Невеста темного принца (СИ) - Княжина Елена

Бравый воин признал, что они с Сюзи действительно друг другу подходят. И лучший вариант для женитьбы у него вряд ли появится. Хотелось верить, что его пятая попытка отношений будет лучше четырех предыдущих.

Я снова стала обычной Анной. Частично дестинкой, частично первокровкой – сейчас уже и не поймешь. После рождения детей я утратила связь с Высшей магией и могла пробиться к Сияющей материи только через проводника. Венцом я старалась не пользоваться – только в самых крайних случаях.

Высшая магия опасна манией величия. Я не хотела превращаться в Блэра, мечтавшего изменить целый мир. Мне было достаточно, что мы изменили его на одной небольшой территории. И продолжали менять каждый день.

…Позади меня раздалось шарканье, и я обернулась. По тропе к Академии шел старик, облаченный в длинный походный плащ. Фигуру я узнала сразу, потому и подскочила с камня, передавая Аву на попечение задремавшему было Бойзу.

– Господин Эйвери! – не сдержав порыва, я все-таки повисла у Айзека на шее и неуловимо поцеловала в щеку. – Как я вас рада видеть. Я уж думала, целители еще на год попросят вас задержаться: вы там всем медсестрам приглянулись.

– Ну уж! – хмыкнул старик, потрепанный, бледный, но все еще статный и красивый.

На самом деле, Айзека я ждала. Восстановление после ранения шло очень медленно, но на днях мне написал главный целитель Лечебницы Эстер-Хаза и оповестил об улучшениях.

– Я тоже рад вас видеть в добром здравии, бесстрашная мисс.

– Думаю, вы не успели забыть, что я давно не мисс, – улыбнулась, хватая мужчину под руку.

– Я немножко запутался, – с хитрой улыбкой признался Эйвери. – Графиня Воронцова? Княгиня Карповская?

– Просто Анна Карпова. Жена профессора и…

– Ректора? – уточнил бывший главный страж.

– Да, теперь еще и ректора.

– Бедные ученики! – он закатил глаза и сипло рассмеялся. – Хотя нет, не так. Бедный Андрейка!

– Совершенно согласна. У него, верите ли, даже седая прядь в волосах появилась, – тоже заулыбалась я. – Но, быть может, тому виной вот это несносное создание.

Ава уже деловито топала в сторону реки, игнорируя Бойза, трусившего за ней.

– Я с визитом вежливости…

– Я буду рада, если вы останетесь главным стражем нашей Академии, – прервала его речь, тревожно глядя в сторону убегающей дочери. Вот что за непоседа?!

– И единственным? – заволновался Айзек.

– Незаменимым, но… Я бы выдала вам в помощь одного бравого леопарда, когда он закончит обучение. Да и господин Хайв, в случае чего, не откажется помочь.

Как истинный кот, Энди менял девушек, как перчатки. Галантно ухаживал, мурлыкал серенады, но так и не остепенился. Зато у него обнаружился талант к приручению. Он охотно проводил время с Сажелькой, которая успела перерасти его на полкорпуса, но щемилась трусливой девчонкой, стоило тому рыкнуть…

Ах да, Сажель. Беззубая тигрица тоже переехала к нам. Это очень, очень длинная история, которая случилась на прошлое Рождество. С нее, собственно, все и началось…

– Простите, я должна бежать, – извинилась перед Эйвери и припустила за Авой, уносившейся все дальше.

Гирьку ей на ногу подвесить, что ли?

Путаясь в подоле платья, я скакала по дорожке, уводившей дочь к реке. Как на зло, ни одна живая душа не попалась на пути: ученики разъехались на весенние каникулы.

– Ава, стой! Ты опять попадешь в неприятности! – прикрикнула я, но кто ж меня слушал?

Это карма. Это чертова карма.

Впереди уже виднелся мост. Но дочь им пользоваться не планировала – бежала прямиком к обрыву. Негодяйка мелкая! Совсем у нее авторитетов нет!

Крошечные ножки в аккуратных сапожках двигались так шустро и уверенно, что в один прекрасный момент я поняла: не успею. Тролль подери!

Фигура парня возникла внезапно – тот словно из воздуха материализовался. И за секунду до эпичного прыжка, который грозил закончиться не менее эпичным нырком, подхватил Аву на руки.

