Кристина Камаева - Последняя принцесса Нуменора

— Хороша благодать, — едва слышно пробормотала Лидия.

— Тебе не удастся сбежать, — продолжал Горудун, — я не дам тебе превратиться в юркую птицу и вырваться из моей клетки. Ты пыталась помешать мне и пожалеешь об этом. Люди! Эти женщины недостойны жизни! — воззвал он к островитянам, и те, послушные его зову, стали медленно и неумолимо проникать в парк с бесстрастными лицами и страшными пустыми глазами.

— Беги, Лидия, — прошептала Горделия, — я придержу его! Она не боялась смерти, только бы выиграть время и дать возможность Лидии уйти.

— Что ж, посмотрим, насколько ты стал силен, — ее спокойный голос звучал отчетливо, а взгляд водянисто-зеленых глаз был суров. Лидия попятилась. Островитяне прекратили движение и вновь застыли, зачарованные зрелищем. Схлестнулись две сильные воли. Давно уже не прорывалась Горделия в чужое сознание! Но на этот раз ей пришлось противоборствовать не воле Горудуна — сознание его было схвачено в силки тем, которого он называл Совершенным. Она наносила удар за ударом в надежде освободить его, но тщетно. Горудун от этих усилий только слегка покачивался и без особого труда отражал ее натиск. Выбрав момент, Лидия решилась бежать, и на этот раз преодолела большее расстояние, чем в первый раз. Но Горудун снова заметил ее бегство и метнул огненный шар. Горделия бросилась ему наперерез, шар задел ее, и старуха закричала от внезапной боли. Она зашаталась и упала на землю, одежда была опалена, на теле зияла рана. Лидия поспешно вернулась, опустилась на колени и обняла ее. Старуха стонала. Отскочивший от нее шар попал в дерево и испепелил его дотла. Горудун подошел к ним ближе.

— Вы обе умрете, — сказал он, — но сначала узрите пришествие Совершенного!

Рыбаки снова сомкнули круг. «Ярон! Ярон», — громко и слаженно, но без всякого выражения, повторяли они снова и снова, потрясая в воздухе кулаками. Лидии стало по-настоящему страшно, сил сопротивляться больше не было. Губы Горделии дрогнули и зашевелились, Лидия наклонилась к ней, чтобы расслышать, что она пытается сказать.

— У него нет своей силы, — прошептала старуха, — он черпает силы от этих людей, крадет их энергию. Зачем только я уговорила Мириэль быстрее покинуть остров?

Лидия с тоской смотрела по сторонам и даже плакать не могла. Надежды больше не было, а ведь совсем недавно они были так счастливы. Но вернулся Горудун, и все стало еще безысходнее. Лучше умереть, чем видеть мир, в котором все люди будут похожи на этих несчастных рыбаков с острова Тол-Фалас, потерявших волю, покорных рабов Совершенного.

Страшный грохот прервал ее размышления. Это было похоже на обвалы в горах ее родины, когда огромные глыбы срываются сверху и увлекают за собой все, что попадается на пути. И эта каменная лавина с грохотом устремляется вниз. Небо потемнело, клубы серой пыли поднялись вверх. Лидия и Горделия теперь едва различали силуэты окружавших их рыбаков. «Это конец?» — едва шевельнулись сухие губы старухи. Казалось, весь остров сотрясается от ударов.

Когда пыль наконец осела, Лидия подняла голову и взглянула в сторону ворот. Сердце ее замерло, отказываясь биться. Там как ни в чем не бывало, живой, из плоти и крови стоял Ярон, ненавистные черные глаза смотрели прямо на нее. «Он возродился, — поняла она, — наши усилия были напрасны». Горудун обернулся и тоже увидел Ярона. Он рассмеялся радостно и удивленно и всплеснул руками.

— Совершенный! Хозяин… Добро пожаловать! — заговорил он вдруг сбивчиво, униженно кланяясь при этом. Он совсем не походил на того гордого мага, который только что метал огненные шары и чувствовал себя всесильным. Усмехаясь, неспешно Ярон вошел в ворота, с любопытством рассматривая всех присутствующих в парке.

