Беттина Белитц - Раздвоенное сердце

Убедить Мистера Икс покинуть мою комнату было уже сложнее. Для этого мне пришлось оставить все окна закрытыми и у меня весь остаток этой короткой ночи неоднократно появлялось чувство удушья. Мне не хватало свежего воздуха, а то, что Мистер Икс полчаса, как статуя, прилипнув к моему окну, смотрел на меня укоризненно, тоже не подняло моё настроение.

Но гораздо более гнетущим были пары, исходящие от постелей Николь и Дженни. Духи. Дезодорант. Свежий лак для ногтей. Лак для волос. Молочко для тела. Пудра. Меня почти тошнило от этого.

Теперь я наконец-то снова могла дышать. Как опьянённая от внезапной свободы я остановилась посередине просёлочной дороги и закрыла глаза, потому что от яркого солнца у меня кружилась голова. Будет жаркий день. И никого не было, кто мог бы уговорить или принудить меня к чему-то.

Я могла всё утро пролежать в кровати и думать о Колине, если я хотела этого. Я могла поесть, когда мне вздумается, или вообще не делать этого. Я никому не должна была отчитываться. И это было замечательное чувство. Я была одна.

Глава 28

Одна-одна

Замечательное чувство внезапно оборвалось, когда я вспомнила про своих родителей. То, что я взяла и просто так сорвала их наверняка не очень дешевый сюрприз и оказалась добычей здешнего Демона Мара, они никогда не должны узнать.

Это означало, что я не могла больше встречаться с Николь и Дженни - потому что они точно проболтаются - и мне придётся обманывать. Но у меня была целая неделя, чтобы придумать, как решить эту проблему. В конце концов, меня никто не спросил, хотела ли я вообще поехать на Ибицу.

Внезапно я почувствовала сильный голод. С урчащим животом я побежала к дому, открыла дверь и опустила жалюзи в зимнем саду вниз. Ладно, позавтракаем. Позавтракаем? О нет. Как же я буду в ближайшие дни питаться?

Пекарня на колесах приедет в деревню только в среду, а ближайший супермаркет находится в семи километрах. Папа, наверное, как всегда, перед отъездом или использовал все портящиеся продукты, или подарил соседям. Он ненавидел, возвращаясь из отпуска, находить кладовую, превратившуюся в биотоп.

Удручённо я открыла холодильник. Я рассчитывала встретить пустые полочки, но при виде, который мне открылся, я затаила дыхание. Я чувствовала себя как Алиса в стране чудес. Аккуратно положенные друг на друга, там стояли пластиковые контейнеры для хранения.

На двери стояли соки и минеральная вода, овощной ящик был набит салатом, помидорами, огурцами и перцем. Здесь так же были: шоколад, тостовый хлеб, два готовых магазинных блюда, целый ассортимент йогуртов, молочные напитки, ветчина и сыр. Отпуск моих родителей в Италию должно быть был спонтанным.

Я забыла про хлеб и булочки, когда обнаружила за двумя готовыми блюдами контейнер с домашней рисовой кашей с сахаром и корицей. Я вытащила его и осторожно открыла крышку. Шурша, на стол вывалился сложенный клочок бумаги, который был небрежно прикреплён с помощью клейкой ленты на внутреннюю сторону крышки. С нехорошим предчувствием я развернула записку.

"Пожалуйста, пожалуйста, позаботься о себе. Твоя мама. PS Может ты сможешь иногда приглядывать за цветами." Значит, всё не случайно. Я подавила настоящий поток слёз. Теперь уже поздно колебаться. Дороги назад нет. Обе девушки уже почти во Франкфурте, а мама и папа в Швейцарии. Слишком поздно раскаиваться.

О, мама. Она знала. Или, по крайней мере, считала это возможным. Поэтому она была занята до поздней ночи. Она за спиной папы для меня варила и складывала запасы. А так же приготовила бельё на тот случай, если я первый раз в жизни поступлю не так, как от меня ожидают.