Парой мгновений позже к воде подбежала и я – потная и злая, как тролль, разбуженный посреди сладкого сна.

– Ну и как тебя зовут? – улыбался юноша, не спеша опускать Аву на землю. И правильно делал: она бы тут же решила подвиг повторить.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Ва-ва, – выдала малышка, вызвав во мне ничем не оправданный приступ гордости.

Она действительно умница. И сущий ангел. Когда спит в своей кроватке в обнимку с Арчи.

– Красивое имя, – хмыкнул парень и коротко мне кивнул. – Я поймал вашу беглянку. Она уже собиралась нырять. Бесстрашная!

Его голос звенел неподдельным, живым восторгом. Нашел, чем восхищаться! Это он не видел, как мелкая голубоглазая заноза с головой, покрытой черными кудряшками, плюхается с разбегу в водоем к Атарине.

Русалка отметила, что Ава в год плавает лучше, чем ее мать в двадцать один, и почти не нуждается в магической страховке. Но все-таки холодная река – не лучшее место для купания младенцев. Деревенские жители нас не поймут.

– Дурная наследственность, – виновато призналась я, еще не решив, кого из двух имеющихся у Авы родителей имею в виду. Ей «повезло» с обоими.

Юноша рассмеялся, и я отметила, что Ава не спешит покидать его объятия. Обычно она незнакомцам в руки не дается. Да и шило в одном секретном месте не позволяет ей сидеть спокойно дольше десяти секунд.

– Спасибо, что поймали, – выдохнула с улыбкой. – Приходите работать к нам в Заповедник. Нам ловцов не хватает, а беглецы… случаются.

Парню было лет семнадцать на вид. Высокий, статный, хорошо одетый. С благородным профилем и красивой гривой темных волос. Черты показались смутно знакомыми. Наверняка родственник кого-то из учеников. Стало неловко: предлагая работу, я приняла его за деревенского жителя, а сейчас осознала, что передо мной, скорее всего, аристократ.

– Если они все такие же очаровательные и улыбчивые, я завтра же пришлю резюме, – легко согласился «ловец».

Я не стала его разочаровывать: «беглецы» у нас, как правило, кусачие. Могут пол руки оттяпать.

Серые глаза смотрели на меня с любопытством. Так, словно о моей скромной персоне сегодняшним утром написали в «Трибьюн» на первой полосе, а тут вон она я – как настоящая.

Хотя, что удивляться? В газетах обо мне действительно временами писали. О вечных спорах с Верховным Советом, о глупой девице, которой досталось Председательство в Академии, о скандальном тайном браке ученицы с преподавателем, о назначении этого самого преподавателя на должность ректора… Не писали только о победе над Блэром. Кому интересны хорошие, светлые новости?

Идею основать Заповедник при Академии тоже пытались всячески очернить. Вот только у них ничего не вышло: мы с Андреем добились своего. Вместе.

– Ранд, вот ты где! А я повсюду ищу. Пойдем… – невысокая женщина средних лет потянула парня за рукав. – Отдай малышку ее маме. У нас много дел.

Я приняла дочь из крепких рук. Юноша улыбнулся на прощание и ступил на мост, а мы развернулись и направились к Академии.

Бойз пыхтел рядом, театральной одышкой намекая, что тоже не прочь забраться ко мне на ручки. Умаялся.

– Так, ладно… – я устало присела на камень и подхватила сабера под мышку. – Все идем к дедушке Артуру и бабушке Джулс.

Стукнула ободком кольца по медальону и крепче прижала к себе Аву и ее мохнатого друга. Телепортирующий вихрь закрутил нас, перемещая в Пункт Связи.

***

– Анна! – раздраженный голос крестного не сулил ничего хорошего. А у них-то что стряслось? – Боюсь спросить, кто научил моего внука… кхм… такому?

Какое оно, это самое «такое», мне тоже предъявили незамедлительно. На лице Артура расползался фиолетовый синяк, аккурат под левым глазом. Я прикусила губу, сдерживая смех. Сейчас они с Андреем смотрелись бы, как близнецы. Похоже, нас раскрыли.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Это гены. Смирись, – хихикнула, передавая Аву Джулии, а сабера выпуская в сад.

– Эх… А мальчик подавал такие надежды, – Артур качнул головой, заключая меня в объятиях. – Мог вырасти… нормальным.