать, что Лиз не догадалась проверить его дипломы и другие документы, подтверждающие его квалификацию?! — ахнула я.

Диана тяжело вздохнула.

— Нет. Она прочитала его резюме, его рекомендации, потом встретилась с ним. После этого отправила по электронной почте письмо одному из профессоров колледжа, где он преподавал, и позвонила еще одному, но так и не смогла дозвониться, и успокоилась. Я спросила ее, как такое случилось. Лиз говорит, что все представленные им документы сушествовали исключительно в электронном виде — стало быть, их нетрудно было подделать. Конечно, ей и тогда показалось это странным, но она была так очарована им, так рада, что смогла найти замену Феникс, что предпочла закрыть на это глаза.

— А вы… — Я повернулась к Фионе. — Как я понимаю, вы предполагаете, что Лайам и есть тот самый инкуб, с которым вы имели дело сотни лет назад. Но какие у вас для этого основания? Вы что — узнали его?

— Я с самого начала подозревала, что это он, но у меня не было доказательств. Чтобы сказать точно, мне необходимо было войти с ним в прямой физический контакт: поцеловать например, — вот я и заманила его в гардеробную… но ваше неожиданное появление спутало мне все карты.

— А он… ему ведь не хотелось вас целовать, верно?

— Не хотелось… Держу пари, он боялся выдать себя.

— Или же он предпочел меня.

Глаза Фионы вспыхнули яростью — она сразу как будто стала выше ростом.

— Не забывайте, она все еще во власти его чар, — шепнула Диана. — Она не отвечает за свои слова!

— Чушь! Я прекрасно понимаю, что говорю! — взорвалась я. — У вас ведь нет доказательств, что Лайам — инкуб, верно?

Фиона и Диана, слегка опешив, молчали, явно не зная, что на это возразить, но тут вмешалась Суэла.

— Да, Калли, вы угадали. Зато у нас есть доказательства, что существо, похожее на инкуба, по-прежнему среди нас. И что это он высасывает жизненные силы из студентов колледжа. У всех его жертв — у декана Бук, Флонии Руговой, Скотта Уайлдера, Ники Баллард и Мары Маринки — одни и те же симптомы: упадок сил, слабость, странные сны и анемия.

— Но это может объясняться…

— Только этим и ничем другим, — отрезала Суэла. — Я обязана была заметить это раньше, но, боюсь, мне просто не хотелось признать, что один из моих сородичей способен пуститься во все тяжкие. Нападать на студентов — они ведь еще дети! — Она брезгливо скривилась. — Даже мои сестры придерживаются более строгих принципов. Но потом я зашла к Ники Баллард и подержала ее за руку. И почувствовала почерк инкуба.

— Раньше вы говорили о существе, похожем на инкуба, — напомнила я.

— Я могу назвать немало разных существ, которые питаются за счет жизненной силы людей, — это инкубы, суккубы, ламии, людерки… у них у всех много общего. Я чувствую присутствие существа, питающегося жизненной энергией…