Действительно радоваться этому я не могла. Мама наверняка не предполагала, что я откажусь от отпуска. Но она хотела быть ко всему подготовленной. Чтобы мне, по крайней мере, хватило еды, в то время как злой Демон Мара меня атакует. Или мама, в конечном итоге, думала не так, как папа, что Колин был не опасен? Доверяла она мне в том, что я сделаю всё правильно?

Несколько нерешительных минут, я сама не знала, что было правильно, а что нет. Я только знала, что я не смогла бы полететь на Ибицу и притворяться, будто всё прекрасно. Месяц назад это бы ещё сработало. Теперь же было слишком поздно.

Рисовая каша не лезла мне в горло. После нескольких без аппетита съеденных ложек я поставила её обратно в холодильник. Мне хотелось немного поплакать, но я боялась, что, сделав это, выясню, что совершила ошибку. Крышка от почтового ящика загромыхала.

Сортировать почту показалось мне успокаивающим и родным. Я схватила ключ с комода, вытащила письма и быстро вернулась в зимний сад. Позже мне надо будет положить их обратно, ведь официально я находилась на Ибице. Мельком я просматривала стопку.

Два счёта для папы, одно письмо из клиники, открытка от маминой подруги из Хайдельберга - и одно письмо для меня. Письмо для меня? Казалось, через мои пальцы прошёл электрический ток, когда я провела рукой по тяжёлому конверту, сделанному из бумаги верже. Почерк казался старомодным и знакомым: изогнутые, элегантные буквы.

Обратного адреса на нём не стояло. Тёмно-синие чернила со светло-коричневым оттенком, источающие терпкий запах, качественная, но пожелтевшая бумага ... Письмо от Колина?

Осторожно я разрезала конверт острым ножом. Наверное, уже прошло несколько лет, когда я получила своё последнее настоящие письмо. И оно точно не было от мужчины, а всего лишь от стареющих родственников. Что он хочет мне рассказать? Что-то плохое? Или он выбрал письмо, чтобы окончательно объяснить мне, что больше не хочет меня видеть?

Я бросила письмо и энергично отвернулась от стола. Было ещё так много, что нужно было сделать. Прочитать письма можно и позже. Я вышла в залитый солнцем сад и схватила лейку. Хм. Было ли это умно? Увядшие растения были бы хорошим доказательством, что меня не было дома, и что я послушно была на Ибице.

Так что я ничего, не сделав, пошла назад в дом, и стала бродить по комнатам. Вообще-то мне даже нельзя использовать рулон туалетной бумаги. Всё, что я делала или не делала, оставляло следы.

После десяти беспокойных минут я снова сидела в зимнем саду, уставившись на письмо. Ладно. Я прочитаю его, потом закажу в Интернете билет на Ибицу и полечу вслед за Дженни и Николь. Если только ... Быстро я вытащила письмо из конверта, и раскрыла его. Моё сердце билось так нетерпеливо, что я разобрала первые строчки, но не поняла их. Я заставила себя ещё раз начать сначала.

"Доброе утро, надоеда. Так как ты всё равно не оставишь меня в покое со своими вопросами, а ночь остается такой тёмной, я использую время, чтобы объяснить тебе остальные сложные факты. Пожалуйста, не жди от меня, что я напишу тебе сообщение по электронной почте или пошлю SMS (между прочим, это ужасные слова). Я вполне могу обращаться с компьютером, но, к сожалению, компьютер не отвечает взаимностью. Всё, что имеет отношение к радиосигналам, электрическим сетям и телефонной связи, рано или поздно терпит крах в моём присутствии. По этой причине конкуры для меня и Луиса остаются закрытыми - мы пытались, но всякий раз были проблемы с измерением времени. Оно останавливалось. Очень жаль, потому что Луис потрясающий скакун."