— Позвольте присягнуть, о Величайший! — засеменил к нему Горудун. — Я сделал все так, как вы просили. — Он опустился на одно колено, пытаясь поймать руку Совершенного и припасть к ней. Ярон отодвинулся от него и полоснул взглядом двух истрепанных женщин. Обе они одновременно пожалели о том, что не умерли прежде. Он подошел к ним поближе и вдруг рассмеялся так радостно и искренне, как прежде никогда не смеялся.

— Чудак! Протри глаза. Разве ты не понял, что Шепчущая башня рухнула? Твое хитрое оружие исчезло, а воины очнулись от чар и не могут понять сон это или явь? Валары изгнали коварного Моргота из Арды, и не тебе воскрешать его на этой земле. Те, кто любит жизнь, не допустят этого никогда! Я принц Ориены, Яшмет. Моего темного двойника больше нет.

Потрясенный Горудун не спускал глаз со смеющегося Ярона, назвавшегося другим именем, и отказывался вникать в смысл сказанного им.

Сердечко Лидии оттаяло от этих слов. Нет, Ярон не вернулся, это был другой, настоящий сын Орминэ. Он нашелся, как в сказке со счастливым концом.

— Что он говорит? — пошевелилась старуха на руках у Лидии. — Яшмет? — Лидия кивнула, плача от радости. Рыбаки, понемногу приходившие в себя, поясняли друг другу, что к чему. Они поняли, что мучитель их уничтожен, и радости не было предела.

— Спаситель! — бросил кто-то из толпы, и тут же все загалдели, приближаясь к Яшмету и кланяясь ему, стараясь высказать ему свою благодарность.

— Благодарите этих женщин! — сказал Яшмет, пятясь назад. — Теперь вы свободны. Этот остров ваш. Но те, кто желает уехать отсюда, пусть уезжает. Никаких барьеров больше нет, никакой проклятой магии!

— Ура! — загремели рыбаки, легко воспринявшие на веру его слова. Люди сновали по парку, не обращая внимания на растерянного Горудуна, который чувствовал себя обиженным и обманутым. Он мчался сюда наперегонки с ветром, чтобы исполнить великую миссию, но все старания обернулись крахом. Обманутый, разочарованный и уставший он отправился в замок, где доживал свой век, забывшись в клубах опиумного дыма.

Яшмет подошел к Горделии и нахмурился.

— Рана твоя смертельна, я не могу помочь, — произнес он.

— Пусть так! Пора уже! — слабо улыбнулась она. — Я умираю счастливой, — она глядела на него влюбленными глазами, но так и не спросила, знает ли он, что его выкрали у Орминэ, и о том, как она мечтала назвать его сыном.

— Мир тебе! — сказал Яшмет, и она закрыла глаза.

Его заботы не завершались сегодняшним днем. Это на словах казалось легко: «Все барьеры сняты, проклятой магии на острове больше нет». Яшмету пришлось приложить немало усилий, чтобы обнаружить пристанище темного двойника, защищенное и охраняемое ориенской магией. Он разбил кристаллы воли, которые Горудун втайне от всех хранил в Шепчущей башне, мечтая создать из островитян легко управляемую армию, достойную Совершенного. Неуязвимое тело Ярона, гордость преступивших предел дозволенного ученых, осталось под обломками Шепчущей башни. Преграду вокруг острова удалось уничтожить с огромным трудом. С помощью Горделии было бы быстрее и легче сделать это, но Яшмет не привык рассчитывать на чью-то помощь. Итак, следы неправедной деятельности людей-птиц — изменников Ориены, были уничтожены. Оставалось найти азбуку Врага и… встретиться с Мириэль. Ему становилось больно при воспоминании о ней, а на душе могильной плитой лежала тяжесть от причиненного ей горя, и даже радость побед не могла ни согреть, ни снять это бремя. Если б только было возможным изменить свою судьбу!