Старая жена, или Развод с драконом - София Руд

когда — стакан воды и помолчать, если пациент слишком тяжелый.

И вновь становилось страшно. Страшно, что однажды все это исчезнет. А еще казалось несправедливым от того, что я не могу дать Кайрону столько, сколько он отдает мне.

— Это его выбор, леди Оливия, вы не должны нести ответственность за чужие решения, только за свои, — шепнул мне как-то лекарь Бертон, когда эмоции давили так сильно, что отвлекали от работы, и я не смогла не обмолвиться парой слов.

— И тем более не должны испытывать чувства вины, — дополнил он, а затем прихорошившись поспешил в ресторацию, знакомиться с возможной невесткой.

С ней, кстати, тоже подсобила Аврора. Когда они с Эми впервые навестили нас зимой, то привезли и бойкую рыжую девушку Лилу. Андрэ аккурат в этот момент вернулся из администрации и был таким злым, что начал ругаться с порога, но увидев меня и гостей, тут же стих. Улыбнулся своей фирменной улыбкой, деликатно сгладил момент, а рыжая выдала:

— Ну хоть кто-то здесь по-нормальному говорит, — а затем покосилась на Эмили и тут же сделала строгое лицо. — Не при детях, конечно, же!

Дальше я не знаю, как у них все пошло, но точно знаю, что Кайрон был несказанно рад, когда Андрэ стал захаживать в лекарню реже. Хотя не могу сказать, что между генералом и законником были сложные отношения. Напротив, они вполне походили на приятелей и напрягались лишь в момент, когда мы пересекались втроем.

Андрэ всегда уходил первым, еще и кивал Кайрону так, будто уступал путь более достойному претенденту. А Кайрон усмехался и награждал законника взглядом в духе “Утешайся”, но скорее шуточным, чем злым. Однако стоило Кэрону взглянуть на меня, как становилось не до шуток.

Напряжение за два сезона стало почти осязаемым между нами, а встречи куда более тяжелыми. Даже когда я пыталась шутить, в воздухе оставалось неразряженное электричество.

К Кайрону тянуло. Тянуло люто, не буду скрывать. И его тянуло ко мне не меньше. Я видела это во взглядах, в том, какую позу принимало его тело, всякий раз, когда мы были вместе. Одно неосторожное касание могло все изменить.

Но я держалась, сама не знаю зачем. Что-то старое еще не отжило во мне, и даже осознание того, что дело Кэрона с Оливией не имеет отношение ко мне, даже тот брачный договор, который я зачем-то зачитала до дыр, не избавляли от одной тонкой, но все же существующей преграды. И оттого ожидание встреч и сами встречи стали настолько же желанны, насколько невыносимы.

Они были сродни тому, что ты идешь к оазису по знойной пустыне, но, войдя в долгожданную прохладу зелени, не смеешь отпить воды.

— Что-то рано вы разделись, госпожа лекарь. О больных заботитесь, а о себе, конечно же нет, — звучит за спиной голос, от которого внутри все вспыхивает, а сердце начинает биться чаще.

Делаю неспешный вдох, чтобы не выдать себя, отвожу взгляд от двора будущей лекарни и тут же попадаю в плен голубых глаз Кайрона. Они кажутся сейчас безмятежными озерами, и в их омутах я хочу утонуть.

— Кхм, — прочищает горло Кайрон, но не отводит взгляда, он уже привык так говорить, а я привыкла понимать.

Еще секунда и Кэрон медленно накрывает мои плечи пледом. Его мощная рука, покрытая мозолями, оказывается так близко к лицу, что я ощущаю мимолетное тепло и этот запах с нотками древесины, к которому привыкла настолько, что уже нуждаюсь в подпитке.

— Сами-то не мерзнете? — спешу подметить, чтобы разрядить слишком наряженный момент, и тут же сержусь, глядя на слишком тонкую рубаху Кайрона. Еще и верхние пуговки слишком открыты. Он ведь так и по всей лекарне не ходил? У нас пациентки женщины.

— Хотел переодеться, но не успеваю. Сюрприз вот-вот подъедет, — отвечает Кайрон.

И только хочу, спросить, какой, как он кивает в сторону дороги, с которой съезжает черная карета. Добротная, высокая,но герба нет.

“Какой-то богач тайно пожаловал?” — прикидывают идеи, пытаясь отвлечься от близости Кайрона, и вглядываюсь, как открывается дверца. Первым делом появляется пышная рыжая шевелюра, и сердце сжимается в миг от тоски. Сколько раз я видела дочь в случайный прохожих. Вот и сейчас мне все кажется, что появится она, но наружу выходит красивая незнакомая девушка. Хотя про незнакомую я зря. Я уже видела ее точеное личико в вестниках. Та самая леди Эймс, в дом отдыха и красоты которой я собиралась как-нибудь заехать.

И вот она здесь, собственной персоной. На больную совсем не похожа. Энергия от нее пылит такая, что даже цветы на клумбе могут раньше времени зацвести, а еще… есть в ее образе что-то такое, что заставляет сердце сжиматься вновь и вновь. Леди Эймс поправляет складки на голубом изысканном платье, шагает к лекарне, и в этот момент я вижу ее глаза…

Лицо пусть другое, но этот взгляд я не перепутаю ни с чем другим. Чертовка. Моя родная чертовка.

— Невозможно… — срывается шепот с онемевших губ, а сердце пропускает удар.

— Тебе это не снится, — раздается низкий голос Кайрона над ухом, и я тут же оборачиваюсь.

Смотрю на мужчину во все глаза, а он лишь улыбается уголками губ, когда глаза неотрывно смотрят мне в душу.

— Когда ты только пришла в этот мир, ты кое-что очень хотела, Оли. Я не мог тебе пообещать, пока не убедился, что смогу исполнить.

— К-как? — только и выдавливаю из себя.

— У королевы шикарные книги в библиотеки, но еще больше впечатляет ее шпионская сеть, — шепчет мне Кайрон, а я начинаю путаться в мыслях.

Выходит, он попросил ее помочь, ради меня?

Не успеваю задать этот вопрос, мое виде́ние из снов уже проходит путь, отстукивая каблучками по белокаменной дорожке, и останавливается напротив.

Цепенею, слова вымолвить не могу…

Она…

— Господин Кайрон, доброго дня, а вы, смею предположить, легендарная лекарь Оливия? Я леди Эймс, рада знакомству! — бойко представляется рыжая, а затем прищуривается, наверняка пытаясь понять, что со мной сейчас не так.

Моргает раз, второй. Улыбка покидает ее очаровательные пухлые губы. Взгляд быстро смещается с меня на дракона и обратно, и ее пальцы, привычно, начинают чуточку подрагивать в моменты шока.

Она понимает, она все понимает так же, как и я по глазам… А затем тихо, слезно шепчет:

— Мама…?

Глава 74. Жить эту жизнь

Срываюсь с